В тени ея грудей дремал бы я небрежно,
Как у подошвы гор поселок безмятежный.
[Бодлер 1909, 84]
93. Перевод XIX стихотворения-сонета из «Цветов зла» Бодлера, «La Géante» (оп. 1857), с ИС 3, располагающейся в катренах, но не захватывающей сестета. Ср. более инфинитивные переводы: Бальмонта, «Гигантша» (1908), с ИС 1+4, переходящей из катренов в I терцет:
В оны дни, как Природа, в капризности дум, вдохновенно Каждый день зачинала чудовищность мощных пород, Полюбил бы я жить возле юной гигантши бессменно, Как у ног королевы ласкательно-вкрадчивый кот. / Я любил бы глядеть , как с душой ее плоть расцветает И свободно растет в ужасающих играх ее, Заглянув, угадать , что за мрачное пламя блистает В этих влажных глазах, где, как дымка, встает забытье. / Пробегать на досуге всю пышность ее очертаний, Проползать по уклону ее исполинских колен, А порой в летний зной, в час, как солнце дурманом дыханий, / На равнину повергнет ее, точно взятую в плен, Я в тени ее мощных грудей задремал бы, мечтая, — Как у склона горы деревушка ютится глухая [Бодлер 2006, 451] —
и Эллиса, «Великанша» (1908), с ИC 2+2+1 в I катрене и в терцетах (с троекратным повтором управляющего инфинитивами глагола стал бы [Бодлер 2006, 450]):
В века, когда, горя огнем, Природы грудь Детей чудовищных рождала сонм несчетный, Жить с великаншею я стал бы, беззаботный, И к ней, как страстный кот к ногам царевны, льнуть . / Я б созерцал восторг ее забав ужасных, Ее расцветший дух, ее возросший стан, В ее немых глазах блуждающий туман И пламя темное восторгов сладострастных. / Я стал бы бешено карабкаться по ней, Взбираться на ее громадные колени; Когда же в жалящей истоме летних дней / Она ложилась бы в полях под властью лени, Я мирно стал бы спать в тени ее грудей, Как у подошвы гор спят хижины селений.
В оригинале ИП еще интенсивнее – длинная ИС 1+(5-2/1) проходит через весь сонет:
Du temps que la Nature en sa verve puissante Concevait chaque jour des enfants monstrueux, J’eusse aimé vivre auprès d’une jeune géante, Comme aux pieds d’une reine un chat voluptueux. / J’eusse aimé voir son corps fleurir avec son âme Et grandir librement dans ses terribles jeux; Deviner si son coeur couve une sombre flamme Aux humides brouillards qui nagent dans ses yeux; / Parcourir à loisir ses magnifiques formes; Ramper sur le versant de ses genoux énormes, Et parfois en été, quand les soleils malsains, / Lasse, la font s’étendre à travers la campagne, Dormir nonchalamment à l’ombre de ses seins, Comme un hameau paisible au pied d’une montagne (Бодлер 2006, 74–76).
ИП полностью отсутствует в переводе П. Антокольского (1976). Сонет эффектно сочетает типичные для ИП мотивы жизненного суточного цикла, созерцания (вплоть до вуайеризма), передвижения по пейзажу и превращения с целью приближения к «иному».
Семен Яковлевич Надсон (1862–1887)
В поэтическом корпусе Н., обширном для поэта, умершего в возрасте 24 лет, – более двух десятков ст-ий с ИП, появляющемся уже в самых ранних его стихах. Среди ИФ много в свое время знаменитых; серии коротки и часто конкретны (в модальном и субъектном отношении), но встречаются и абсолютные. Тематически это поздний рефлекс романтической поэзии, с мотивами жизни, смерти и порыва к лучшему иному. Ср. ИС 4 c транспортным средством в «Кругом легли ночные тени» (1878):
Усни, чтоб завтра с силой новой Бороться с безотрадной мглой, Чтоб не устать в борьбе суровой, Чтоб не поддаться под грозой, Чтоб челн свой твердою рукою По морю жизни направлять Туда, где светлою зарею Едва подернулася гладь;
ср. тж. ИС 2+1+1+1+1, с несколькими абсолютными инфинитивами (напоминающими лермонтовское Любить… но кого же?..) в «Признании умирающего отверженца» (1878):
Я помню, в суде говорил адвокат, Что нужно работать , трудиться. Работать!.. Зачем? Для кого хлопотать, С кем прибылью буду делиться? <…> Работать!.. Работай, кто молод душой <…>;
ср. тж. ИС 3+1 в «Я чувствую и силы, и стремленье…» (1878):
Я чувствую и силы и стремленье Служить другим, бороться и любить ; На их алтарь несу я вдохновенье, Чтоб в трудный час их песней ободрить ;
и разрозненные, но интенсивные, иногда квазиабсолютные «лермонтовские» ИФ 4+2 во второй половине «Над свежей могилой» (1879; на смерть Н. М. Дешевовой, предмета любви Н., с характерной для ИП подписью: «Чужой»):
Чего мне ждать , к чему мне жить , К чему бороться и трудиться: Мне больше некого любить, Мне больше некому молиться!..
Ср. еще двойной абсолютный (тоже «лермонтовский») зачин ст-ия 1879 г. (оп. 2001):
Рыдать ? – Но в сердце нет рыданий. Молиться ? – Для чего, кому?;
ИС 1+(2-1)+(5-1) с мощным абсолютным фрагментом в «Ночь сегодня была бесконечно длинна…» (1883; оп. 1887):
Тяжело погибать , но видать, как недуг Беспощадно уносит любимых тобой… Но видать, как усталый, измученный друг Уж готов уступить, обессилен борьбой!.. Тщетно ум свой пытать – и не верить уму, И, не веря, молитвы шептать небесам, И бояться дать волю безумным слезам, – Нет, уж лучше погибнуть стократ самому!..;
и абсолютную ИС 4, с мотивами жизни и плавания в «Я не щадил себя: мучительным сомненьям…» (1883):
Жить в мире призраков, жить грезами и снами, Без думы плыть туда, куда несет прилив, Беспечно ликовать с рабами и глупцами <…>.
В «Долго в ясную ночь я по саду бродил…» (1883; оп. 1887) см. ностальгическую и полную движения ИС 4 и пессимистичную ИС 3:
Помню, как я в столице, за школьной стеной, Ждал весны с замиравшей от неги душой, Чтоб родимую глушь повидать , Ранним утром с ружьем по полям побродить , В ясный вечер веслом гладь реки бороздить , Душный полдень – в лесу переждать <…> Я давно уж привык никого не любить, Ничего не желать, ни о чем не просить <…>;
а в «Она была славная девушка, – смело…» (1883; оп. 2001) – ИС 1-3:
Она была славная девушка, – смело Ты мог бы ей братскую руку подать , Чтоб вместе бороться за общее дело, И вместе трудиться , и вместе страдать …
Ср. еще ИС 1-5, с ностальгической завистью к модусу жизни ребенка в «У кроватки» (1884): Как бы я рад был с тобой поменяться, Чтобы, как ты, и резвиться и петь, Чтобы, как ты, беззаботно смеяться, Шумно играть и беспечно глядеть!;
и, наконец, ИС 2-1 – концовку позднего ст-ия Н. «Если ночь проведу я без сна за трудом…» (1885; оп. 1887):
Милый, добрый мой друг, не печалься о мне: Чем томиться на медленном, тяжком огне, Лучше сразу блеснуть и сгореть …
[Надсон 2001]
94. «Не на время любить, – а безумно любить…»
Не на время любить, – а безумно любить,
Беззаветно любить, до могилы;
За любовь – свою юность и жизнь погубить,
Все надежды, все грезы, все силы —
Вот блаженство…
94. Совершенно безличная ИС 4 охватывает (вкупе с зависимыми однородными дополнениями) все ст-ие, и была бы абсолютной, если бы не традиционное резюмирующее вот блаженство в неполной последней строке. Мотив любить (не) на время восходит к Лермонтову.
95. «Неужели всю жизнь суждено мне прожить…»
Неужели всю жизнь суждено мне прожить,
Отдаваясь другим без завета,
Без конца, всем безумством любви их любить
И не встретить ответа?..
95. Зависимая ИС 3 во всю длину миниатюры; примечательно присутствие «других».
96. «Жить, полной жизнью жить!.. Пусть завтра оборвется…»
Жить, полной жизнью жить!.. Пусть завтра оборвется
Последняя струна в груди моей больной,
Но день сегодня мне так радостно смеется,
Так чудно дышит сад и негой и весной!..
Где ты? Скорей ко мне на грудь, о дорогая,
О милая моя!..
96. Абсолютный зачин ИФ 2, характерный для надсоновского ИП.
Константин Михайлович Фофанов (1862–1911)
ИП у Ф. – зависимое (часто от хотел бы), традиционно-романтическое в лермонтовском духе; серии средней длины есть в десятке ст-ий, чаще в сильной финальной или начальной позиции.
Ср. ИФ 1+1+1+4 в конце «Мира поэта» (1886):
И душно здесь ему, и больно пресмыкаться… Он любит солнце грез, он ненавидит тьму, Он хочет властвовать , он хочет наслаждаться , Не покоряясь ничему. Он хочет взмахом крыл разбить земные цепи, Оставить мрак земной в наследие глупцам… Со стрелами зарниц блуждать в небесной степи И приобщаться к божествам! [Фофанов 1962, 72];
ИС 1-3 в конце ст-ия «Дрожащий блеск звезды вечерней…» (1889): Хочу к былому я воззвать, Чтоб вновь верней им насладиться; Сны молодые попытать, Любви забытой помолиться!..;
ИС 4 в длинной «Думе в Царском Селе» (1889): И люди вновь родились, чтоб опять Злословить, петь, влюбляться и страдать;
ИС 1+5+1+3, с традиционными со времен Хомякова виртуальными метаморфозами во все стихии и состояния, в ст-ии «Не зажигая звезд, плывет по небосводу…» (1893):
И смотрят на меня они [забытые призраки] с такой любовью, Как будто жизнь мою хотят умчать с собой. Наскучило ли им в забвении спокойном Эфирами блуждать, сливаться в аромат, Шуметь волной морей, гореть огнем лампад И в ночь весеннюю мерцать румянцем знойным? <…> И просят теплых слез, как будто могут слезы Их приковать к земле, несозданных земли! <…> И просят грешных дум, как истины святой, Чтобы хотя на миг облечься в прах земной, — Любовью трепетать и рассыпаться в звуках!..;
