Александра Байт – Клуб пропавших без вести (страница 44)

Я снова скользнула взглядом по очередному творению обитателя мансарды и, улыбнувшись, убрала лист в ящик стола, к остальным рисункам. Если когда-нибудь мне все же доведется увидеть «чудовище», обязательно уговорю его нарисовать целую историю об этих героях. А я могла бы сделать подписи к рисункам – получилась бы неплохая книжка для малышек вроде Маши. Ого, кажется, у меня впервые за долгое время появилась тяга к творчеству! Выходит, не только я хорошо влияю на загадочного призрака, но и наоборот… Наверное, не стоило обращаться к «старому дяде» на «ты», но благодаря комиксам я привыкла к мысли о том, что прямо надо мной обитает не мужчина в летах, а косматый сказочный персонаж.

За завтраком мы с Машей умяли добрую часть слив, обсуждая мой завтрашний «выход в свет». Девочка настаивала, чтобы у меня были непременно красные, в тон платью, ногти, но я решила остановиться на благородном френче. Собственно, именно этим и следовало заняться в ближайшее время: привести себя в порядок в салоне красоты парк-отеля, чтобы ни в чем не уступать спутницам местных бизнесменов. Я почему-то нисколько не сомневалась в том, что эти дамы будут выглядеть прямо-таки шикарно. Как ни парадоксально звучит, не хотелось выделяться на их фоне убогостью облика.

Костя отвез Машу к родителям жены и вернулся за мной. Я вполне могла догулять до парк-отеля пешком и в одиночку, но мой кавалер так желал сопровождать меня…

Вспомнив вчерашнее происшествие с «бригадой» на черном авто, я не стала возражать – и поняла свою ошибку значительно позже, когда, переступив порог отеля в компании колоритного брутала, поймала на себе любопытные взгляды персонала и отдыхающих. Костю хорошо знали в поселке, и новость о том, что наглая капризная «нимфа» продолжает вытряхивать из отца-одиночки немалые деньги, наверняка быстро распространилась по округе.

– Значит, собираетесь на нашу местную «ярмарку тщеславия»? – принялась болтать девушка с бейджиком «Мастер ногтевого сервиса» на груди. – Видимо, ответственное мероприятие, раз ваш спутник так в нем заинтересован… Не волнуйтесь, не заскучает, пусть подождет пока в коридоре, журналы полистает. Скажите, это правда, что именно вы с ним обнаружили труп того журналиста? А до этого голыми прыгали по берегу на виду у всех, напились и извалялись в траве? И потом он подарил вам шикарное колье? Вы на самом деле работаете в эскорте? А сюда приехали с каким-то «авторитетом»? И если так, выходит, Аникеев вас у него отбил? Как интересно! Не хочу лезть в чужие дела, но люди болтают…

И так далее, и тому подобное… Ох, я, конечно, делала в жизни немало глупостей, но сейчас, судя по всему, пошла на рекорд. Такой чепухи обо мне еще никогда не сочиняли! Оставалось лишь вяло отнекиваться от вопросов пытливой барышни и с нетерпением ждать, когда же она нанесет этот окаянный лак. К счастью, в самый разгар «допроса с пристрастием» у меня в кармане заверещал телефон – сотовая связь очнулась. Пристроив мобильный на плечо с помощью любопытной мастерицы, я с облегчением услышала голос Катюши.

– Рита, ну наконец-то, до тебя не дозвониться! – радостно заверещала моя единственная соратница в издательстве. – Как ты, что нового?

Старательно понизив голос, я кратко отрапортовала о своих невеселых делах.

– Не нашла покойника, ну и ладно, – оптимистично брякнула Катюша. – Должность все равно считай что у тебя в кармане, должен же кто-то спасать журнал! Издатель уже не скрывает недовольства нынешним главредом, наш рейтинг все ниже, рекламодатели разбегаются… Так что ничего нового, по-прежнему загниваем. Наш шикарный лев ходит важно, как обычно, но мы-то знаем, что дела плохи…

Перед мысленным взором тут же возник издатель – с гривой густых темных волос, величаво вскинутой головой и мягкой поступью. Я живо представила, как он плывет по этажу нашей редакции, как бросает через плечо распоряжения сотрудникам, как спускается вниз на лифте, с вальяжностью плейбоя поигрывая ключами роскошного авто или опуская на глаза темные очки…

Погодите-ка, очки? Стоп, секундочку, кажется, я ухватила что-то интересное! А теперь быстро, Рита, только бы не потерять нить… И сотовую связь, кстати, тоже.

– Катюша, – оборвала я полный сладостного яда рассказ подруги о выволочке, устроенной на днях издателем главному редактору, – ты у компьютера? Срочно найди в Интернете фотографии администратора Бориса Аникеева. Прямо так и забивай в поисковик, фамилию сейчас не вспомню. Что-то выдало? Теперь смотри внимательно…

Катюша надолго замолчала, а потом в телефоне послышался потрясенный выдох. Значит, я не совсем еще спятила, раз мои подозрения подтвердил человек, во вменяемости которого сомневаться не приходилось.

Наказав Катюше молчать о наших догадках, я поблагодарила ее и наспех попрощалась. С маникюром и педикюром, к счастью, было покончено, и я понеслась к терпеливо ожидавшему в коридоре Косте. Оказывается, он успел оплатить услуги салона красоты, не забыв о чаевых.

Весь обратный путь до машины нас сопровождали любопытные взоры и перешептывания. Можно было не сомневаться, что уже через какой-то час по округе начнут гулять новые сплетни о бесстыжей «нимфе», которая умудрилась развести «тюфяка» Аникеева на внушительный перечень косметических процедур. Но сейчас мне было не до ерунды. Я упорно тащила Костю к машине, чувствуя, что сойду с ума от беспокойства, если немедленно не поделюсь с ним ценным наблюдением.

Поспешив скользнуть на пассажирское сиденье, я перевела дух и в ответ на недоуменный взгляд моего благодетеля пояснила:

– Я кое-что поняла, Костя. Не знаю, что это означает, но… Мой издатель как две капли воды похож на покойного администратора твоего отца.

Глава 15

Я повернулась перед зеркалом, оценивая аккуратность прически, и винного оттенка, в тон платью, камень, спускавшийся к ложбинке между грудей, вспыхнул в свете клонившегося к закату солнца. Колье было именно таким, каким я его себе и представляла: длинную изящную цепочку красного золота, украшенную несколькими пурпурно-красными камнями-каплями, венчала петелька, в центре которой на четырех бриллиантовых усиках держался рубин.

Накануне, вернувшись домой из салона красоты безмерно озабоченной информацией об издателе, я чуть ли не физически почувствовала, что в мою комнату заходили. Не Костя и не Маша, которые делали это регулярно, а тот самый загадочный обитатель мансарды. Бросив взгляд на тумбочку у кровати, я увидела в уже знакомой вазе букет свежих садовых ромашек. И главное, мое платье висело не так, как прежде. Внешне, кажется, все осталось неизменным, но меня поняла бы любая женщина: мы способны тонко уловить перемену обстановки по мелким, едва заметным штрихам.

А наутро, подойдя к окну, я привычно обнаружила на подоконнике послание от «соседа» сверху. Непривычным было то, что лежало на листе бумаги, – не фрукты, конфеты или цветы, а длинный черный бархатный футлярчик. Поспешив открыть его, я потеряла дар речи: там оказалось изысканное, явно недешевое колье с ярким рубином. Абсолютно соответствовавшее моему вкусу и идеально подходившее к платью. Тщательный осмотр только подтвердил мои выводы о ценности украшения. Выходит, пока мы с Костей торчали в салоне красоты, призрак зашел в мою комнату, увидел платье и догадался, какой детали не хватает для довершения образа. А вдруг «безделушку» преподнес Костя? И как меня угораздило сочинить эту глупость о подаренном колье, спровоцировавшую слухи в поселке…

В центре очередного рисунка от призрака красовалась длинноволосая девушка в платье с глубоким вырезом и явно различимым колье, на которую со всех сторон взирали пускавшие слюни мужчины разной степени тучности и плюгавости. Стоило отдать должное остроумию автора: потенциальные поклонники были выписаны с такой смехотворной неприязнью, что я невольно прыснула. Перед девушкой стояло косматое создание, которое воинственно раскинуло лапы, будто желая загородить ее и донести до остальных: «Мое!» Ничего себе, еще один деспот объявился…

Разумеется, как бы мне ни хотелось, принять щедрый дар в виде ювелирного украшения от незнакомого – или почти незнакомого – человека я не могла, поэтому захлопнула футляр во избежание соблазна и поспешила наверх, в мансарду. Помню-помню, я обещала Косте, что не поднимусь туда без серьезного повода, но разве нынешняя ситуация не подпадала под это определение?

До узкой лестничной площадки оставалась какая-то пара ступенек, когда дверь комнатки под крышей распахнулась, и оттуда показался Костя с пустой тарелкой и вилкой. Понятно, поделился с призраком пышными сырниками, которые я приготовила с утра, какой молодец… Но стоило хозяину дома увидеть меня, как благостное выражение сползло с его лица, сменившись строгостью, с которой он иногда обращался к Маше с просьбой убрать игрушки или выключить телевизор.

– Рита, – он приобнял меня за плечи и решительно развернул обратно, лицом к лестнице, – мы ведь договаривались, что ты не станешь сюда подниматься. Я уже объяснял, мне нужно иногда бывать в тишине и одиночестве, и это – мое личное пространство…

Ага, любитель тишины, так я и поверила! Что же ты никак не убавишь собственную «громкость», даже стены трясутся… Не для того ли так кричишь, чтобы призрак узнал о моем нахождении здесь и затаился в своей каморке?