Александра Дроздова – Птичка-Эль и ее дракон (страница 6)
Эстер втянул холодный воздух и медленно зашагал в сторону выбранной улицы. Я последовала за ним, веря в его чуткий и исключительный нюх.
Поздняя улочка была пустынна, но парочку припозднившихся гуляк мы все же встретили. В небольших домиках уже не горел свет, лишь в одном окошке еле теплился кристаллик ирия. Деревянные домики плотно соседствовали друг с другом, а двери жителей украшали огромные яркие цифры с номерами домов.
Я решила, что все без исключения обитатели холмов отрывались, как тещи на мужьях своих дочерей, на путниках. Жители мстили глазам и мозгам гостям деревни, ведь разные безумные цвета и формы, странные образы в номерах домов были сложны к прочтению и вызывали лишь тошноту.
Эстер остановился у дома с номером тринадцать, если я правильно разобрала домовой знак. Однако, у меня больше вызывала опасения веселая вывеска, что эпатажно болталась на крюках: «Доходный дом у Матушки Матильды! Хоть ночь, хоть день, у Матушки Матильды сними комнатку скорей!!!». Это было потрясающий в кавычках завлекательный ход для привлечения народа. А Матушка Матильда, простите драконьи боги, звучало будто она являлась хозяйкой борделя! Так это был доходный дом или публичный? Открыто заходить в сомнительный дом я не спешила.
– Эстер, определишь, в какой комнате наш заказ? – спросила я.
И пока мой чешуйчатый друг сосредоточенно вынюхивал, я пристально и с интересом рассматривала любопытный дом матушки Матильды. Окна в нем были плотно зашторены, звуки, доносящиеся из нутра, напоминали веселую гулянку – музыка, веселые голоса, громкий хохот… И где-то там находился человечек, может даже и не один, который «совершенно случайным» образом прихватил колечко принцессы Лиры. Из-за таких противозаконных действий мне теперь придется обыскивать местный бордель и вернуть королевское имущество.
Наконец-то, Эстер определился, из какого окна тянет выполненным заданием – это оказалось самое крайнее окно. И снова нам повезло.
Каковы шансы, что комнатка пустовала? Лезть в окно к гипотетически спящему преступнику, я не рискнула, поэтому выбрала более долгий, но более надежный вариант.
– Кухня – самый надежный источник информации, а если этот дом окажется со специфическим уклоном, то девочки-трудяги охотно пойдут на контакт за небольшое вознаграждение. Прежде чем действовать, надо осмотреться. Я правильно говорю, Эстер? – дождавшись пристального взгляда полного драконьего одобрения я продолжила односторонний разговор. – Давай-ка зайдем с черного входа. Пойдем…
Завернув за угол в узкую улочку, где еле-еле протиснулся дракон, мы обнаружили кое-что интересное. Даже не кое-что, а кое-кого! Около неприметной двери, что предположительно и была запасным входом-выходом дома матушки Матильды, прямо на ступеньках сидел мальчишка лет восьми. Он был худ, высок и нескладен. У нас в приюте его никто не звал бы по имени – такой непривычной внешностью он обладал, пока был мал.
Одежда, что висела на нем была ему велика, из-под несуразной шляпы торчали темные волосы, а по стойкому и вызывающему взгляду было понятно, что «дракончик-то» с норовом. Малец держал в руках самокрутку и пытался затянуться едким дымом без ущерба для здоровья, но парень явно не имел такой привычки. После каждой затяжки он надрывно кашлял. И что же он пытался скрыть за этим показательным выступлением? Зачем он себя травил с таким тупым усердием?
– Парень, ты болен? – спросила я, отвлекая его от пагубных для здоровья протестов.
Неудачливый мелкий курильщик не ожидал услышать мой голос, ведь сидел ко мне спиной. От испуга он выронил вонючую гадость. А когда парень разглядел меня и акцентировал свое внимание на моей повязке, то закашлялся еще больше! Что ж он совсем не удивил.
– О-о-о, драконьи боги, ты всегда такой неуклюжий? – пробурчала я, доставая из напоясного карманчика прессованный мятный порошок. Никогда не знаешь, когда понадобиться почистить зубы, учитывая мои поисковые вылазки, я всегда была максимально подготовлена. По таким правилам был укомплектован мой пояс.
Я протянула ему пластинку на ладони – мальчик взял, не глядя, и закинул в рот. Через несколько секунд кашель отступил. Его дыхание восстановилось, а он с признательностью сказал:
– Спасибо.
Говоря это, он старался смотреть куда угодно, лишь бы не на меня. Совестливый!
– Как я могу к тебе обращаться? – продолжила я разговор, как бы ничего не замечая.
– Мэл! О-о-о! – неожиданно воскликнул он, мальчик наконец-то приметил Эстера. – У вас есть дракон? А как его зовут? А можно его погладить? Ой, а что у него с глазами?
Я закатила глаза на обилие вопросов и через чур возбужденную реакцию паренька. Эстер – молодец! Он покорил мальца в самое сердце…
– Аккуратнее! – предупредила его я загробным голосом. – Дракон видит тебя насквозь, Мэл! Он видит твою душу!
Отчасти, я правда так думала. Я верила, что Эстер мог видеть и знать больше, чем он показывал. Иногда мне казалось, что ему было доступно так много, что он мог сравниться с древним богом, но подобным мыслям я хода не давала. Они больше напоминали детские фантазии, а я уже давно выросла.
Эстеру долговязый мальчик тоже приглянулся, он с любопытством обнюхивал парня. Я могла осмелиться и предположить, что внутри худого тельца билось доброе сердце. Мои слова напугали паренька – он самую малость побелел, став еще прозрачнее.
– Расслабься, Мэл! – я поспешила его успокоить и слегка хлопнула мальчика по плечу. – Я хотела остановиться тут, но не обнаружила стойл для драконов. Расскажи, что это за место? Если расскажешь все честно, то сможешь погладить Эстера, так зовут моего дракона, а может он даже согласится тебя немного покатать.
Мэл долго не сомневался, он всего один раз взглянул на Эстера и уже был готов все рассказать, а после того, как этот чешуйчатый прохвост ему подмигнул, он был готов не только рассказать, но и самолично показать. Он твердо обозвал это место борделем. Ага! Я была права!
Так случилось, что Мэл здесь работал на побегушках, обычно он передавал записки, иногда провожал важных персон в номера, иногда носил вещи, иногда помогал на кухне, иногда убирался. В общем, эксплуатировали здесь мальчика, как лошадку в зафрийских полях. При всей его загруженности на вопрос, сколько он получал монет, он ответил, что его тут неплохо кормят, одевают и место для сна есть. Этого было для него достаточно.
– Скажи, Мэл, – снова обратилась я к мальцу, – много ли посетителей здесь сегодня?
Про себя я подумала, что о темах места работы и зарплаты мальчугана, я обязательно вернусь попозже.
– Нет, госпожа хозяйка дракона. – ответил он.
«Ух ты, как это гордо звучало – госпожа хозяйка дракона!» – подумала я. Следовало бы посоветовать Оди ко мне именно так обращаться. Я очень хорошо представляла, как он произносил это дивное словосочетание.
Пока я мечтала о несбыточном, Мэл продолжал говорить:
– Сегодня вечером остановился только один посетитель. Он снял весь дом матушки Матильды. Щедр, прямо сыпет деньгами, словно это не монеты, а крупа. Мне, вот, даже дал несколько монеток и табак.
И Мэл так грустно посмотрел на оставшийся на земле окурок, будто там осталось целое состояние, а не жалкая дешевая самокрутка, прямо жалко его стало. Какой по-настоящему щедрый вор попался! Он праздновал удачное дельце и даже совсем не стеснялся… Все-таки победили глупость и профнепригодность.
Все решения воришки были странными! Почему он был в таком месте и без какой-либо охраны? Почему так открыто себя вел и совсем не таился? Совершенно нелогичное поведение, но с этим пускай разбираются из канцелярии вместе с Клаусом и его верным идеальным помощником. Моя задача была иная. От меня требовали вернуть кольцо.
Раз праздник был в честь мнимой победы, то и преступник присутствовал на празднике. Значит комната, где хранилось кольцо, как указал Эстер, была пуста. Но прежде, чем разработать план о вторжении, я должна была кое-что спросить:
– Мэл, а тебя устраивает твоя жизнь?
Пока мальчик размышлял над странным вопросом, я поспешила осмотреть оконный проем и подходы к нему. Мэл последовал за мной. Я искала способ залезть, а Мэл искал ответ на вопрос. Конечно, он затруднялся ответить, на подобный вопрос и не все взрослые могли найти слова. И я задала еще несколько вопросов, чтобы ему было легче сориентироваться:
– Тебе не хотелось большего? Что-то поменять? Попробовать? Узнать?
Почему я это все спрашивала, потому что нельзя лезть и помогать со своими взглядами к тому, кому это было и не нужно вовсе. Если Мэл сейчас ответит, что его все устраивало, то и драконья кладка с ним, пускай остается здесь и трудится разнорабочим за еду, одежду и крышу надо головой в доме матушки Матильды. Но, если он решит рискнуть, то я попробую, нет, не так, то я приложу все силы, чтобы у него получилась новая жизнь, вне дома деревенского борделя.
Я все еще смотрела на сплошной карниз, который так и кричал о том, что он крепкий и надежный – мне стоило только встать на него, и я смогу открыть нужное мне окно. Решено! Карниз отлично подходил для моих целей, а забраться на него мне поможет Эстер.
Как раз Мэл и заговорил:
– Я совсем не помню, откуда я и как здесь появился, госпожа хозяйка дракона.
«Интересно-то как! Откуда же ты малец?» – подумала я. Мэл продолжил свою историю: