Александр Зайцев – Стратегия одиночки. Книга седьмая (страница 46)

— Ублюдки! — Прокомментировал слова своего капитана Ломерак, и все сидящие за столом согласно кивнули.

— Я направляюсь в сторону небольшой деревеньки, где обосновались мои земляки. — Вытерев губы от пивной пены, продолжил, — И, пожалуй, сегодня свободен. Могу помочь.

— Да мы как-то не планировали. — Возразил Катасах, но его тут же заглушили радостные крики остальных проходчиков.

— Ещё два бочонка, ик, — Пошатываясь и поднимая палец к потолку, сказал Драган, — потом протрезветь и мы готовы.

Остальные его слова приняли с согласным рёвом. Катасах явно сомневался, но против единого мнения остальной команды возражать не стал. Мы выпили ещё по одной, как ко мне обратился глава команды, который старательно делал вид, что в стельку пьян, хотя внимательные глаза его выдавали:

— А твои земляки, у них за главного случаем не тот, кто называется Видаром?

— Да. — Осторожно ответил я, стремительно трезвея.

— Наслышан. Строят что-то. Землю в дар получили. Проходящий мимо нашей деревни жрец Ишида очень тепло о них отзывался. Значит они из твоего народа?

— Да, наш народ называется сортудо.

— Никогда не слышал. — Покачал головой Катасах.

— Мы жили на большом острове, вдали от Континента. — Начал я свой рассказ, наполняя нам обоим кружки. — Семь десятков дней назад вулкан в центре острова взорвался, и наша земля начала погружаться под воду. Все корабли ещё при начале извержения затонули. Чтобы спасти хоть кого-то и не дать нашему народу умереть окончательно, жрецы и маги отобрали самых лучших и молодых… — Я говорил так, словно каждое слово даётся мне нелегко, будто эта трагедия сейчас разворачивается перед моими глазами. — Провели страшный и кровавый ритуал, по результатам которого нас, тех, кого сочли достойными жить, раскидало по континенту.

Эту байку в прошлом Цикле придумал Морфей, и она устроила вообще всех, и гильдии и правителей, и жрецов, и даже Орден Паладинов. Поэтому я не сомневался, что сработает и сейчас. С точки зрения любого землянина, этот рассказ шит белыми нитками, но для местных это не то чтобы что-то необычное, и вполне понятная им ситуация. После моего короткого рассказа посиделки двумя новыми бочонками не ограничились, и остановились мы, только полностью опустошив все погреба таверны. Причём, не просто допили всё, а в финальные кружки Аклак долил нам всем к пиву ещё довольно крепкую вишнёвую настойку.

Сказать по правде, я надрался, как сапожник. Видимо, просто выспаться мне всё же не хватило, чтобы полностью снять напряжение, и я нашёл спасение в непомерных дозах алкоголя, достаточных, чтобы свалить с ног и Булат. Остальные проходчики напились ничуть не меньше меня. Ещё солнце не вышло в зенит, как хозяйка таверны выделила свободные комнаты, чтобы проходчики не шли пьяными по домам, и уложила нас отсыпаться и трезветь, не забыв напоить восстанавливающими эликсирами, за отдельную плату, разумеется.

Дотащив до отведённой ему комнаты молодого шерифа, который перебрал больше всех и не стоял на ногах, я понял, что ноги больше не идут, и завалился спать прямо у него, выбрав свободное кресло.

Разбудил нас Катасах, который выглядел так, словно ничего не пил ещё несколько часов назад. Стоило мне продрать глаза, как глава проходчиков сунул мне в руку сразу три небольших флакона, выпив содержимое которых, я почувствовал себя бодрым, отдохнувшим, и появилось ощущение в организме, что если я и пил, то было это дня три, а то и четыре назад. За секрет изготовления подобных лекарств на Земле фармакологические компании продали бы душу.

Минуты полторы я откровенно тупил, разглядывая Катасаха, который принялся отпаивать Патрика, пока не вспомнил, что в конце пьянки мы договорились отправиться сегодня после заката в Усыпальницу. А судя по тому, что за окном уже поднималась Сегуна, закат совсем близко.

Спустившись в обеденный зал, заказали на ужин так называемые «похмельные щи», которые рекомендовала хозяйка. Пока нам готовили, я подошёл к швее, к этому времени уже снова тихо сидевшей в уголке. Мастерица за то время, пока мы пили и спали, выполнила мой заказ в точности. Примерив перчатки, остался доволен. Да, швея была огорчена, считая, что предоставленный мной материал совсем не годится на перчатки. Но мне удалось её убедить, что я получил именно то, что мне надо. Даже добавил ей ещё один серебряный за хорошо сделанную работу.

Тепло попрощавшись со швеёй, присел за общий стол. На Земле после той попойки, которую мы устроили, проснувшись, все сидели бы с постными лицами и мучились от похмелья. Здесь же и в помине не было подобного, алхимические зелья быстро поставили нас на ноги, а сытные, очень кислые и в меру острые щи только добавили бодрости. Мы смеялись и шутили, вспоминая, как несколько часов назад Патрик перебрал и начал читать стихи собственного сочинения. Беда в том, что даром стихосложения молодого шерифа боги обделили, и его творчество было по-настоящему ужасным. К моему лёгкому удивлению, сам Патрик на смех проходчиков реагировал беззлобно, улыбаясь тем цитатам, о которых ему напоминали.

После того, как мы доели щи, Драган предложил снова выпить, но к моей радости его никто не поддержал. И это к лучшему, так как нам предстояла зачистка Усыпальницы.

Когда остальные проходчики ушли собираться, я вышел во двор. Разделся, вылил на себя два ведра холодной воды, а затем снова облачившись по полной, провёл тренировку с копьём. Тело чувствовалось прекрасно, и я остался доволен разминкой. После чего купил у местного торговца обычный рулон крепкой чёрной ткани и, поднявшись к себе в комнату, завернул в него меч Ридана, тем самым освободив тот материал, который мне уступила Скалли.

Пока я всем этим занимался, остальные проходчики уже подготовились к походу в данж. Рассчитавшись за постой, забрал все свои вещи, попрощался с хозяйкой постоялого двора, возвращаться сюда после зачистки я не собирался, так как планировал сразу отправиться в дальнейший путь.

В отличие от прошлого раза, когда мы тем же составом шли по той же тропе от Серебряного Луга до Усыпальницы Богаша, проходчики явно находились в изрядно приподнятом настроении. Не улыбался и не болтал только Катасах, и я его понимал. Да, в прошлый раз всё прошло относительно гладко, без наведённых проклятий и без серьёзных ран, но капитана местной группы явно напрягала та расслабленность, с которой его команда отправлялась на зачистку.

Мои предположения о настроении Катасаха нашли подтверждение, когда мы остановились перед входной Аркой данжа. Капитан устроил настолько жёсткий инструктаж, больше напоминающий экзамен по одному конкретному подземелью, что благостное настроение у остальных, словно корова языком слизнула. Добавил серьёзности и я. При этом не нагнетал, не преувеличивал, а сказал, как есть. Пояснив, что, погасив жаровни в склепах и избавившись от проклятого воздуха, нас никто не спасёт от попадания стрелы скелета-лучника или от магии тёмных жрецов. После того, как я закончил речь, Катасах посмотрел на меня с благодарностью. Затем каждый из нас повторил свою роль, и плотной группой мы синхронно прикоснулись к Арке.

«8 из 12?»

«Да».

Стоило нам оказаться внутри подземелья, я поднял руку вверх.

— Вы, наверное, уже поняли, что основной задачей в этом походе является не простая зачистка данжа, а извлечение тёмных артефактов. Поэтому, по согласованию с вашим командиром, рейдом сегодня командую я. — Катасах согласно кивнул, подтверждая мои слова. — Если я скажу прыгать, вы не спрашиваете зачем или почему, а прыгаете. Если командую падать, вы это делаете.

— Привычное дело. — Пожал плечами Аклак, и все остальные кивками подтвердили, что всё поняли.

Подобная накачка была мне нужна, чтобы после зачистки от нежити никто не лез мне под руку.

Перед тем, как зайти в первый склеп, Катасах стрелой сбил проклятую жаровню, чадящую проклятым дымом. После чего Аклак с помощью магии воздушной Стихии разметал тлеющие огоньки в разные стороны, разрушая образованную углями структуру. Затем мы подождали, пока оказавшиеся раскиданными в полном хаосе на холодном каменном полу тлеющие головёшки окончательно погаснут. Подождали ещё минут десять и только после того, как Аклак подтвердил, что воздух чист, ворвались в склеп.

В этот раз я действовал не один. Ломерак и Драган прикрывали меня с боков, а Сигерик с Патриком защищали спины нашей ударной тройки. Это позволило мне действовать куда более резко и агрессивно. Оставив пробудившихся лучников на совести группы прикрытия, я сразу начал поиски Тёмной Души, осветив весь склеп Фонариком. Это позволило мне выгнать призрачную тварь из укрытия за колонной и без труда уничтожить, напитав Светом лезвие Разящего Шелеста.

Расправившись с главной угрозой, я тут же развернулся и ударил в спины нападающим на Драгана и Ломерака восставшим из своих гробниц мёртвым воителям. К этому времени Катасах и Аклак, которому не было необходимости держать воздушный щит, расправились со скелетами-лучниками. Не прошло и трёх минут, как голова последнего восставшего зомби отлетела в стену, оторванная ударом юного шерифа, усиленным каким-то заклинанием школы Земли.

Как и в прошлый раз, мы не стали собирать трофеи здесь и сейчас, а сразу перешли к следующему склепу. Столь быстрая зачистка первой малой усыпальницы изрядно придала уверенности нашей группе, и на второй склеп мы потратили на пару десятков секунд меньше времени.