Александра Елисеева – Полуночница (страница 72)

— Доверяй, но проверяй? — хмыкнул Милош. — Ты дорога мне, Уна, и меня влечёт к тебе, как к никому другому.

Я кинула взгляд на камень. Он не изменил своего цвета, оставаясь красным в центре и прозрачным по краям. Смогла перевести дух, хотя и не услышала желанных слов. У меня оставался соблазн постоянно носить с собой артефакт, но я нашла в себе силы положить его на место.

— Уна, я должен ещё кое-чем поделиться, — сказал вор. — У меня была ещё одна причина, чтобы позволить тебе вызволить Вегейра. Меня заинтересовало его дело не только по причине личности обвиняемого. Наоборот, я узнал это позже. Я подозреваю, нет, я почти уверен, что на ту девушку напал не человек. Это был демон, Уна. Чем дольше шкатулка находится вдали от дворца, тем сильнее они набирают силу.

Это признание заставило меня испуганно замереть. Почему-то все разговоры о богомерзких существах очень меня тревожили. Внутри всё будто сжалось в ком. Я невольно напрягалась и вставала в стойку, когда слышала о демонах, хотя раньше даже не задумывалась об их существовании.

Мы немного помолчали и, чтобы воспрянуть духом, я заставила себя сменить тему. Я насилу разомкнула онемевшие от волнения губы и, поддавшись порыву, решила спросить:

— Ты когда-нибудь смотрел на Фрая в своих очках? — задала я давно тревожащий вопрос. Ловкач удивлённо нахмурился.

— Нет, зачем мне этот бесполезный комок шерсти? Почему ты спрашиваешь?

— Тогда взгляни, — несколько самодовольно потребовала я, только начиная успокаиваться после услышанной новости.

Милош достал свои очки с голубыми стёклами, несмотря на трещину справляющиеся с возложенной на них задачей, и надел их, скептически переводя взгляд на кота, надменно смотрящего на нас. Когда вор увидел потоки голубых нитей, которых ранее не замечал, то просто остолбенел.

— Это сагасский кот, — ошарашенно проговорил он. — Как я раньше об этом не подумал?

Ловкач протянул к животному руку и резким движением схватил за шкирку. Фрай начал вырываться, отчаянно вереща и размахивая лапами, но ему это не помогло. Дульбрад задумчиво рассмотрел кота, пока тому всё-таки не удалось сильно дёрнуться и упасть на землю. Обиженный, Фрай спрятался под кровать.

— Действительно, сагасский… — пробормотал лихач.

Я нечего не поняла. О Сагассе, далёкой стране, расположенной по ту сторону Вльнистого моря, я слышала лишь то, что там растут обширные виноградники и делают восхитительное вино, а Итолина Нард любила сагасский бренди. То, что казалось вору вполне очевидным, для меня не имело объяснения.

— Что это всё значит?

— Уна, скажи, ты не замечала странностей, когда рядом был Фрай?

Я рассказала Милошу о своих снах, похожих больше на явь, чем на грёзы, упомянула о поведении животного в трактире, помогшее мне победить в карты, поделилась, как ещё в Берльорде кот нашёл тайник вора… Ловкач всё внимательно выслушал.

— По правде говоря, я никогда не встречался с подобными существами. В одной из книг в дворцовой библиотеке я читал про животных, так же наделённых магической силой, как некоторые люди. Там упоминались сагасские коты. Это очень своенравные животные, их практически никому не удалось изучить. Но… видимо, подобное тянется к подобному. Фрай почувствовал в тебе магию, и она привлекла его. Сила зрячих древняя, о вашем происхождении мало известно.

Я не смогла сдержаться и припомнила Милошу тот случай, когда он захотел оставить кота в Берльорле, не подозревая о его ценности. Но если я ожидала, что Дульбрад признает свою неправоту, то я ошибалась. Он вспылил и бросил в сердцах:

— Твоё животное умудрилось заиграть амулет для отвода глаз! Да его за это не просто оставить в городе стоило, но и на шубу пустить, пусть он хоть трижды будет сагасским!

Фрай зашипел из-под кровати, не оставляя сомнений, что он мог чего-то не понять. Угроза Милоша заставила его выгнуться колесом и выпустить когти. Я же спросила у вора:

— Но если он такой умный, то почему выбрал именно амулет?

— Как раз поэтому, — устало произнёс Ловкач. — Помнишь, что я говорил? Подобное к подобному. При недостатке сил кот может запросто высосать энергию из какого-нибудь артефакта, поэтому держи их от этой твари подальше. За себя не беспокойся. Урвать кусок твоей силы он просто не сможет. А вот мой амулет, скорее всего, сейчас валяется куском бесполезного камня где-нибудь под половицами дома в Берльорде…

Я заскрежетала зубами, когда он пренебрежительно назвал моего питомца «тварью», и хмыкнула, глядя на расстроенное лицо Милоша. Иногда он беспокоился о вещах больше, чем о живых людях, ну или разных котах.

«Разные коты» упёрлись всеми четырьмя лапами, когда я попыталась вызволить их из-под кровати. После оскорбительного обращения с собственной важной персоной Фрай обиженно спрятался в тени, сверля вора гневным взглядом, а на меня посматривая с немой укоризной. Правда, Ловкача нисколько не волновало поведение животного. Он уже давно обдумывал предстоящие гуляния в столице по случаю дня осеннего равноденствия. Мне не верилось, что скоро всё решится: либо мы найдём шкатулку и поможем Лирану, либо… Я не хотела думать о том, чем может обернуться для нас поражение.

Когда следующим утром мы покидали Ландвааг, то наткнулись на того же парнишку, который продавал вестник и громко выкрикивал новости на улице в тот день, когда я узнала, что Милош в тюрьме. В этот раз ему снова удалось меня поразить. Я едва не упала, споткнувшись, когда услышала:

— Казнён вор века! Как стражи поймали неуловимого Ловкача? Не пропустите! Свежий номер вестника Льен!

Дульбрад невозмутимо приобнял меня и шепнул:

— Приходи в себя, ты привлекаешь слишком много внимания.

— Но как? — изумилась я. — Как тебе удалось инсценировать собственную гибель?

— Немного смекалки… — подмигнул он, — …и магии.

Я вспомнила, как он наложил морок на лихача, сделавшего мне непристойное предложение, и побледнела.

— Тот мужчина… Он умер вместо тебя?

Милош поморщился, и я поняла, что угадала. Он ни перед чем не остановится ради своих целей. Не удивительно, что Дульбрад дружил с Красным Соколом. Пусть сейчас он на моей стороне, но я бы не пожелала кому-нибудь стать его врагом.

Я боялась представить, что сделали с обычным вором за преступления такого, как Ловкач. В голове невольно всплыла картинка из прошлого, когда я застала четвертование убийцы на площади.

Но всё-таки я обрадовалось, что весь этот ужас не произошёл с Милошем. Я вздохнула, ведь это был не последний раз, когда мне приходится сталкиваться с нечестной игрой. Впереди нас ждали интриги царского двора, участниками которых совесть испокон веков приносится в жертву собственной выгоде.

Глава 29

Ткань стылого розового цвета выгодно оттеняла кожу, а лиф, украшенный россыпью полупрозрачных камней, приковывал внимание. Тугой корсет был утянут столь туго, что каждый вдох давался с трудом. Я провела пальцем по ожерелью, наслаждаясь холодностью бриллиантов. Они, обычно имевшие чёрный цвет, стали чистыми, как кристаллы льда. Украшение с лёгкостью подстраивалось под того, кто его носил.

— Леди Ливийская когда-то играла в столичном театре, — сказал Милош, наблюдавший за моим преображением. Он явно любовался мной, но я оставалась холодна к его ухаживаниям. Теперь мы поменялись ролями, и мне нравилось наблюдать, как он мучается.

Я дёрнула за локон, выбившийся из причёски, поразившись реальности морока, который создал артефакт.

— Да? — удивилась я.

— Она до сих пор бредит сценой. Но, как ты понимаешь, для аристократии занятия актёрским мастерством — это моветон. Леди Ливийская смогла исполнить давнюю мечту, лишь когда любовник подарил ей это ожерелье. Благодаря сильной иллюзии, её никто не мог узнать. Ты уже убедилась, какую могущественную вещь я украл.

Ловкач встал позади меня и приобнял за плечи, но я смахнула его руки. Признание никак не обелило мужчину, и я всё ещё не могла простить лжи. Он никак не отреагировал на моё подчёркнутое пренебрежение.

Лицо Милоша тоже скрывали чары, но мне ни составляло труда разглядеть его истинный облик. Только в этот раз он не стал рисковать, нанося их сам, а щедро заплатил одному иллюзионисту.

В комнату вошёл Барни.

— Готовы? — спросил он.

Я поморщилась. С недавних пор воин вызывал только стойкую неприязнь. Когда мне уже удалось вызволить Дульбрада из тюрьмы, пришло письмо из Мауроны. Запоздалый ответ мужчины всколыхнул во мне ярость. Барни писал, чтобы я немедленно приезжала в столицу. Он не собирался помогать вору. В этой игре каждый сам за себя.

Я невольно вспомнила, как воин оставил меня в покоях цесаревича, даже не предупредив, что могла принести мне эта встреча. Доверия к Барни практически не осталось. Он жаждал выслужиться перед Лираном, а все разговоры про долг и честь оказались лишь пустым сотрясением воздуха. Не даром Милош хотел оставить раненого в лесу. У вора имелись причины недолюбливать «союзника».

В первый день празднования осеннего равноденствия должен был состояться приём. Аристократия съезжалась со всего царства. Все жаждали преклониться перед новым государем, а те, которые этого, может быть, не так хотели, тщательно скрывали свои чувства. Единственный, кто открыто посмел высказать пренебрежение к новому царю, был князь Нерстед. Владетель крайних земель Льен ещё при прежнем правителе держался обособленно, ни во что не ставя законы страны. Его имя стало синонимом нелюдимости и скрытности. Никто не знал, что творилось на самых северных землях материка.