Александра Альва – Когда отцветает камелия (страница 106)

Акамэ не знала, хватит ли у неё сил преодолеть всю эту тёмную ауру, но она отбросила сомнения и как можно тише щёлкнула замком чемоданчика, доставая оттуда бумагу и пузырёк с тушью. Очень нужен был свет, но Эри не хотела просить Юкио вновь зажигать кицунэби.

Она на всякий случай проверила свой ворот и рукава, хотя и не надеялась, что масляный дух Абура-акаго рискнул спуститься с ней в Ёми, наверняка он сбежал, как только повеяло тёмной энергией. Но что-то защекотало шею, и маленький ёкай вылетел из укрытия, пару раз перевернувшись в воздухе. Его пламя горело слишком тускло, словно Царство мёртвых и из него вытягивало силы, но этого хватило, чтобы осветить чистый лист бумаги васи.

– Зачем же ты пошёл со мной? – покачала головой Эри, но протянула пальцы, о которые тут же потёрся Абура-акаго. – Мы можем и не вернуться.

Огонёк покраснел, будто хотел выразить негодование, и, отлетев от хозяйки, присел на край чемоданчика.

– Ты накормила его маслом, поэтому он стал твоим вечным спутником, – улыбнулся Юкио и выглянул из-за скалы, осматривая местность. – Пока, кроме блуждающих душ, поблизости никого.

– Поняла, тогда начинаю.

Хозяин святилища положил рукоять меча и печать, сделанную из осколков лезвия, перед акамэ, а сам прислонился к каменной гряде и сложил руки на груди, откинув голову назад. Вероятно, ему и самому было невыносимо трудно находиться в этом месте, но он не показывал вида.

Коснувшись частей меча Такэмикадзути, Эри задрожала всем телом: сила, что таилась в клинке, пронизывала и звала за собой. Кто-то тянул её на самую глубину, заставляя погружаться в видение с головой. Дыхание участилось, рука потянулась за кистью, и художница позволила своему дару взять верх над сознанием.

Она смотрела откуда-то снизу.

По одной устрашающей ауре, пробирающей до костей, Эри узнала это место. Вокруг раскинулся всё тот же мёртвый лес, среди иссохших деревьев которого прогуливались души, не попавшие в загробный мир. Валуны, охраняющие вход в Ёми, стояли, плотно прижавшись друг к другу, и отовсюду веяло могильным холодом.

Существо, чьё лицо Эри не могла разглядеть, двинулось вперёд, отчего у акамэ закружилась голова – она видела только крепкое бедро этого человека, облачённое в синие хакама, и то, что находилось чуть левее, – часть леса и камни. При каждом его шаге всё тряслось, и Эри начала догадываться, что смотрит на мир глазами меча, а идущий, вероятно, хозяин клинка.

Он остановился и поднял с земли камушек, ударив им о валун четыре раза. Ждать пришлось долго, но вскоре пыль и мелкая каменная крошка посыпались на землю и в небольшом отверстии, появившемся прямо в стене, мелькнул алый глаз.

– Принёс? – спросил кто-то надтреснутым голосом.

– Душа акамэ здесь, как и договаривались, – ответил хозяин меча и подкинул на ладони мешочек. – Но сначала докажи, удалось ли тебе выполнить мою просьбу.

– Плата вперёд.

– Если хочешь и дальше получать лакомые души в обход богини Идзанами, то советую со мной не пререкаться! – Голос гремел подобно грому, и Эри узнала эту ауру – она уже чувствовала её во время видения, которое посылал Амацумикабоси.

Глаз, налитый кровью, исчез во тьме, и вместо него в чёрное отверстие протолкнули маленький свёрток.

– Еда с очага Царства мёртвых, – сказал демон с той стороны. – Как и договаривались. Любой, кто вкусит этой пищи, умрёт.

– Твоя плата, – ответил Такэмикадзути и небрежно вложил в красную когтистую лапу мешочек с душой. – Возможно, мне однажды снова понадобится твоя услуга, они¹⁷⁶.

– В следующий раз цена возрастёт.

В водовороте воспоминаний Эри успела увидеть тот самый роковой пир, где в миску риса была вложена еда с очага мёртвых, и почувствовать боль от предательства, когда Такэмикадзути сломал свой собственный меч, дабы мятежное божество звёзд никогда больше не вернулось в Страну тростниковых равнин.

– Клинок сломан! – произнёс с сожалением бог грома и протолкнул в маленькое отверстие обломок меча. – Спрячь где-нибудь, чтобы никто не смог найти. Это на благо божественного внука и всего живого на этой земле.

– Ты уверен? Разве там, наверху, он вам более не нужен? – удивился они, боясь прикоснуться к артефакту. – Скверна никогда не исчезнет из мира людей.

– Для смертных и ками всё ещё есть источник со священной водой… А впрочем, не задавай лишних вопросов. Вот твоя плата!

Он достал мешочек, который выглядел гораздо больше, чем в прошлый раз, и прошептал, взглянув на лезвие клинка:

– Так будет лучше, прощай, мой верный соратник.

Меч исчез во мраке Ёми, а за ним когтистая красная рука забрала шёлковый мешок с душами.

– С тобой приятно иметь дело, бог грома, – ухмыльнулся они, и его клык мелькнул в чёрной дыре. – Обращайся в любое время.

Отверстие с глухим стуком закрылось с другой стороны.

– Я не вернусь, моё дело в Стране тростниковых равнин завершено.

Следующее видение оказалось размытым и тусклым, словно Эри смотрела на мир полуслепыми глазами.

На этот раз она лежала в чьём-то белом рукаве, но через широкий вырез ткани разглядела всё ту же каменную скалу, вход в Ёми и услышала голоса:

– Мы договаривались о пяти душах акамэ! – рявкнул кто-то, и это совершенно точно снова был они.

– Случилось досадное недоразумение, – пробормотал Амацумикабоси: его Эри узнала по осквернённой энергии, расползающейся вокруг. – Пока мы можем отдать тебе лишь четыре души, а последнюю принесём, как только родится новая акамэ. По рукам?

– Я согласился отдать вам клинок бога грома только на определённых условиях. Если вы с вашей замечательной спутницей-лисой не выполнили свою часть сделки, то зачем вообще пришли?! Разве ками не должны держать своё слово? Вы ничего не получите от меня, убирайтесь.

– Постойте! Давайте изменим условия! – закричал Амацумикабоси, но проход уже закрылся, и, сколько бы бог звёзд ни стучал по каменной стене, никто ему не ответил.

Тьма и затхлость. Горы из ненужных и давно забытых вещей. Звук приближающихся шагов…

Эри вскрикнула и очнулась. Темнота вокруг напугала её, а неконтролируемый крик продолжал рваться наружу из глубины груди, но звука не было. Кто-то держал художницу сзади и сжимал рот.

– Тише-тише! – шептал Юкио и продолжал обнимать акамэ, не давая ей вырваться. – Ты в безопасности. Пожалуйста, перестань кричать, иначе сюда сбегутся все демоны Ёми.

Она не сразу поняла, где находится, и поэтому продолжала бороться, пытаясь ударить головой того, кто её удерживал. Но вскоре паника сменилась бессилием, и Эри осела. Осознание всего происходящего обрушилось на неё, подобно неожиданно пришедшей волне.

– Я сейчас отпущу руку, – продолжал тихо говорить ей на ухо Юкио. – Не бойся.

И он действительно ослабил объятия и развернул акамэ к себе, как куклу, вытирая её лицо шёлковым платком.

– Ты использовала слишком много сил, твоё тело не выдерживает.

Кицунэ показал ей ткань, окрасившуюся чем-то тёмным, и Эри наконец осознала, что это всего лишь кровь из носа.

– Прости, видение было очень глубоким, и я не смогла сразу из него выбраться, – пробормотала она и запрокинула голову, пытаясь остановить кровотечение.

– Лучше наклонись вперёд, – сказал Юкио и чуть надавил на её затылок. – Посмотри, на лбу теперь может остаться шрам.

Он коснулся уголком платка кожи между бровями, и Эри зашипела от прожигающей до самой кости боли. Знак акамэ вновь проявился.

– Я видела воспоминания меча и знаю, где он.

– Воспоминания меча? – Юкио замер, так и не донеся второй раз пропитанную кровью ткань до лица художницы. – Способности акамэ и правда удивляют. Ты узнала что-то важное?

– Бог Такэмикадзути отдал клинок одному из демонов Ёми, который, кажется, иногда выполнял просьбы ками за определённую плату.

– Да, я однажды слышал среди людей байку, что можно на самом деле передать что-то своему умершему родственнику, но за это придётся заплатить огромную цену. Не думал, что божества тоже пользуются услугами демонов.

Эри наклонилась над картиной, вокруг которой беспокойно летал Абура-акаго, и ужаснулась: весь лист покрывали грубые мазки чёрной туши, словно кистью пользовался безумец. Среди беспросветного мрака с трудом можно было различить очертания комнаты, до самого верха заваленной горами хлама.

Подняв голову, Эри увидела белую нить, тянущуюся от рукояти клинка в сторону гряды невысоких скал, расположившихся в долине. Среди царства тьмы светлая аура меча, избавляющего от скверны, напоминала петляющую тропинку, подсвеченную фонарями.

– Я ясно вижу наш путь. – Эри вздохнула. – Но справимся ли мы с демоном они? Кажется, лезвие клинка он хранит в своём логове.

Юкио ответил не сразу, но, когда он всё же заговорил, акамэ поняла: возможно, им и правда не суждено вернуться обратно.

– Надеюсь, хозяина не будет дома, когда мы придём за мечом.

Идти по осквернённой земле Ёми оказалось труднее, чем думала Эри. Ноги проваливались в вязкий чёрный песок, а вокруг стояла такая духота, что от каждого вдоха пересыхало во рту.

Источником бледного света служили тени душ, плавающие по мёртвой долине, но им на глаза попадаться не стоило – если они здесь, значит и надсмотрщики должны находиться поблизости. Поэтому Юкио и Эри обходили открытые места и прятались за высокими валунами, которые лежали столь хаотично, что казалось, будто их разбросал по земле ребёнок.