Александр Зимний – Шестьсот лет до девятнадцати (страница 3)

– Да, – он улыбнулся, – я вспомнил, что, когда видел этот набор, сразу подумал о тебе. Кроме того, с приятными утренними впечатлениями гораздо проще идти в новое, незнакомое место.

– Спасибо… – Клео провела пальцами по шёлку пенала, потом всё упаковала обратно и умчалась к себе, чтобы в одиночестве рассмотреть новое сокровище. Ровена некоторое время смотрела на сына, затем кивнула:

– Ты молодец. Но я удивлена.

– Я знаю, – неожиданно кивнул Вивьель, вставая, – простите, лайри Ровена, мне нужно собираться.

Фатум вышел из столовой, спиной чувствуя взгляд женщины. Возможно, именно ей он сможет в итоге открыться? Она казалась достаточно мудрой, чтобы суметь это принять.

Вивьель остановился около странной конструкции, которую, как он помнил, волшебники использовали для перемещения. Это было что-то приземистое, с тремя колёсами, круглым рулём и двумя сидениями – одно позади другого. Тонкий каркас обрисовывал вокруг сидений и руля форму, напоминающую вытянутое овальное семечко. Вся конструкция выглядела как произведение искусства, но…

Вивьель знал из памяти Кэссиана, что это называется «мобиль» и с помощью его можно летать по воздуху, а в движение оно приводится благодаря магической силе водителя. Чтобы ею управлять, нужно было учиться… Кэссиан – умел.

Вивьель пока не знал, что ему с этим способом передвижения делать. К счастью, в семье был и менее магический транспорт.

Юноша прошёл мимо конструкции и сел на заднее сидение устройства, которое здесь называли «машиной», но она управлялась простым человеком. Была достаточно широкой и удобной – как карета. Рядом, у другого окна пристроилась Клеонея. Она держала свой портфель на коленях, иногда поглядывала на брата, когда думала, что он не видит. Вивьель же пока старался осмотреться в городе, отмечая всё, что могло бы ему пригодиться в будущем. И, разумеется, выясняя, как здесь, в другом мире, в другой стране всё устроено.

Как ни странно, различий оказалось намного меньше, чем фатум подсознательно ждал. Мир был похож на родной – и очертаниями материков, и даже этносами, не говоря уже о привычных межличностных отношениях. Только здесь была магия и год примерно на двести лет вперёд от того, к чему привык Вивьель. Именно магия и множество механических устройств и, как их тут называли «электрических», означавшее то же самое, что и «анлирные» в мире фатума – всё это было удивительным. А дома, улицы, сами люди, общение между ними и прочее, прочее не казались чуждыми. Немного другая архитектура – так и в родном мире в каждой стране она была своя. Иная мода? Возможно, но волшебники и аристократы (а чаще всего эти понятия были взаимозаменяемыми) одевались роскошно, в практически знакомом юноше стиле. Прочие люди предпочитали более практичную одежду: когда ты не можешь зачаровать пышное платье, чтобы оно не пачкалось или в нём не было излишне жарко, проще надеть что-то более подходящее. Широкие, просторные улицы, стенды с новостями, рекламой, афишами. Вычурные вывески с названиями магазинов.

Красиво, интересно, вдохновляюще: многие изобретения Вивьель хотел бы запомнить и поделиться ими с соплеменниками. При мысли, что он совершенно не знает, как ему попасть обратно домой, сделалось тоскливо, и фатум запретил себе об этом думать. Он посмотрел на Клео, а та, не успев спрятать интерес, смутилась, опустила глаза. Потом спросила:

– Это Ровена тебе посоветовала сделать мне подарок?

– Нет, она тоже удивилась.

Вивьель решил, что не хочет прикидываться Кэссианом, а потому не стремился подражать его манере общения. Говорил он негромко и был уверен, что водитель ничего не услышит.

Это было тоже очень интересно: он вспоминал и использовал чужие слова походя, мельком, они просто появлялись в нужный момент, и он понимал их значение, но в мире самого Вивьеля водителей не было. Фатум мысленно сделал себе заметку подумать об этом.

– Тогда зачем?

– Чтобы сделать тебе приятное, – тот пожал плечами. – Мне кажется, несправедливым то, что ты живёшь с нами так давно, а до сих пор чувствуешь себя чужой.

Клео отвернулась, ничего не ответив. А потом тихонько вздохнула, потому что они миновали главные ворота Академии. Приближался момент, которого Вивьель опасался.

Вот только ему никто не подарит канцелярский набор, чтобы подбодрить. Придётся справляться самому.

Первая встреча с однокурсниками прошла, на взгляд фатума, вполне сносно: он всех верно «узнал» по именам и внешности, подхватил нужный тон, перекинулся ничего не значащими фразами и вместе с ними дошёл до нужного зала, попутно рассматривая саму Академию.

Это оказалось не одно, а несколько монументальных зданий, окружённых просторными парками с фонтанами, статуями, беседками и лавочками. Сами здания, выкрашенные в бежевый цвет, были удивительно безликими; только яркие коричнево-красные крыши и высокие широкие окна с прозрачными стёклами, отражающие яркое голубое небо, выделяли их на фоне зелени парков. В общем, об Академии снаружи у Вивьеля сложилось приятное впечатление.

Внутри всё оказалось менее безликим: гладкий паркет, деревянные панели на стенах, позолота на ручках тяжёлых высоких дверей, статуи, картины и снова – много-много света. Магического и электрического. Никаких полутёмных помещений, таинственных залов. Академия Научных и Магических Изысканий выглядела как хорошо продуманная высшая школа, в стенах которой приятно учиться. Аудитории были небольшие, как Вивьель успел подсмотреть, по пути в нужную. В каждой стояла широкая, во всю стену доска, слегка мерцающая магией, широкая, высокая трибуна, рядом – удобный стол для лектора и через небольшое расстояние – парты для студентов. Каждый ряд выше предыдущего, чтобы всем было видно происходящее. Вивьель мысленно запомнил несколько интересных решений, потом осознал, что, возможно, вернуться домой не сумеет и поделиться знаниями – тоже. Но тут же отмёл эти мысли в сторону.

Первая лекция была традиционно торжественной и проходила в богато убранном зале для ассамблей. Всех студентов и младших, и старших курсов поприветствовал Куратор, он же руководитель Академии: моложавый мужчина лет шестидесяти, плотный, невысокий, с роскошной гривой седых волос и в едва заметных очках, которых он, как заметил фатум, стеснялся. Лард Тедель Хилтор прочёл стандартную для себя речь (Вивьель обнаружил, что может её повторить слово в слово по прошлому году), потом уступил место гранду Льекорски – декану факультета магии, а уже он оставшийся час рассказывал про магию. Вот эти лекции не повторялись и были интересны абсолютно всем: Вивьель видел, что гранда слушают и подростки, среди которых сидела Клео, и даже старшие студенты. Фатум и сам заслушался, впитывая, как губка, каждую крупицу новой для себя информации.

– …Наша магия, как я ранее говорил, это дар, который не имеет ни начала, ни конца. Сила открывается избранным, и любая открытая сила должна быть под контролем. Все вы здесь показали свои возможности и получили право занять место в стенах этой Академии. Мы же сделаем всё, чтобы вы – майри – сумели полностью овладеть искусством магии и нашли своё истинное призвание. Энергия черпается из бытия, каждый из вас всегда может её использовать, и только от вашей силы крови зависит, насколько вы преуспеете в работе с ней. Поэтому учитесь настолько усердно, насколько сможете. Напоминаю: обращайте внимание на то, что и как творят окружающие. В наших стенах нет и не будет дрэйдэ, но они есть в городе, прячутся в лесах. Если вы встретили дрэйда – необходимо сразу сообщить ближайшему сотруднику МРАКа, а если же вы случайно увидели майна – то можете прийти к любому преподавателю. Майни – часть нашего мира, и мы должны их научить всему.

Вивьель чуть заметно нахмурился. Ему до сих пор были непонятны предпосылки подобного отношения к дрэйдэ, но, возможно, они действительно делали что-то плохое? Нужно будет разобраться с этим попозже. Что же касается майни – то это было резонно. Любая сила требует умения ею владеть.

После того как гранд Льекорски закончил свою лекцию, фатум с «друзьями Кэссиана» (Вивьель ещё не определился, будут ли они его друзьями тоже), спустился в просторный холл, где служки Академии вывешивали листы с расписанием.

После первых трёх лекций Вивьель спустился в столовую, а затем, взяв с собой несколько сэндвичей, вышел в парк, прогуляться. Он опустился на скамейку с видом на газон и изящно стриженные деревца и посмотрел на летнее солнце.

Юноша не сразу сообразил узнать, какой сейчас день, месяц и год, а потому о том, что снаружи не ранняя осень, как в родном мире, а середина лета, услышал только несколько минут назад. Это никак не влияло ни на что, но Вивьель себя немного укорил: не следовало упускать из виду такие важные детали.

Свежие сэндвичи приятно утолили голод, вода с пузырьками газа – жажду, и Вивьель откинулся на спинку лавочки, прикрывая глаза и наслаждаясь солнцем. Он позволил себе несколько минут отдыха и воспоминаний.

А ещё восторга, потому что впервые, расслабившись, начав учиться в Академии и с жадностью поглощать новые знания, он сообразил: он в самом настоящем другом мире.

Снова.

Вивьель когда-то очень давно видел другой мир. Фатумы появились на острове, рождённые у человеческих женщин от человеческих мужчин, все дети оказались похожи друг на друга. Беловолосые, белокожие, голубоглазые или сероглазые. Очень красивые, настолько, что их красота почти резала взгляд идеальностью. А ещё сильные, выносливые и долгоживущие. Родители фатумов рано или поздно умерли все, оставив на относительно небольшом плодородном и благодатном тропическом острове своих детей.