Александра Багирова – Развод в 50. Начать сначала (страница 30)

— Телефон помните?

— Конечно, номера родных надо в голове держать. Мало ли что с гаджетом случится.

— Светлана, не устаю вами восхищаться, — Алексей настолько искренне это восклицает, так на меня смотрит, что аж женщиной себя чувствую.

Я уж и не помню, когда подобный взгляд от мужа видела.

Мужчина протягивает мне телефон. Набираю номер дочери.

— Да, — раздается настороженное на том конце.

— Мартусь, это я…

— Мам, — громкий выдох. — Я уже не знала, что думать. Я в аэропорту. Вылетаю. Квартиру мою разгромили, твой телефон не отвечает. Мам, ты как, где?

— Доченька, со мной все хорошо. Но тут столько всего случилось. Не по телефону. Тем более ты же скоро дома будешь.

— Мам, что они с тобой сделали? Я же их размажу! Это они мою квартиру?

— Неизвестно, но очень похоже на то.

— Ты там держись! Не переживай! Мамуль, мы со всем справимся! У меня на Ленчика такое есть, что он не отмажется! Как чувствовала, надо за ним приглядеть!

— Справимся, — легче на душе становится. Мартуся как глоток свежего воздуха.

— Ой, все посадка! Я тебе скину на этот номер, когда прилетаю! Все, мам, побежала, до скорого!

— Целую, родная.

Вызов обрывается. А я продолжаю улыбаться.

— Простите. Немного подслушал. Дочь у вас классная, — Алексей тоже улыбается.

— Да, поддержка моя, — киваю и отдаю мужчине гаджет. — Она там вам скинет время прилета.

— Встретим обязательно. А пока одним вопросом займемся.

— Каким?

— Надо привлекать адвоката и немедленно, — Алексей за стол садится.

— Марта мне нашла. Я даже ему звонить уже собиралась. Но все контакты в телефоне остались.

— Ответьте мне на один вопрос, вы хотите их размазать, или мирно разойтись в память о былом? — и выжидающе так на меня смотрит.

Вспоминаю, что они сделали, как предали…

— Размазать, мой голос звучит твердо, без малейших колебаний.

— Тогда вам нужен Бульдозер.

— Кто? — хмурюсь.

— Кличка у адвоката такая, он не умеет по-хорошему, только полный разгром. За это так его и прозвали. И он лучший в своем деле.

— Он и дорогой наверно. Скорее всего, не за любое дело берется…

— За это не парьтесь, — подмигивает.

— А вы откуда его знаете, и так уверены, что он захочет помочь?

— Он мой друг, — и в этих трех, казалось бы, простых словах, кроется очень многое.

Уверена, на пальцах одной руки можно пересчитать тех, кого Алексей может так назвать.

Глава 40

— Мы должны действовать быстро, пока они еще что-то не учудили, — Алексей набирает номер в телефоне. — Буль, здаров! — слышу на том конце мужской голос. — Дело есть, срочное. Можешь подъехать? Окей. Жду.

Вот и весь разговор.

Этот Бульдозер просто согласился, даже не расспрашивая в чем собственно дело.

— Алексей, — смотрю на мужчину внимательно. Добродушный взгляд, лучики-морщинки у глаз, губы в полуулубке. Он выглядит как свой-парень. И все же проглядывается жесткость, которую он не показывает. — Вы тратите на меня слишком много личного времени. Я уж не говорю, что вы привезли меня к себе домой, просите друга о помощи… А немного растеряна. Я же вам чужой человек…

Не дает мне это покоя. Я всегда вела довольно замкнутый образ жизни, семья, лаборатория. Не было у меня времени на подруг, друзей. Считала, что краду время у своей семьи. Я создавала наш особенный мир, куда посторонним входа нет. А как оказалось, я жила в грязном мыльном пузыре. Сейчас он лопнул и зловония окатили меня с ног до головы.

— Чем мне еще на пенсии заниматься, — разводит руки в стороны.

— Вы все шутите, а я серьезно. Я вас поневоле втянула в проблемы. Нарушила ваш уклад жизни. И ведь все только закручивается, и я неловко себя чувствую, пользуюсь вашей добротой и гостеприимством.

— Во-первых, вы скрасили нашу холостяцкую берлогу. Тайсон подтвердит, — пес, едва заслышав свое имя, мгновенно подбегает ко мне и виляет хвостом. — Во-вторых, я не могу иначе. И как-то так получилось, что вы сразу не чужой мне стали. Кем я буду, если оставлю вас наедине с гиенами?

Лицо серьезным становится, в глазах нечто таится, что пока не могу разгадать, блеск в них шальной.

— Загадочная вы личность, Алексей, — качаю головой.

— А вы разгадайте! — подмигивает. — Это же ваш профиль изучать. Вот я не против, изучайте.

— У меня несколько другой профиль для изучений, — смеюсь.

— Расширить специализацию никогда не поздно. А если серьезно, я давно себя таким живым не чувствовал, как с вами, — пожимает плечами. — Я будто тот медведь, который после спячки проснулся. А вокруг него оказывается-то жизнь кипит.

Главное- чтобы не забурлило так, что нам всем не сладко придется.

Но это я в слух не говорю. Не хочу момент портить.

Только чуйка мне подсказывает, что еще хлебну я помоев благодаря сыну и мужу.

Далее наш разговор с Алексеем переходит в спокойное русло. Он будто чувствует, что нужна разрядка. Невозможно постоянно быть в напряжении.

Немного выдыхаю, хоть все равно внутри сжатая пружина не отпускает.

Вскоре Алексей вытягивает голову, в окно смотрит.

— О, Буля приехал!

Идет к крыльцу. Я за ним следом. Уж очень хочется посмотреть на Бульдозера, который все на своем пути сметает.

Выхожу на крыльцо, и несколько секунд моргаю. Почему-то мое сознание рисовало огромного, шкафоподобного мужика. А перед маленькой серебристой машиной стоит мужчина среднего роста, ничем не примечательный, увидишь на улице, лицо не запомнишь. В темно-синих джинсах, кроссовках и черном свитере.

Приветливо нам машет и идет к дому.

— Ратмир Мусаев, а это Светлана Киреева, — представляет нас Алексей.

Бульдозер смотрит на меня, прищуривает раскосые глаза, абсолютно черные, радужки не видно, и я ощущаю, будто попала под рентгеновский аппарат, будто невидимые щупальца мне в мозг проникают.

Длится это всего мгновение, но ощущение странное. Немного в шок вгоняет. Как по щелчку пальцев выражение лица Бульдозера снова становится простецко-дружелюбным.

У меня даже складывается впечатление, что они с Алексеем два поля ягоды, такие же приемы применяют, только Алексей более мягко.

— Рад знакомству. Будем разваливать империю Киреевых, — открывает двери, первый в дом заходит.

Едва мужчина порог переступает, как Тайсон на него прыгает и лицо его облизывает.

Он с легкостью удерживает собаку. И я замечаю развитую мускулатуру под свитером. А с виду он худым кажется, щупленьким.

— Светлана, мне нужен полный рассказ. Все от начала и до конца, и то, что стыдно, в чем грешны. Я должен знать абсолютно все, — заявляет, когда мы устраиваемся на кухне.