Александра Черчень – Невеста ледяного дракона (страница 26)
Отчаявшись бороться со злом, я решила ему поддаться. Сменить тактику: завалить пацана информацией, да в таком количестве, чтобы у него на переваривание ушли месяцы. К тому же, пока говорила я, молчал он, а от этого звонкого пронзительного голоска у меня едва не началась мигрень.
Я выложила ему чуть ли не все, что знала сама. И про свой мир, – машины, самолеты, телефоны и компьютеры, – отчего у мелкого глаза полезли на лоб, и про то, что случилось со мной после того, как я вышла из портала. У меня даже во рту пересохло. Не помню, когда я в последний раз столько говорила! Голосовые связки сморщились и пожухли, как завядшие цветы, а мышцы лица ныли от усталости.
– …Поэтому он решил, что я хотела его отравить, и выгнал меня из замка, – из последних сил закончила я свой рассказ, откинулась на подушку и закрыла глаза.
Тишина была полной и восхитительной. Бальзамом она стекала мне в уши, обволакивала коконом блаженства. Я, наконец, обрела покой. Не зря все-таки придумали исповедь: выговорившись совершенно незнакомому подростку, я почувствовала странное облегчение. Вдобавок, этот часовой монолог так меня утомил, что для переживаний и обид на Араэна сил попросту не осталось. Конечности налились тяжестью, и я начала проваливаться в глубокий сон…
– Я одного не пойму, – прорезал воздух мерзкий мальчишеский голос. – Если отравитель не ты, то кто тогда?
Я чуть не зарыдала! Может, Араэн неспроста заселил меня именно сюда?! Может, он специально отбирал мне в соседи самого неуемного, болтливого и приставучего ребенка во всей Тирре? Это была кара. Сущее наказание. От богов ли, от драконов, – не суть. Главное, что вынести его я не могла физически.
– Да плевать я хотела! – застонала я, накрываясь одеялом с головой.
– Так это ж самое интересное! – мальчишка в конец обнаглел и, спрыгнув со своей кровати, пересел на мою. Да-да! Прям как кот: взял и беспардонно устроился у меня в ногах. – И потом: его же снова попытаются убить! – он подергал мое одеяло. – Эй, слышишь? Кто-то же должен спасти повелителя!
Выдыхаем. Ме-е-едленно. Ага, еще разок. Теперь про себя до десяти: один, два, три…
– Ну ты чего, спишь, что ли!
Боги, прием! Я тут! Северный, Южная, Рассветный, Юго-западный… Да по фигу! Хоть кто-нибудь! Заберите его от меня немедленно, или случится страшное.
– Сплю! – заорала я, резко сев.
– А вот и нет, – довольно ухмыльнулся мальчик. – С открытыми глазами не спят.
– Слушай, ты, как тебя там… – начала я, разжевывая каждое слово.
– Можешь звать меня Кей!
– Не собираюсь я тебя звать! Вообще! Уйди, растворись в тумане, исчезни с глаз, от-ва-ли! Найди другое развлечение?
– Какое? – Кей моргнул.
– Откуда я знаю?! Сколько там времени? Иди обедать! Руки перед едой вымой, жуй по тридцать раз и все такое. И зубы еще почисти. А до тех пор не вздумай здесь появляться.
– Ну… – он впервые за все это время смутился. – Дело такое: есть-то как бы и нечего.
– Здесь что, не кормят? – я так удивилась, что забыла про злость. Мальчик и правда выглядел очень худым. Каким бы поганцем он ни был, за что ж его голодом-то морить? Приют ведь, наверное, рассчитан на тех, кому нечем заплатить за еду…
– Кормят, конечно, – с энтузиазмом кивнул Кей. – Вот вчера вечером мне достался вот такой кусище хлеба! – и он показал сжатый кулачок. Размером он был с очень скромную горбушку.
Вчера вечером?! А я-то считала Араэна хорошим правителем! Да у него под носом дети с голода чахнут, а он своим гостям мечет на стол поросей! Еще и Таиру с ног до головы украшениями заваливает. На одно только ее платье можно накормить полгорода!
Я заранее знала, что пожалею о своем поступке, но ничего поделать с собой не смогла. Вот накормлю Кея – а уже потом поставлю его в угол и велю молчать до самого вечера.
– Пойдем на рынок, – вздохнув, предложила я. – Купим тебе что-нибудь поесть.
Кей оживился. То есть мне и до этого казалось, что парнишка мне в соседи достался не в меру энергичный, а тут он и вовсе будто батарейку проглотил. Он не просто шел со мной рядом, он чуть не пританцовывал от нетерпения, болтая без умолку. А когда я сказала, что еду он получит, только если до самого рынка не произнесет ни слова, Кей изобрел новый способ действовать мне на нервы: свист.
Признаюсь честно: я не могу похвастаться абсолютным слухом. В детстве бабушка безуспешно пыталась запихнуть меня в музыкалку, чтобы я исполняла на аккордеоне ее любимые песни, но меня вежливо выпроводили оттуда. Так вот, даже по моим скромным меркам Кей фальшивил просто фантастически. Он выводил какую-то мелодию, но выходило душераздирающе. Нечто среднее между свистком полицейского и криком дельфина. Зато с чем у мальчишки проблем не было, так это с громкостью. Затыкай уши, не затыкай – все равно можно проститься с барабанной перепонкой. По дороге Кей умудрился вспугнуть десятка два птиц, пару лошадей и осла. Не думала я, что ослы умеют бегать галопом, но молодецкий посвист моего спутника творил чудеса.
Ближе к рынку я сдалась.
– Ладно, – выдохнула обреченно. – Можешь говорить. Только умоляю, больше никогда не издавай эти звуки!
– Надо же! – хмыкнул Кей. – А раньше всем нравилось. Хозяйка приюта, Лаэрта-най, сказала, что у меня такой талант! И никак нельзя тратить его впустую. Если уж свистеть – то только на главной площади.
– Мудрая женщина, – с завистью протянула я. И почему сама не додумалась до чего-то подобного?
На рынке Кей ориентировался, как рыба в воде. Я едва успевала за кепкой, что мелькала между людьми с немыслимой скоростью. Вскоре мальчик вывел меня к пекарне, и я набрала целый мешок свежего хлеба самых разных форм и размеров: и длинные батоны, похожие на багеты, и круглые краюхи из более темной муки, и пышные припорошенные мукой лепешки. Как выяснилось, Надр был очень щедр, потому что пары его монет мне с лихвой хватило на все это великолепие. Самой мне недолго осталось мерзнуть на севере драконьей империи, а вот обитателям приюта такая помощь пришлась бы кстати.
Осознав, что экономить я не планирую, Кей впал в шопоголический раж и поволок меня дальше. Мы набрали овощей, сыра, мяса и так умаялись, что присели за столик перед небольшой лавкой, где разливали горячий пряный напиток, похожий на наш глинтвейн. После тяжелого дня и долгих прогулок он зашел мне на ура. Кею я, само собой, алкоголь давать не стала, хоть он и канючил, как привокзальный цыганенок, так что пришлось пацану довольствоваться булкой и сыром.
– Ты должна спасти повелителя! – пробубнил он с набитым ртом. Потом сыто икнул и облокотился на заваленный крошками стол. – Смотри: план шикарный! Мы вместе – ты и я – найдем злодея. И доказательства, без них никуда. Потом ты пойдешь к лару, все ему расскажешь, и муа-муа-муа… – Кей изобразил, что целуется со своей ладонью. – Он тебя вернет, а ты скажешь, что все это благодаря мне. И пусть меня возьмут в замок! Я там и на кухне помогать могу, и убираться…
С трудом сдерживая смех, я смотрела на чумазую рожицу этого мелкого фантазера. Если уж он за своей чистотой следить не может, то о какой уборке замка может идти речь?
Конечно, звучали его идеи неплохо и даже отчасти логично. Проблема заключалась в другом.
– Араэн не пустит меня в замок. Не будет слушать! Да и потом… – я глотнула обжигающего напитка, и почувствовала, как приятное тепло разливается в груди. – Я же тебе не сыщик…
– Так а я тебе зачем? – хлопнул по столу мальчик. – Меня одно время почти не выпускали из здания городской стражи… Ну, сама понимаешь… Денег нет, а кушать хочется. Там урву, здесь… И вот, был у них там такой Биргон-бир. Он-то преступников и разыскивал. Толковый мужик! И скажу я тебе, ничего в этом деле сложного нету!
– Угу, – я скептически наморщила нос.
– Даже у тебя получится! – отмахнулся Кей. – Вот смотри. Надо представить, что ты и есть преступник…
– Спасибо, другие уже вместо меня представили!
– Да не перебивай! – засопел пацан и вытащил из мешка с покупками еще одну булку. – Вот тебе надо отравить Араэна, так? Значит, ты должна посыпать сюда яда. Но сначала – где-то его взять! Тут такое на каждом углу не купишь, уж поверь!
– Ну, во-первых, – включилась я в игру, видно, алкоголь подействовал на меня умиротворяюще, – сверху ядом я бы ничего посыпать не стала. Его надо растворить, добавить в тесто… Но! Араэн-то ничего не ел в тот день кроме моих кексиков.
– Значит, пил!
– А знаешь, – я задумчиво подперла лицо ладонью, помешивая свой напиток, – я в каком-то детективе читала, что яд сам по себе горький. И чтобы никто про него не догадался, убийцы его подмешивают в горький напиток. Кофе или что-то такое…
– Вот, что я тебе скажу, – деловито заметил Кей. – Кофе – это еще не горько. Самая противная штука в мире – это горный травяной сбор, от которого тут все драконы без ума. Ни один человек эту дрянь пить не сможет…
Мальчик продолжал что-то вещать про местные чаи, а я застыла, как громом пораженная. Перед глазами всплыла картинка сегодняшнего утра. За минуту до того злополучного поцелуя Араэн как раз предлагал вместе выпить травяной сбор, когда турнир закончится. Значит, он тоже его любит! И опустим сейчас тот факт, что он планировал напоить меня гадостью, которая, если верить Кею, людям вообще противопоказана. Может, Ар и ночью его пил?