Александра Блонская – Анна из рода Циани. Финал (страница 9)

Мария Фери видимо, тоже услышала диалог — она заметно побледнела. Женщина провожала взглядом Алрика и Стоунфилдов, пока Каин, наконец, не подошёл к их столу. Молодой мужчина остановился рядом с матерью, наклонился, словно хотел что-то сказать, но она опередила его — тихо, почти беззвучно, так, чтобы услышал только он, но Кайл смог прочитать по губам:

— Твою сестру только что закрыли в склепе, — произнесла Мария, не глядя на сына. — А Алрик уже ищет новые способы породнить тебя с будущим жрецом.

Кайл так и не узнал, что ответил сын матери. По залу прошла волна — не звук, не движение, а именно волна. Шёпот поднялся сразу и везде, как будто кто-то невидимый провёл ладонью по воздуху. Кайл раздражённо перевёл взгляд к входным дверям — и застыл.

В проёме стояла Анна. Чёрное платье. Строгое, закрытое, без украшений — не траур напоказ, а необходимость. Волосы убраны в гладкий, низкий пучок, ни одной выбившейся пряди. Лицо спокойное, собранное, почти холодное. Чуть поодаль остановился Варди — тоже в чёрном. Кайл впился в него взглядом. Варди, поймав этот взгляд, едва заметно пожал плечами: что я мог?

Анну в зале не знали, но она вошла в сопровождении Варди — а Варди знали все. Его переманивали, за него торговались, его хотели заполучить в свои дома. Бывший воин. Искусный повар. Человек герцога Блэквуда.

Внешне Кайл не изменился. Он сидел ровно, с тем же выражением лица, с каким слушал чужие соболезнования уже не первый час. Но взгляд его не отпускал Анну ни на мгновение.

Она чуть замялась у входа, обратилась к Варди, тихо спросила. Он ответил так же тихо. Анна кивнула — коротко, решительно — и пошла дальше — к алтарю. Кайл наблюдал, как девушка остановилась, как аккуратно положила цветок. Затем — чек, на предназначенный для этого поднос. Движения были сосредоточенными, четкими и уверенными.

После ритуала Анна повернула к столу Фери.

— Мои соболезнования, — произнесла она едва слышно и поклонилась. Не так, как аристократы — с отточенным изяществом. Её поклон был простым, человеческим, и оттого казался пронзительно искренним.

Мария Фери, тепло улыбнулась и кивнула. Кирилл, Каин и Алоиза последовали её примеру — вежливо, с отстранённым недоумением. Кто она? Откуда?

Анна выпрямилась. На мгновение Кайлу показалось, что она собирается идти дальше — к столу Стоунфилдов. Он почувствовал это раньше, чем увидел. Внутри что-то коротко дёрнулось.

Он привстал со стула.

— Анна, — сказал он негромко, но так, что девушка услышала. — Я здесь.

Шёпот в зале усилился. Но Кайл уже смотрел только на неё. Анна ответила внимательным взглядом. Не с удивлением — будто знала, где он сидит, ещё до того, как он заговорил. Затем сдержанно кивнула и прошла к столу. Села рядом — спокойно, без колебаний.

Кайл почувствовал кожей взгляд Генри. Острый, тяжёлый. Герцог не повернул головы. Не сейчас. Вместо этого лениво скользнул взглядом по залу, будто всё происходящее ему наскучило. Он отмечал реакции — кто задержал дыхание, кто наклонился к соседу, кто уже начал строить догадки. Анна рядом работала лучше любого приманочного заклинания.

— Вы хотели поддержать и жениха тоже? — произнёс он едва слышно, не меняя выражения лица. — Его здесь нет. Он убит горем и остался дома.

Анна чуть склонила голову, будто принимая к сведению.

— Тем лучше для меня, — выдохнула она. Кайл повернул голову ровно настолько, чтобы видеть её профиль.

— Кто эта девушка, — тихо добавила Анна, — что так пристально смотрит на меня.

Кайл знал, о ком речь, даже не глядя.

— Мира, — ответил он. — Сестра Стоунфилда.

Он потянулся к графину, налил вино и поставил бокал перед Анной — жест машинальный, выверенный годами.

— Я не пью, — сразу сказала девушка. — Ни капли. Можно воды?

Кайл на секунду замер. Затем без комментариев отставил бокал, налил воды и подвинул к ней. Он сделал глоток вина сам, не отводя взгляда от зала.

Мира всё ещё смотрела, уже даже не скрываясь. Анна чувствовала это — Кайл видел, как у неё чуть напряглись плечи, как она выпрямилась, будто собираясь. Пусть смотрят.

Кайл и Анна просидели до самого ритуала подсчёта пожертвований — того самого момента, когда служители должны были подойти к алтарю и вслух зачитать обозначенную сумму, которая потом пойдет нуждающимся. Деньги лежали, аккуратно разложенные на подносах, и тянули к себе взгляды не хуже свежей крови.

Стол Фери постепенно оживал. Появление незнакомки сделало своё дело: люди тянулись — из любопытства. Чем больше гостей садилось рядом, тем внимательнее становился Кайл к своей наложнице. Он играл роль безупречно и даже с удовольствием. Подал Анне вилку, когда та на секунду отвлеклась. Исправил несуществующую складку на её плече — жест лёгкий, почти интимный. Поймал её взгляд и улыбнулся — коротко, ободряюще, так, как улыбаются женщине, о которой заботятся.

Анна поняла правила быстро. Она задавала вопросы — самые пустяковые, ни о чём: о здании, о старых фресках, о том, почему говорят «Едино» трижды. Говорила тихо, почти для него одного. И чем непринуждённее звучал их разговор, тем напряжённее становился зал вокруг.

Кайл как раз наклонился к Анне, чтобы ответить на очередной её вопрос, когда за спиной возникло чужое дыхание.

— Вы оскорбляете похороны невесты Великого Героя, — прошипел низкий, хрипловатый голос. Кайл не сразу понял, откуда он доносится. Звук был будто снизу и сзади одновременно. Герцог медленно, с привычной расслабленностью повернул голову.

Позади него стоял лорд Двинн — дальний родственник Стоунфилдов, настолько дальний, что почти и не родной. Коренастый, низкий, с налитыми кровью глазами. Он не шатался, говорил чётко, но в каждом слове чувствовалась та особая храбрость, которую даёт перебор с поминальным вином и ощущение неожиданной собственной значимости.

— Зачем вы привели эту… — Двинн запнулся, но быстро нашёл замену, — …женщину. Она не представлена свету. Вы раньше никогда не выводили своих ш… — он прикусил язык, — …свои развлечения.

Анна покраснела мгновенно. Кайл почувствовал это боковым зрением, как ощущают жар от открытого огня. Она замерла, хотя выражение лица не изменилось.

Герцог медленно развернулся на стуле. Не резко, не вызывающе. Легко — так, будто его просто отвлекли от скучной беседы.

— Прошу прощения, — сказал Кайл спокойно, даже дружелюбно. — Вы ко мне обращаетесь?

В зале стало тише. Кто-то перестал жевать. Кто-то наклонился ближе, делая вид, что поправляет салфетку. Двинн победно усмехнулся. Он явно не понимал, что делает.

— А к кому же ещё, Ваша Светлость.

Кайл встал не спеша. Сначала выпрямился, затем обернулся полностью. Теперь Двинн едва доставал герцогу до груди. Видимо, это обстоятельство расстроило родственника Национального Героя. Он взвизгнул:

— Вы должны знать! Что…

— Нет, это вы должны знать, что слишком много выпили, — неожиданно встал между двумя Генри Мэлфой. Он не смог молча наблюдать как какой-то олух портит репутацию семьи Стоунфилдов. Не ради Эдварда, конечно, но хотя бы ради Миры и Маргарет.

Генри замахнулся уже, чтобы врезать Двинну и переманить всё внимание на себя, как распахнулись тяжелые двери залы — обе створки сразу. Шум стих не постепенно, а обвалом. Больше никого не интересовал Двинн или герцог.

Внутрь вошла процессия: слуги выстроились ровной линией, и между ними быстром шагом двигался мужской силуэт. Кайл узнал его раньше, чем услышал имя.

— Его Величество Виктор Брасс, — провозгласил лакей.

Зал поднялся разом. Стулья отодвинулись, ткани зашуршали, головы склонились. Анна не растерялась, повторила движение за гостями. В тот краткий миг, пока все были заняты королём, Генри схватил побледневшего Двинна за грудки и потащил за колонны. Кайл же улыбнулся и повернулся обратно к столу, будто ничего не произошло.

Тем временем король прошёл через зал, не останавливаясь, не кивая по сторонам, прямо к Марии Фери.

— Я выражаю вам свои соболезнования, — произнёс Виктор Брасс. Его голос был ровным, твёрдым, без надрыва. — Мне больно осознавать, что грязные слухи стали причиной гибели столь преданной подданной нашей Империи.

По залу прошёл шёпот.

— Он же был на восточной границе…

— Как успел… Сам приехал…

Король возложил цветы. Затем — чек. Движения точные, отработанные. Всё это время зал стоял, склонив головы. Все — кроме одного человека.

Саэль Асмори сидел на своём месте. Он не встал. Он смотрел на происходящее с той самой отеческой улыбкой, хотя был старше короля, хорошо, если года на два. Жрец выглядел спокойным, уверенным, будто происходящее — его собственная служба.

Когда король двинулся обратно между рядами столов, он остановился перед Саэлем. Склонённые головы не мешали Кайлу видеть этот момент. Виктор Брасс поклонился.

— Саэль Асмори.

Жрец поднялся — неторопливо, без суеты. Поклонился в ответ и буднично сел.

— Ваше Величество, — сказал он мягко. — Благодарю вас за то, что нашли время для этой несчастной души.

Король ничего не ответил. Он уже двигался к выходу. Проходя мимо стола, за которым сидел Кайл, Виктор замедлился и на мгновение повернул голову.

— Брат.

Кайл в ответ кивнул.

— Привет.

Не останавливаясь ни на секунду, Король прошёл дальше к выходу. За ним вышла и его свита.

Кайл сел. Анна села рядом с ним. Гомон и шум вернулись в зал. Некоторые гости искали взглядом Двинна и разочарованно отворачивались, поняв, что скандала не будет.