Александра Елисеева – Заложница мага (СИ) (страница 70)

— Значит, место в его сердце теперь свободно… — женщины хитро переглянулись и рассмеялись.

Я проводила удаляющихся дам взором и направилась прочь. С трудом найдя в переполненном зале укромный угол, горячо зашептала, глядя в пустоту:

— Еще не пора?

Мандраж колол подушечки пальцев. Я не видела Дамиана, даже не слышала его мыслей, скрытых пеленой Тьмы, только догадывалась о его незримом присутствии.

— Нет, — послышалось откуда-то сбоку. — Жером позаботился, чтобы в воду стражам подмешали сонные травы, но они не сразу подействуют. Нужно подождать. Я дам тебе знак.

Ему пришлось замолчать, когда рядом раздался шорох. Под нишу зашла дочь Сельм-Рамста в сопровождении отца. Я быстро юркнула за гардину. В воздухе прозвучал едва слышный смешок Грасаля, которого явно позабавили мои действия. Ну а что поделать, если иначе никак не выйдет обнаружить затевающийся заговор?..

Девушка была расстроена.

— Ты видел, как она смотрела? Да она меня живьем съест!

— Не драматизируй, Нала, — осадил ее отец. — Царь вышлет Шанталь, как только она разродится. Зато подумай, каких высот мы достигнем возле царя: наш род прославится, я займу место его правой руки, ну а ты, моя прелесть, будешь окружена небывалой роскошью.

— Я буду опозорена.

— Мы это уже обсуждали. Фаворитка имеет даже большую власть, чем царица. Подумай только! Тебе не надо волноваться о наследниках, хотя стоит понести — царь будет счастлив. Ты будешь всегда осыпана золотом, а придворные с замиранием — ловить каждое слово.

— Но лишь до той поры, пока это угодно государю… — послышался тяжелый вздох.

— Все зависит лишь от тебя. Не даром говорят, что сила женщины в ее слабости. Дай Викару то, что он хочет, и он даст то, что нужно тебе. Не бойся будущего. Царь достаточно благороден, чтобы позаботиться даже о наскучившей фаворитке, обеспечив ей хороший брак.

— Ты все уже распланировал, — с горечью произнесла Нала.

— Теперь, когда преграда в виде Грасаля устранена, я должен сделать все, чтобы закрепить свое положение.

Они ушли, а я протянула руки к шее, понимая, что уже задыхаюсь от гнева. Эти ненасытные пираньи не упустят шанса цапнуть побольнее! Убери одну, и налетит весь косяк. Только я обрадовалась, что Шанталь потеряла былое влияние, как ей быстро нашлась замена. Остается только надеется, что в следующий раз отец поступит осмотрительнее.

— Такова участь царя, — прозвучал задумчивый голос Дамиана.

— От этого не легче.

— Не думаю, что княжна Сельм-Рамст надолго завладеет вниманием Викара. Влюбленный мужчина видит только одну женщину.

— Судишь по себе?

— Не провоцируй, фиалка, — зарычал Грасаль, а я засмеялась.

— Пойдем. Нужно попрощаться с отцом, прежде чем мы отправимся к месту раскола.

— Вообще-то я все еще не дал своего согласия, — проворчал он, хотя мы оба понимали — иного выхода нет. — Мне не нравится, что ты окажешься там.

— Мы это уже обсуждали, — отрезала я. — Никто не знает, как поведет себя твоя темная сущность, когда рядом будет столько Тьмы. Я обязана туда отправиться!

— Не злись, — он притянул меня к себе, и я вдохнула запах кожи Дамиана, мгновенно успокаиваясь. — Мне неприятно думать, что ты подвергнешься опасности. Я хочу, чтобы ты находилась как можно дальше от демонов.

Я нежно коснулась воздуха, ничего не чувствуя под ним, но по замершему дыханию князя стало понятно — он ощутил то, что я хотела. Подхватив юбки, направилась к скучающему в ожидании отцу. Череда знати иссякла, и теперь он мог расслабиться.

— Айрин! — возле уголков его глаз образовались морщинки.

— Папа! — воскликнула я, едва, по привычке, не согнувшись в реверансе. Как особа царских кровей, я могла стоять, когда от других требовалось опустить взгляд ниже.

Шанталь практически не шевелилась, сделавшись похожей на одну из тех статуй, что украшают галереи во дворцах. Белые волосы волнами лежали за спиной, не один волосок из прически даже не выбился из-за сквозняка. Только рука, невзначай лежащая на животе, указывала на то, что постигшее царицу поражение — лишь проигрыш одной битвы, а не провальное окончание всей войны. Ощутив на себе мой задумчивый взгляд, Шанталь чуть наклонила голову. Во льду ее глаз заискрился свет.

Я спешно посмотрела на отца. В чертах Викара появилась какая-то незнакомая суровость. Настоящий Фалькс — сильный и непоколебимый.

Я подняла глаза на царицу и незаметно кивнула. Та заметно расслабилась. Хотя ее величество и не боялась моей мести, вражда между нами заметно усложняла жизнь. Я не верила, что Шанталь так быстро отступится. Она не из тех, кто быстро прощает обиды, но, что бы ни случилось между ней и Викаром, отец все еще ее любит.

— Не буду спрашивать, о чем ты думаешь, — покачал головой царь. — У тебя такой вид… Ох, Айрин, ты всегда прячешь глаза, когда хочешь что-то скрыть!

— Я люблю тебя, папа, — выпалила я. — Прости, если разочаровала тебя или… разочарую.

— Что бы ты ни задумала, мне это не нравится, — проворчал отец и мысленно добавил: «Будь осторожна. Ты давно уже повзрослела, и мне тебя не остановить. Боюсь, представить, что ты задумала. Пожалуйста, доченька, береги себя! И скажи своему… что я его с того света достану, если с тобой что-то случится!»

— Откуда ты… — начала было я, но отец приложил палец к губам. У него свои источники, и не мне задаваться вопросом, какие именно.

«Кому как не мне знать, как трудно запретить себе любить. Но это не значит, что я остановлю поиски. Если он достаточно глуп, чтобы попасться, значит, не достоин находиться рядом с моей дочерью. Ты свободна, Айрин. Королева Сагасса больше не в силах тебе приказывать, а я не стану мучить собственное дитя».

Я чуть подалась вперед и как можно тише произнесла, стараясь не обращать внимания на навострившую уши Шанталь:

— Значит, ты не держишь меня?

Я не удивилась тому, что отец догадался о еще даже не высказанном вслух. О том, о чем я запрещала себе думать. О том, что мелькало в мыслях Дамиана, когда он бросал на меня задумчивый взгляд.

Что будет дальше?

«Как царь, я обязан, прежде всего, думать о своей стране. Как отец — о ребенке. Ты моя плоть и кровь. Но мы Фальксы. А один Фалькс уже однажды покинул двор по зову сердца. Не мне тебя держать».

— Спасибо, — только и могла произнести я.

«Я люблю тебя, дочка. Будь счастлива, даже если твое счастье не здесь».

Я улыбнулась, благодарная отцу за ту свободу, которую он дал. Это решение далось ему нелегко, но мы оба понимали — мое место не во дворце. Здесь я заперта в клетке, хотя по наивности и мечтала когда-то о золотых прутьях. Прежде желанный титул потерял былое великолепие, став препятствием между мной и человеком, которого я больше всего желала. Забавно… Я великая княжна. Я больше не подчинялась королеве Сагасса и не обязана по ее требованию выходить замуж. Но именно в тот момент, когда титул официально мне достался, я потеряла право распоряжаться собственной жизнью. А отец, вопреки всему, его вернул.

«Спасибо, папа. Еще раз спасибо. И боги, как же ты был прав, когда надеялся спрятать меня подальше от интриг придворной жизни!» — стояло в моих глазах.

— Пора, — зашевелился рядом воздух. Догадался ли Грасаль об истинном значении беседы с отцом? Пока я этого еще не знала, но позволила невидимой руке найти мою и переплести наши пальцы.

— Я готова, — шепнула я и направилась к выходу из бального зала. Пришло время перевернуть эту страницу прошлого и начать новый том.

Вышла в пустующий коридор и оглянулась по сторонам.

— Никого нет, — мягко ответил Дамиан. — Боишься?

— Немного, — призналась я. Голос дрожал.

Воздух рядом сгустился, обрисовывая знакомую фигуру. Черные волосы Дамиана теряли очертания на концах, исчезая, подобно дыму от костра. Прежде ярко-зеленые глаза потемнели, сделавшись не светлее болотного мха. С каждым днем в них становилось все больше Тьмы. Я не знала, поможет ли борьба с исчадиями бездны спасти князя. Переведется ли сила демонов в его крови, если избавиться от раскола?

Лицо Грасаля покрывала колючая щетина. Я провела по его щеке ладонью, но он поймал мою руку и запечатлел на ней поцелуй.

— Ты еще можешь передумать.

— Ни за что, — фыркнула я.

Поняв, что спорить бесполезно, Дамиан Грасаль притянул меня к себе. Я закрыла глаза, чтобы не видеть Тьму, уплотняющуюся вокруг нас коконом. Несмотря на опущенные веки, ее присутствие все равно пугало до дрожи в коленях. Я плотнее прижалась к полудемону, повелевающему этой темной силой. Тепло его груди и запах кожи немного успокаивал, но я все равно со всей силы вцепилась в ткань рубашки, когда под ногами исчез пол.

В панике забыла о желании забыться и не думать о происходящем вокруг. Сама не заметила, как открыла глаза и уставилась в бездну… А вокруг было черным-черно. Непроглядная паутина из неведомой силы шевелилась, как живая. Тревога звенела в каждой нити Тьмы, вьющейся вокруг черными змеями. Стены коридора исчезли: померкли золотистые узоры на ткани, потухли огни зажженных факелов, стих шум музыки и голосов… Только черная мгла, необъятная и страшная, заволокла все вокруг. Необузданная стихия походила на штормящее море. Нас качало на волнах, и я до боли в пальцах сжала плечи Дамиана, пытаясь удержаться.

Но наконец все стихло. Тьма сложила крылья ночи, и черные клоки мглы растворились в воздухе, оставив нас стоять посреди темницы. Грасаль аккуратно отцепил мои пальцы и погладил их: