Александра Бракен – Темное наследие (страница 77)
Милашка и еще несколько ребят метнулись обратно к нам, что-то крича и стреляя в солдата, который попал в мальчишек. Они упали на колени рядом с ранеными детьми, проверяя пульс, пытаясь привести их в чувство, и никто не заметил другого охранника, который прицелился в них… Я опоздала… Снова загремели выстрелы, и когда они, наконец, смолкли, лишь Милашка, шатаясь, поднялась с земли.
Грязь подо мной превратилась в снег.
Я попыталась вскинуть голову, но силы покинули меня. Эти мальчики… с какой стати я вообще решила, что это сработает? Почему я поверила, что мы выберемся отсюда живыми?
Ко мне подбежал человек, на ходу стреляя в кого-то или что-то, невидимое мне. На одну безумную секунду мне показалось, что это Лиам. Я ждала, что его сильные руки мягко поднимут меня, унесут отсюда. Но человек остановился рядом со мной и принял стойку, продолжая отстреливаться. Свистели пули в такт с безумным топотом ног по земле, приближавшимся к решетке.
Я могла встать. Я могла сделать это сама. Столько, сколько нужно. Пока я могу дышать, я буду подниматься.
Я высвободила ладони, прижатые к земле моим собственным весом, и вытянула их вперед. Расставив пальцы, чтобы получше опереться, оттолкнулась от земли. Человек, стоявший рядом со мной, провел рукой по моей спине, а затем по плечам – Роман.
Непроницаемая маска слетела с него.
– Ты ранена?! – испуганно крикнул он.
Я покачала головой, по-прежнему не в силах говорить. Я прижала правую ладонь к левому плечу.
Я могу встать. Я могу сделать это сама.
Лицо Романа было покрыто пóтом, по телу пробегали судороги. Сколько еще он в состоянии превозмогать боль? Счет шел на минуты.
Я схватила его за руку, с облегчением ощутив, как крепко он сжал мои пальцы. Мне нужно было убедиться, что он не отстанет.
Приянка ждала нас у ворот, ее тело излучало энергию, глаза яростно горели. Увидев нас вместе, она повернулась и пустилась вдогонку за остальными, к зданию. Я толкнула Романа к ней.
– Иди! Я проверю, как остальные.
– Пять минут, – сказал он и снова приложил руку к плечу.
С облегчением я повторила жест.
Парень пробрался через толпу детей и скрылся в здании. Девочка из команды Милашки стояла у ворот, сжимая винтовку, и махала рукой, подавая знак остальным. Увидев меня, она замерла. Я повернулась, пытаясь понять, остался ли еще кто-то в Бездне.
Только солдаты. Перепачканные грязью, мечутся, орут от ярости. У них отобрали оружие, но еще оставались тазеры и дубинки.
– Это все? – спросила я.
– Ты последняя, – ответила девочка, закрывая и запирая ворота. – Действуй.
Я кивнула. Приянка не стала полностью отключать электричество в Бездне, она лишь временно обесточила решетки. Мне понадобилось несколько секунд, чтобы снова пустить электричество по заграждению. Мы повернулись и зашагали прочь в тот момент, когда солдаты ринулись к ограде. Послышались крики.
Кто-то из Кинетов выбил дверь зала дезинфекции, чтобы быстрее оказаться в основном здании. Коробки с вещами были перевернуты вверх дном, но искать то, в чем попала сюда, я даже не стала. Мы оставили наши вещи в машине, которую спрятали километрах в восьмидесяти отсюда, на границе Техаса и Оклахомы.
Мы двинулись по следу из разрушений, спустившись по лестнице, которую я до этого не замечала.
– Куда мы идем? – спросила у кого-то все та же девочка. Но тут, миновав последний лестничный пролет, мы всё увидели сами.
Это был огромный гараж.
Размером с Бездну. Здесь стояли не только личные машины, но и военные грузовики и фургоны, в которых детей привозили сюда.
Вдоль стены в ряд выстроились шкафчики, а рядом – доска, на которой рядами висели ключи. Шкафчики уже взломали, вывалив на пол их содержимое – кошельки, рюкзаки, одежда. Милашка раздавала вещи детям, которые выстроились в удивительно ровную очередь.
– Не оставляйте у себя эти машины – поменяйте их через несколько часов! – Я старалась перекричать рев запускаемых двигателей и возгласы, в которых восторг смешивался со страхом. – И не останавливайтесь, что бы ни случилось!
Несколько человек закричали и зажестикулировали мне в ответ, подтверждая, что поняли. Я заметила, что Макс помогает еще одной девочке-подростку усадить во внедорожник детей помладше. Потом она сама забралась на водительское место, а на пассажирское уселся мальчишка ее возраста. Макс сделал шаг назад и махнул им рукой.
Похоже, большинство детей собирается путешествовать вместе. Хорошо. Но увидев, как они сколачиваются в пары и группы, я снова выжидающе посмотрела в сторону входа.
Милашка быстро разобралась с остальными ключами, оставив нам две связки поменьше. Направляясь к машинам, она бросила их мне и улыбнулась.
– Увидимся в следующей грязной дыре, Новенькая.
Ключи были не от машин, а от мотоциклов, припаркованных у восточной стены. Макс подбежал ко мне, дав дорогу зеленому «джипу», который с ревом промчался мимо.
– Видишь их?! – крикнул он.
Проходили секунды. Минуты. Еще минуты.
– Может, мне пойти поискать?
– Нет, вот они! – Макс пулей рванул с места, огибая оставшиеся машины. Я увидела ребят на секунду позже: Приянка буквально тащила Романа на спине. У нее на руках выступали вены и сухожилия, и она тряслась, как кипящий чайник на плите.
– У меня всe получилось! – завопила она, увидев мое лицо. – Получилось, получилось, получилось!
– Хорошо…
– Поедем на этих штуках? Они мне
Я хлопнула ее по щеке. Приянка повернулась ко мне: зрачки расширены, лицо пылает нетерпением. Она несла Романа и даже не вспотела.
– Мы пойдем? Пойдем уже?! Почему ты на меня так смотришь?!
Я коснулась шеи Романа, проверяя пульс. Парень приоткрыл глаза, и когда Приянка опустила его на землю, прижал правую руку к плечу. В ней был шприц.
– Ограбили их медпункт, там было круто, – сообщила Приянка. – Я приму лекарство, как только мы на фиг уберемся отсюда. Я справлюсь, обещаю, я все контролирую, я в порядке, просто дайте мне взлететь… дайте мне взлететь…
– Если ты справишься, – сказала я, стиснув ее запястье, – то так и сделаем.
Роман посмотрел на один из мотоциклов.
– Не смогу, – выдавил он, морщась от боли.
– Я смогу. – Макс держал пояс, снятый с одного из солдат. – Ты помнишь, как управлять мотоциклом? – спросил он у Приянки.
– Я помню, как обгоняла тебя в каждом, каждом, каждом заезде, – пропела она, забирая у него пояс. – Привяжи его ко мне, и давай сделаем эту трассу.
Приянка уселась на первый мотоцикл, и мы с Максом пристроили потерявшего сознание Романа у нее за спиной. Я крепко связала их поясом и быстро помолилась для большей надежности.
Она завела мотор и, не дождавшись нас, направила мотоцикл к выходу.
– Это… – начал Макс.
– Не думай, – попросила я. – Просто езжай.
Его слова поглотил скрежет двери гаража – детям наконец удалось с ней справиться. Выезжая на волю, они сигналили, вышибали сетчатые ворота, которые казались такими несокрушимыми, когда нас везли сюда. Решетка прогибалась и рвалась, падала в грязь, по ней проезжали первые грузовики и внедорожники. Машины устремлялись вперед, и над ними разрастался победный крик. Этот звук постепенно захватывал всех нас, даря невероятное чувство надежды.
Когда проехала последняя машина, Макс нажал на газ и вывел свой мотоцикл, догоняя Приянку. Мы набирали скорость, и перед нами внезапно открылся мир. Внешнее освещение погасло, и я видела лишь бесконечное небо, усеянное звездами.
Я подумала, что те, кто не видел в нас людей, теперь окончательно убедились, что мы – нечто большее.
Машина ждала нас там же, где мы ее оставили – позади заброшенного торгового центра на краю Оклахомы. Я уже сбилась со счета, сколько краж нам пришлось совершить. Для того чтобы воплотить в жизнь этот план, понадобилось две. Эту машину мы угнали и спрятали. А потом добыли вторую в Техасе – ту, что осталась на заправке, где нас арестовали.
Мы переоделись, избавившись от формы, которую оставили вместе с мотоциклами – вдруг кому пригодится. А Макс подошел к приветственному знаку, обозначавшему границу штата.