Александра Дроздова – Меня зовут Алика, и я – Темная Ведьма (страница 29)

– Теплой ночи, старейшина, – произнес Эз.

Остальные наши сопровождающие уважительно склонили перед древним головы. Почему древним? – его кожа была, как старая, давно высохшая кора дуба, такая же буро – серая, с крупными трещинами. Тронь – и рассыплется прахом. А растительное убранство головы больше напоминало осенние ветки, где осталось не так много жухлых листьев: еще немного – и наступит зима. Лишь глаза горели драгоценными камнями, как и у всего лесного народа. В них отражался цепкий ум.

– Теплой ночи, дозорные, – он благосклонно кивнул и обвел взглядом сначала меня, задержав свои изумрудные глаза на моих коротких волосах, а затем осмотрел все еще бессознательную Мелину.

– Это она? Темная из другого мира? – вернув взгляд своих зеленющих глаз на меня, спросил он.

Эз, Ур и Аю синхронно кивнули.

– Что ж, – пробормотал он, развернулся к столпившемуся и глазеющими народу и зычно заговорил. – Двое предстанут пред судом колодца силы. Да будет так.

После этих слов он звонко хлопнул в ладоши. Толпа зашептала, зашевелилась, нагоняя на меня страх. Но несмотря на ужас, который пытался меня парализовать, я вместе со всеми проследовала за старейшиной, как назвал его «мохоголовый» Эз.

Шли мы недолго, углубляясь внутрь выращенного города. И в самом центре улицы лесного поселения, действительно, находился большой колодец. Он был окружен камнями – стражами, которые ушли в землю так глубоко, что торчали лишь каменные макушки.

Воды в колодце было так много, что еще чуть-чуть и она польется через край. Цвет у нее был не совсем обычный – нежно – розовый оттенок, и абсолютная непрозрачность. Даже издалека было понятно, что она густая, плотная. От нее исходила мощная сила, аж в глазах рябило. Это был не просто колодец – это был источник силы, не только природной, которую могли использовать жители Вечного Леса, но, по-моему, и мирской…

Я споткнулась, осознавая, что, именно, передо мной. Меня вовремя поддержал, не иначе как по старой привычке, Аю.

Источник мира, который и наделял даром! Светлым, темным – любым даром. Сила земли ли это или способность читать карты, высокая скорость, точность – все шло из этого сакрального места.

Источник направлял любой дар к носителю еще в утробе матери. Мироздание дарило маленькую крошечную капельку силы зародившейся жизни, а затем крошка дара росла вместе с ребеночком. Какими способностями или направлением одаривал источник? Как он выбирал носителя и чем руководствовался? – мне было неизвестно.

Но то, что я видела именно его перед своими глазами, настоящее чудо, однозначно. И никаких тебе божественных Пресветлых и Темнейших. Вот, источник даровал силу и держал равновесие.

– Поняла? – шепнул мне на ухо мой ивовый помощник.

Я судорожно кивнула. Да, догадалась, и теперь, мне было совершенно не страшно. Суд перед источником не мог быть несправедливым. Мирозданию известна каждая твоя мысль. Не было у меня вины и стыда ни за свои помыслы, ни за свои действия, за исключением того, что оставила свою дочь одну. И даже то, что я была темной, я давно приняла и не считала это чем-то противоестественным. Если суждено мне предстать на суд источника силы целого мира, пусть будет так: совесть моя чиста.

– Мы собрались здесь, – разлетелся громогласный голос старейшины. – Потому что было нарушено самое главное правило Вечного Леса: никаких убийств под кронами его деревьев. Одна из этих двоих попыталась осквернить кровью земли нашего леса… Да предстанет она перед Судом!!!

Толпа вторила старейшене гулом «разнокалиберных» голосов. А корявенькие маленькие деревья поднесли все еще спящую Мелину к колодцу. На одной из веток вырос красный маленький плод размером с небольшую ягодку.

Эз подошел ближе к дереву и сорвал природный дар. Он осторожно снял с Мелины золотую маску служителя ордена, открывая на всеобщее обозрение прекрасное девичье лицо. Эз выдавил на приоткрытые губы пару алых капель сока из алого плода.

Мгновенье, и девушка открыла глаза, она пыталась орать, но не могла выдавить из себя ни звука. Словно рыба, Мелина открывала и закрывала рот, безуспешно пытаясь вырываться из крепких прутьев.

– Ты, – обратился к ней Старейшина, – на суд.

Мохоголовый Эз плавно взмахнул руками, осыпая все вокруг зелеными искринками. Деревья послушные его воле склонили Мелину так, что она видела собственное отражение в розоватой воде колодца силы. Нам всем было видно ее лицо, отраженное в воде, – такое четкое, будто это и вовсе зеркало.

Вода изменила ее отражение и показала беззаботную юную девушку, которая смеялась и веселилась, иногда капризничала, а затем горько – горько плакала когда-то в далеком прошлом. Продемонстрировала как девушка требовала от семьи понимания, когда сама и не пыталась вырваться из плена горя и печали, да и не хотела. Как медленно, но верно душу красивой девушки оплетала черная зараза мести и ненависти. Грязным венозным рисунком оплетала не только душу, но и красивое тело красавицы. Ритуал посвящение в орден только закрепил эту болезнь, оставив лишь жажду отомстить всем темным, что отобрали у нее любимого, привычную уютную и удобную жизнь. Семья старалась проявить сожаление и терпение, но время шло. Жизнь не стояла на месте. Так легко кого-то обвинить в отсутствии поддержки и выбивать внимание? Не всегда обстоятельства всему виной, иногда ты сам. Правда, в это слишком сложно поверить.

Теперь на поверхности розоватой воды отражалась оскверненная, зараженная злостью женщина с безумными глазами и с белой густой косой. Ее нижняя половина лица, где до недавнего времени располагался золотой доспех, была вся покрыта гнилыми струпьями и гнойными ранками. В области сердца было пятно, состоявшее из смеси грязи и дегтя, неравномерно расползшееся на все тело Мелины.

И, наконец, отражение на поверхности колодца силы показало, как прогнившая изнутри Мелина с откровенным удовольствием и со всей силы вонзила мне в грудь свое орудие. Однако ее месть не совершилась, благодаря вспыхнувшей при прикосновении острия кинжала черной чешуе защиты на моей груди.

Вода заволновалась и зарябила, скрывая изображение. От водяной глади, вопреки всем силам притяжения, поднялась розовая струйка, которая пиявкой присосалась прямо к сердцу служительницы ордена. Создалось такое впечатление, что по этому «силовому мосту» выкачивалось нечто.

Когда источник отпустил Мелину, она рухнула как подкошенная, деревья ее уже не держали.

– Колодец силы распорядился забрать свой дар обратно, но оставить жизнь. Убийство в Вечном Лесу не было совершено. Да будет так. – объявил для всех старейшина и снова гулко хлопнул в ладоши. – А теперь, ты – темная из другого мира.

Перед тем, как подойти к переполненному источнику силы, ивовый Аю отпустил мою плененную руку и шепнул мне, чтобы я не боялась, и уверял, что все будет хорошо. Но я как-то… уже не была в этом уверенна.

Я почтительно поклонилась, прежде чем взглянуть на свое обновленное отражение – короткие волосы по середину шеи мне тоже шли. Я взглянула в притягивающие магнитами как бы свои глаза, отраженные на водяной глади, и, ощутила, будто моя суть или душа нырнула в сам источник.

Все вокруг перемешалось: воспоминания детства, материнства и жизни в деревне, новый мир, омо, мелькание изумрудных глаз, видения седобородых старцев и желтые глаза уже любимого служителя. А затем вдруг ничего – ни воспоминаний, ни ощущений – одна пустота, плотная и вязкая. Под натиском источника в этой тихом «ничего» стали проявляться пока не ясные мне очертания, но я поняла одно: это мои утерянные воспоминания. Источник решил восстановить мне память, а заодно и покончить с моими приступами отстранения от реальности.

Закрутился калейдоскоп картинок, которые я и рассмотреть толком не успевала. Ко всему этому присоединилось новое ощущение в области сердца. Я уж приготовилась к тому, что и меня лишат моего темного дара, но оказалось, что нечто меня, наоборот, наполняло и дополняло.

Когда и как все закончилось, я не поняла. Осознала себя уже лежащей на бархатной (не только на вид, но и на ощупь) траве, недалеко от колодца силы. Я четко понимала, что меня наградили… и наградили щедро. Надо мной склонилось сморщенное лицо старейшины, который весело говорил:

– А ты боялась. Мы давно за тобой приглядываем, оцениваем. А тут такой прекрасный повод без лишних осведомленных показать тебя источнику мира. Вставай. Хватит притворяться.

После его слов я попыталась подняться, но меня подхватил мой бессменный помощник ивовый Аю и, поддерживая, повел меня за старейшиной, который по скорости не уступал самым молодым жителям Вечного Леса. Мелины рядом уже не было, по крайней мере, я ее нигде не увидела. А старейшина все говорил:

– Он счел тебя достойной. Я так и думал. А ты обратила внимание, что он переполнен? Источник все реже и реже находит подходящие души для дара. И это становится проблемой. Все в этом мире перевернулось с ног на голову. Но ты…

Старейшина резко повернулся ко мне и начал тыкать пальцем в зеленой перчатке чуть ли не в нос. Он продолжал и продолжал говорить с ошалелым немигающим взглядом:

– Ты все исправишь. Ты вернешь баланс, я точно знаю. Источнику перестанет грозить разрушение.

И все это (исключая угрозу мирового масштаба) он ждал, нет, требовал, от только что судимой темной ведьмы из другого мира. Вот это убежденность! Мне бы его уверенность…