Александра Елисеева – Полуночница (страница 80)
Похоже, кот решил снова поразить своими талантами. Сердце сжалось, когда я подумала о друге, разыскивающем меня по дворцу. Встреча с Аресом неизбежна, но смогу ли я сделать вид, что его вовсе не знаю?
Не дожидаясь служанок, вытерлась полотенцем. Капли с мокрых волос стекали на пол, оставляя влажные следы. Сорочки рядом не нашлось. Желая побыстрее остаться в одиночестве, я отозвала девушек, и они не успели её принести. Пришлось выходить в том, что было.
Так, полуголая, я и вернулась в комнату, где вскрикнула от неожиданности, увидев у окна мужской силуэт.
— Милош, — с облегчением узнала его, когда он повернулся. Он медленно провёл взглядом от моих босых ног до лица и хитро улыбнулся. Я сильнее прижала к себе полотенце, стараясь прикрыться. Щёки запылали от смущения.
— Я подумал и вернулся, чтобы поговорить с тобой. Не хочу, чтобы ты натворила глупостей, — сказал Дульбрад.
Я решительно ничего не понимала. Неловко замерев возле двери в ванную комнату, я боялась сделать шаг ближе, хотя где-то в глубине меня жило желание обратного, стыдливо закинутое прочь. Но находиться в таком виде казалось… неправильно. Во мне боролись противоречивые чувства.
— О чём ты?
«Расслабься», — приказала я себе. Наверняка мои глаза выглядели такими же испуганными, как у оленихи, загнанной охотником, в этот момент я была совершенно растеряна. После всего произошедшего я ощущала себя крайне уязвимой. Милош застал меня врасплох.
— Я решил, что ты можешь захотеть увидеться с этим своим… Аресом, — не смущаясь, признался вор.
— Ты пришёл сторожить меня? — возмутилась я. Не признаваться же, что он угадал, о чём я думала, когда я выходила после ванной… Вопреки предостережениям старухи, я не верила, что Арес способен на предательство. Только не он.
— Нет, но я вернулся напомнить, почему этого не следует делать.
— Не нужно читать нотаций, Милош, — неожиданно робкий испуг во мне затих, подавленный духом противоречия. Я разозлилась не только оттого, что он решил указывать мне, как поступать, но и оттого, что научился слишком хорошо предугадывать мои поступки.
— Я не ищу ссор, Уна. Просто не забывай, что на кону стоит нечто большее, чем твои желания. Если не думаешь о благополучии Льен, то вспомни хотя бы, что неосторожность может стоить жизни.
— Я никуда не иду, — бросила я. Хотя мне ужасно захотелось ослушаться Милоша, пришлось согласиться. Но меня раздражало, что он привык врываться в мои комнаты в любое время, не всегда удосуживаясь хотя бы постучать. Думая о том, что мне надоело терпеть эту вседозволенность, я зло приказала:
— Уходи!
Милош неожиданно тепло улыбнулся, не смутившись обрушенного на него гнева. Нет, его умиляла моя жёсткость ровно в той же мере, что и робость. Он развернулся со словами:
— Откланиваюсь, моя прекрасная зрячая, — и покинул комнату.
Я устало откинулась на подушки, но в душе ощутила тепло. «Он считает меня прекрасной!» — подумала я, и губы сами растянулись в улыбке.
Глава 32
Карточные игры, хоть и не поощряемые служителями Треокого, вошли в жизнь знати так же прочно, как и в быт обычных людей. Когда-то в «Дракона» играли только в Сагассе, но потом он проник и на наш материк.
Я усердно делала вид, что с интересом слушаю правила. Разумеется, я не узнала ничего нового, но изо всех сил поддерживала образ наивной девушки. Мужчины благодушно разрешили мне сыграть на интерес. Я же в свою очередь пообещала исполнить любое желание победителя. Мне, к великой досаде, приходилось скрывать полученные умения — Милош взял с меня слово, что я выйду в самом начале партии. Хотя соблазн стереть самодовольное выражение с лиц князей был велик, я решила, что буду осмотрительной и послушаюсь Ловкача.
Вскоре я заскучала. Покровительственное отношение окружающих наводило тоску. Я бы с лёгкостью разделалась с зазнавшимися аристократами, но терпеливо сдавала свои позиции. Сельм-Рамст выглядел усталым. Я надеялась, что его слабость вызвана близостью шкатулки, а не чем-то иным. Завтра уже ожидался заключительный бал, а мы пока мало что выяснили.
— Не переживайте, леди Лина, позже вам обязательно повезёт, — попытался утешить меня Рико Атли. Поначалу присутствие демона тревожило, но потом я сумела взять себя в руки. Мне даже удалось выдавить из себя вежливую улыбку:
— Уверена, в следующий раз карты меня не подведут.
Я поднялась, чтобы взять напиток. Крылья, прячущиеся за спиной твари, зашелестели, стоило мне пошевелиться. Интересно, никто действительно не слышит этот звук или все списывают его на ветер?
Милош сложил руки в замок. Заметив этот жест, я слегка покачнулась, изобразив недомогание. Он тут же подскочил и придержал меня, не давая упасть.
— Миледи, что с вами?! — забеспокоился кто-то.
— Простите, — опустила я глаза. — Мне нехорошо.
Я почувствовала спиной чей-то взгляд, но оборачиваться нельзя — мне же дурно. Позади послышался негромкий разговор:
— Что-то женщины при дворе совсем ослабли… — голос узурпатора я сразу узнала. Его близость вызвала нервную дрожь.
— Вы правы, повелитель.
Олав и его приспешник, Дааро Крайс, обошли нас с вором и заняли свои места. Дульбрад сжал мою руку, не давая тушеваться. Ничто не вызывало у меня такого страха, как присутствие стольких демонов сразу.
— Вашей жене ведь тоже нездоровится? — холодно спросил новый владелец замка Ристрих у Канора. Похоже, он сделал те же выводы, что и мы.
Тот, не чувствуя подвоха в вопросе, кивнул:
— Олин ждёт ребёнка, Дааро.
Я быстро взглянула на кольцо с камнем целителя. Сельм-Рамст не лгал или же думал, что говорил правду. Я увидела, как Ловкач стиснул зубы от досады. Мы не предполагали такую возможность. Неужели княгиня тоже не причастна к пропаже шкатулки?
— Поздравляю вас, князь.
— Благодарю, — кивнул Канор. — Лорд Гарсия, вы проводите сестру?
— Да, — сказал Милош. — Если вы не возражаете, я откланяюсь.
Воспользовавшись предлогом, мы покинули зал для игр. Вор проводил меня до покоев, и только там я расслабилась и, откинув притворство, снова стала собой. Устало села на кровать и избавилась от туфель, натёрших ноги. Милош задумчиво оглядел меня:
— Уна, когда придёт Мев?
— Вечером.
— Я хочу побывать в комнатах Сельм-Рамста раньше неё.
Я не удивилась его словам, предчувствуя нечто подобное, когда он подал мне знак, чтобы я изобразила слабость.
После вчерашнего меня не смущало недоверие Милоша. Я и сама подозревала, что от Дамиана Грасаля или его протеже не следует ждать ничего хорошего. Ловкач надел свои очки и взял кое-что из вещей, а я последовала за ним, тоже сменив облик на новый.
— Как ты собираешься туда попасть?
— Риск, конечно, есть… Хорошо, что сейчас все заняты партией, но вскоре князь узнает, что в его комнаты проникли посторонние. Придётся действовать быстро.
Я поняла, что он собирается делать, и больше вопросов не задавала. Мы взяли всё необходимое и пошли в сторону комнат князя. Приблизившись к стражам, Милош сунул руку в карман, где лежали ампулы с сонными зельями. Я прикрыла нижнюю часть лица ладонью, чтобы не вдыхать испарения, когда стекло разобьётся, и приготовилась быстро пройти через заснувшую охрану. Но только Дульбрад потянулся за склянкой, как позади послышался голос:
— Леди Лина, я слышала, вам нездоровится, — выпорхнула из-за угла Мев. Я скрипнула зубами от досады. Как же не вовремя! Неужели она поджидала нас всё это время, или подруга оказалась здесь случайно?
Но все сомнения рассеялись, когда следом вышел Грасаль:
— Я думаю, лорд Гарсия, вашей сестре нужен покой. Мев проводит её до покоев. Как досадно, что вам пришлось покинуть зал для игр. Но я слышал, что причина в мухлевании. Остальные картёжники крайне расстроились.
Разумеется, князь намекал о нечестной игре в другом деле. Мы обманули его. Вернее, попытались провести, но лорд Семи Скал обладает определённой силой. Но разве мы не подозревали, что наша затея опасна?
Помня о подслушивающих разговор стражах, Милош ответил в той же манере:
— Что вы, княже. Мне бы не удалось ничего нарушить, когда рядом люди, готовые проявить бдительность.
— Пойдёмте, леди Лина, — хмуро произнесла Мев.
Я кинула на Милоша расстроенный взгляд. Мне пришлось пойти следом за девушкой, а Дульбрад остался наедине с противником. Я не знала, чего ждать от Грасаля. Пока он шантажирует ещё одного Фалькса, князь наделён властью, большей, чем кто бы то ни было из нас.
Как только мы достаточно ушли вперёд, Дамиан, провожающий нас ничего не выражающим взглядом, что-то сказал вору, но я не смогла расслышать. Трудно сказать, что он приготовил для Милоша. Не будет ли князь мстить?
Мы вышли в безлюдный коридор. Мев умела выбирать дорогу, чтобы поговорить без лишних свидетелей. Оглянувшись по сторонам, она прошипела:
— О чём ты думала? Неужели ты не понимаешь, что Дамиан не забудет этого? Если не сейчас, то позже он ответит.
— Я знаю, Мев, — спокойно произнесла я. — Но ты должна осознавать, что, вступая в заговор, мы наденем ему на голову корону.
— Дамиан считал, что, открывая правду, уговорит тебя и Ловкача поддержать Викара. Вы упускаете шанс из-за глупых амбиций! Я уверена, что Дамиан не подчинит Фалькса, а если бы и мог — ничего не сделает против Льен. Он любит свою страну, Уна. Каким бы князь ни был, он не причинит царству зло.