Александра Альва – Когда отцветает камелия (страница 104)
– Не тебе меня судить, – ответила Инари и посмотрела на Эри, которая в это время тоже старалась вырваться из хватки бога звёзд, как трепыхающаяся рыбка, выброшенная на берег. – Ты хочешь защитить ту, кого любишь, и я тоже хочу защитить свою любовь. Мы с тобой не такие разные.
– Тогда дайте мне спасти её! – процедил Юкио и дёрнулся вперёд, разрывая собственное плечо о когти.
Эри услышала шум и обернулась. К удивлению Юкио, в её глазах не было страха, только алые отсветы магии акамэ, и хозяин святилища понял, что она уже всё для себя решила. Выбрала спуститься во мрак и найти меч, не считаясь ни с чьим мнением.
Она улыбнулась ему, и в это же мгновение бог звёзд провёл остриём по ладони Эри – слёзы невольно брызнули из её глаз. Амацумикабоси приложил раненую руку художницы к ледяному камню и начал сосредоточенно выводить кровью знаки, сдавливая кисть, чтобы вытекало больше.
Юкио даже с такого расстояния видел, как Эри жмурилась от боли, и слышал, как быстро теперь билось её сердце. Ярость переполнила всё его существо.
– Я вам этого не прощу! – Глаз Юкио загорелся янтарным пламенем. – Если вы причините ей ещё больший вред, то я клянусь, что сам стану мстительным призраком и буду преследовать вас до скончания веков.
– Не выйдет, – вздохнула Инари, словно её Посланник не понимал очень простых истин. – Ты забыл, что задолжал мне желание.
Что-то мгновенно разбилось внутри Юкио, когда он услышал слова богини. Рядом с этой женщиной он каждый раз чувствовал себя никчёмным и слабым, ведь она всегда была на шаг впереди. Раньше кицунэ искренне восхищался ею, но теперь испытывал лишь разочарование.
– На нашем последнем совместном праздновании Танабаты ты попросил у меня воду из священного источника, чтобы излечить свою акамэ, и тогда я великодушно отдала тебе столь редкий дар. Но не бесплатно.
– Я помню. Так чего вы хотите?
– Помоги достать меч и попробуй вернуться обратно, и тогда я обещаю, что мы с богом звёзд оставим тебя и девчонку в покое.
– Вы все сумасшедшие, если думаете, что из Ёми можно выбраться живыми!
Инари усмехнулась и изящным движением указала в сторону появившихся на огромном валуне иероглифов, написанных кровью Эри.
– Говорили, что и войти туда, будучи живым, невозможно, но магия сильных оммёдзи творит чудеса. С помощью акамэ, которая по праву рождения не относится ни к одному из миров, но в то же время может находиться в каждом из них, мы откроем врата Царства мёртвых.
– Вот зачем вы посылали тэнгу сначала за Цубаки, а потом и за Эри, – медленно проговорил Юкио, сопоставляя все события прошлого.
– До этого мы думали, что для ритуала подойдёт и её душа, но кровь оказалась гораздо ценнее, ведь в ней хранится в разы больше энергии.
Юкио не верил своим ушам. Когда-то он считал, что ками – ответ для этого погрязшего в пороках и скверне мира, что они единственный оплот чистоты и справедливости. Но теперь все его представления о богах раскололись на сотни кусочков, каждый из которых глубоко ранил.
Ради чего тогда бороться, если лучшие так низко пали…
– Я согласен, – сказал Юкио, ни на мгновение не сводя взгляда с Эри, которая всё ещё стояла рядом с Амацумикабоси и стремительно бледнела, истекая кровью. – Тогда обещайте, если мне удастся вернуть акамэ живой, то вы оставите её в покое навсегда. В этой и в следующих жизнях.
Он знал, что противиться бессмысленно. Слово, данное богине, невозможно нарушить, а потому, как только Инари произнесла свою просьбу, Юкио уже не мог её отклонить. Тогда он хотя бы попытается достать меч и спасти Эри, и это единственное, ради чего ему хотелось бороться.
– Обещаю, – ответила богиня и убрала тяжёлую руку с его плеча. – Ты всегда мне нравился, Юкио, но, к сожалению, тебе не было суждено стать могущественным ками.
– Раньше я хотел этого, но теперь желаю лишь выбраться из вашей прогнившей паутины и уйти. Мне противен мир богов!
Держась за разорванное когтями плечо, Юкио поднялся и медленно побрёл в сторону Эри, оставляя за собой петляющую дорожку из алых капель.
Инари вздохнула и проговорила так тихо, что ни одна душа её не услышала:
– Понимаю. Я бы тоже хотела уйти.
Никогда в своей жизни Эри не получала серьёзных травм: она старалась беречь руки, благодаря которым могла рисовать, и потому не представляла, какую боль способен вытерпеть человек. Ушибы и ссадины, полученные во время детских игр на улице, и даже порез кухонным ножом – всё это не могло сравниться с глубокой раной от острого лезвия танто.
Рука онемела до самого плеча, от ноющей боли ладонь отнималась, а кровь лилась на землю, не останавливаясь, и растапливала только что выпавший снег, образуя алую лужу под ногами.
– Эри! – позвал Юкио и тут же с помощью когтей оторвал от своего кимоно длинный лоскут ткани. – Нужно остановить кровь!
Она протянула ему руку, но заметила, что хозяин святилища тоже ранен: всё его плечо было покрыто глубокими царапинами, а порванная одежда в этом месте свисала лохмотьями.
– Ты должен и о себе позаботиться! – прошептала Эри, жмурясь от боли, когда Юкио обвязал лоскут вокруг её ладони.
– Я ками, для меня такие раны несущественны.
– И всё же давай я посмотрю.
Но она не успела дотянуться до искалеченного плеча: Амацумикабоси прервал их разговор своим режущим слух смехом.
– Ваша любовь меня умиляет, но у нас нет времени на подобное! – Голос бога звёзд зазвучал пугающе. – Пора начинать ритуал открытия врат.
Эри чувствовала, как её тело задрожало от напряжения, но всё же она шагнула вперёд, смело вставая напротив Амацумикабоси: сейчас не время думать о себе и своих страхах.
– Но перед тем как оммёдзи прочтёт заклинание, мы должны выбрать жертву.
– Что? – проговорила Эри с трудом. – Вы получили мою кровь, о какой жертве речь?!
– О существе, которое добровольно отдаст свою жизнь Ёми, чтобы ритуал состоялся, – ответил бог звёзд, разводя руками. – Поэтому мы взяли сюда всех твоих друзей.
Над мёртвым лесом повисла тишина. Казалось, никто не смел дышать, только бы случайно не нарушить пугающего молчания. Но в ушах Эри отчётливо раздавался клёкот блуждающих душ, который сводил её с ума.
– Думаю, ответ здесь очевиден!
Услышав голос, акамэ замотала головой, словно не могла поверить, что кто-то добровольно решился отдать свою жизнь, и повернулась, видя, как руку поднимает Кэтору.
– Нет, нет! – беспомощно зашептала она. – Мы должны найти выход, другой выход!
– Ты просто ничего не знаешь, – продолжил тануки и встал рядом с Хару. – Мне хорошо удавалось скрывать ото всех правду благодаря величайшей силе оммёдзи Сато Харуки.
– О чём ты говоришь?
– Если ты вернула воспоминания, то уже знаешь, чем закончилась наша с тобой история в прошлом.
– В тот день мы оба погибли.
Эри показалось, что её ударили по голове чем-то тяжёлым. Это невозможно! Как он мог погибнуть вместе с ней почти триста лет назад?
– Я был всего лишь слабым ёкаем, который не выстоял против стольких вооружённых людей. Хару-тян нашла способ сохранить мою душу и позже по просьбе господина Призрака создала для меня это тело по подобию сикигами. Технически сейчас я действительно являюсь духом-помощником, привязанным к своему хозяину.
– Это правда, – подтвердил Харука, поправляя очки и убирая с глаз жёсткие от морской соли волосы. – Я давно заметил неладное, но на Окинаве мои догадки подтвердились. Кэтору-сан действительно дух, которого подчинил мой предок.
– Я умер уже много лет назад, и сейчас мне не страшно. Давно хотел отплатить господину Призраку за то, что он однажды сохранил мою жизнь.
Эри закрыла лицо руками, не в силах сдержать слёзы, скатывающиеся по щекам, а Юкио молчал и стоял неподвижно, но его аура говорила акамэ о многом: он был напряжён, как натянутая струна цитры кото.
– Совершенно замечательно: нам теперь не нужно проливать лишнюю кровь! – хлопнул в ладоши бог звёзд. – Дух-сикигами тоже подойдёт для нашего ритуала.
Он дал указание Кэтору встать на один из лучей пятиконечной звезды в пентаграмме сэман174 и кивнул оммёдзи, давая знак, чтобы тот начинал.
– Я правда не могу! – вдруг покачал головой Хару и отошёл назад. – Я занимаюсь только светлой магией, помогающей людям, а это… Это запрещённый ритуал. От такой тьмы вовек не отмыться!
– Неужели я обязательно должен делать тебе больно, чтобы ты понял? – Амацумикабоси вздохнул, и серебряная нить на шее Хару стянулась, отчего на коже выступила кровь, а юноша закашлялся и попытался разорвать путы, но только порезал пальцы.
– Нет, не трогайте его! – закричала Эри, но Юкио удержал её.
– Послушай меня, оммёдзи Сато Харука, – сказал хозяин святилища, но его голос казался сухим и надтреснутым. – Не волнуйся и сделай то, о чём они просят. Я обещаю, никто не осудит тебя за этот поступок, ведь ты и правда спасал чужие жизни.
Затем он обратился к Амацумикабоси:
– А ты прекрати пытку, мальчик же умрёт! Сколько можно мучить этих людей ради своей выгоды?!
– Ты лучше других знаешь, что такое жить под гнётом скверны, будучи божеством! – закричал бог звёзд, продолжая натягивать путы. – Разве я многого прошу?! Лишь хочу вернуть свою жизнь! Так почему мне смеют перечить даже какие-то жалкие людишки?!
– Приди в себя, Амацумикабоси! – продолжал Юкио. – Если убьёшь оммёдзи, то точно не добудешь меч.