Александр Зайцев – Стратегия одиночки. Книга 9 (страница 7)

Но стоило мне выйти к первому же каналу, как понял, почему «прошлый я» влюбился в этот город. Достаточно было остановиться на облицованной мрамором набережной, чтобы меня накрыла волна ностальгии. Я словно на мгновение вновь стал тем молодым собой, каким был в юности, когда впервые оказался в Санкт-Петербурге и бродил вдоль набережной Фонтанки. Горбатые мостики, неспешно проплывающие под ними приземистые баржи, гружёные под самый верх, напомнили прогулочные речные трамвайчики, набитые туристами. И Дейтран на секунду стал не просто городом, а чем-то личным, почти родным.

Захотелось забыть про все ближайшие планы и просто прогуляться, впитывая в себя первые впечатления. Но прогулка в полном доспехе, с рюкзаком за спиной и копьём в руках — идея так себе. Переждав приступ ностальгии, наблюдая за неспешно текущей водой в канале, я направился в северо-западную часть города. Мне нужна была инсула — так в Дейтране назывались жилые кварталы — под названием Добросердечная Прибыль.

Эта инсула была не самой богатой, но и не самой бедной. В ней в основном проживали лавочники и торговцы средней руки, а примерно пятая её часть была отдана под складские помещения. Сам квартал с одной стороны упирался в городскую стену, а с трёх других был опоясан каналами, так что его можно было назвать почти островом.

Беззастенчиво пользуясь воспоминаниями будущего, я легко нашёл дорогу до квартала и сразу же направился в маршал — то есть здание квартальной стражи. Представился дежурному капралу Булатного ранга, как шериф Цеха Проходчиков, и рассыпался в комплиментах подотчётной ему инсуле. Мол, многое слышал хорошего именно об этом квартале Дейтрана: что он очень спокойный, что здесь всегда царит порядок, а его жители славятся вежливостью и взаимной поддержкой. После чего плавно перешёл к главному, намекнув, что не против здесь поселиться на полгода или год. При этом заверил слегка забеспокоившегося капрала, что моё пребывание в торговой столице мира никак не связано с деятельностью шерифа Цеха. А когда упомянул, что готов оплатить аренду дома, если такой найдётся, сразу на год, капрал заметно оживился. Оставил маршал на попечение помощника и, попросив меня следовать за ним, довёл до дома старосты инсулы, с которым меня и познакомил.

Староста же, едва узнав, что я готов внести плату за год и являюсь шерифом Великого Цеха — а значит, по определению, личностью законопослушной, — тут же принялся меня обхаживать, всячески восхваляя квартал Добросердечной Прибыли. И у подобной вежливости была вполне объективная причина.

Уже более полутора лет один из домов в квартале стоял пустым. Его хозяин переехал к сыну куда-то в область Рура, но продавать дом в Дейтране не хотел. Только вот условия, выдвинутые им для жильцов, были не самыми удобными, из-за чего те, кто хотел снять дом в столице, предпочитали искать другие варианты. Главной трудностью была предоплата минимум за год, а также требование сдавать дом только «несомненно благонадёжным».

К тому же у дома, по мнению местных, было не самое удачное расположение — с двух сторон его окружали торговые склады. При этом хозяин категорически отказывался снижать цену аренды, хотя и терял на пустующем доме немалые деньги.

Меня же устраивало и местоположение: меньше соседей — значит меньше чужих глаз и ушей, и я был готов оплатить полную аренду сразу. Но, разумеется, не показывал своей заинтересованности ни капралу, ни старосте. Позволил себя «уговорить», и тут же в сопровождении старосты и капрала мы направились на осмотр.

Здание напомнило мне дом Ауна, разве что дворик в нём оказался раза в два больше и был окружён стенами близлежащих складов без окон, что мне было только на руку. В центре дворика даже нашёлся маленький питьевой фонтанчик. Первый этаж был отдан под небольшой склад, в нем ранее, по словам старосты, хранились различные инструменты, которыми когда-то торговал домовладелец. На втором располагались четыре комнаты: три спальни и нечто вроде кабинета, в котором стоял стальной массивный оружейный шкаф, занимающий почти всю восточную стену — на вид способный вместить амуницию целого отряда проходчиков. Сейчас, разумеется, этот шкаф пустовал.

Сделал вид, что дом меня не впечатлил: мол, мебель не та, бельё старое, да и генеральную уборку не мешало бы провести. Купившись на это, староста принялся уговаривать меня с удвоенной силой. Причина его заинтересованности, помимо процента с аренды, заключалась ещё и в том, что пустующий дом портил репутацию квартала.

Больше часа я торговался, хотя знал, что цену, установленную упрямым владельцем, снизить нельзя. Зато добился, чтобы староста прислал уборщиков, которые буквально «вылижут дом языками», а всё постельное бельё мне предложили купить по себестоимости. А после небольшого раздумья, староста вообще пообещал закупить всё необходимое сам, следуя моим пожеланиям.

В итоге, конечно, договорились. После чего все втроём направились в маршал, где оформили документы, а мой знак гостя города был заменён на знак временного жителя. Перед тем как расплатиться, договорился со старостой о времени уборки и замены белья во всех спальнях на свежее, обговорив нужную мне цветовую гамму. Поэтому заселение отложили до вечера.

После того как деньги были пересчитаны, а бумаги подписаны, я оставил броню, рюкзак и Разящий Шелест в маршале, переоделся в гражданское и, как сказал старосте, отправился гулять по городу.

На самом деле, покинув территорию инсулы, я тут же вышел на набережную канала и направился в сторону порта.

С первой задачей — обеспечить себя жильём — удалось справиться довольно легко. А ведь я немного опасался, что кто-то из землян уже опередил меня и занял здание, запомнившееся по памяти будущего. Конечно, я понимал, что пока ещё рано, чтобы у основной массы землян появились такие средства, которые можно было бы потратить на аренду целого дома в торговой столице сразу на год. Но, тем не менее, до последнего момента всё равно немного нервничал.

Сейчас же, когда проблема с жильём была решена, первым делом захотелось прогуляться по знаменитым рынкам Дейтрана. Тем более что два из них как раз лежали по пути в порт, куда я и направлялся.

Ближайшим к инсуле Добросердечной Прибыли был рынок Драгоценностей. На довольно большой площади здесь собрались торговцы камнями, украшениями и прочими редкостями. Пожалуй, это был самый тихий и спокойный из всех рынков Дейтрана — если такие слова вообще применимы к рынкам торговой столицы.

Пробродив почти час по рыночным рядам и прислушиваясь к своему «чувству необычного», в итоге не нашёл ничего, что было бы мне полезным и при этом стоило бы не заоблачных денег. Правда, один артефакт меня всё же заинтересовал: серебряная цепочка с кулоном, в центре которого сиял двухкаратный изумруд. В камень было «вшито» заклинание Высшего Восстановления, способное излечить даже самые страшные раны. Но, поторговавшись для вида, я всё же отказался от покупки. Во-первых, цена оказалась довольно кусачей, хотя и не такой большой, какой могла быть. Во-вторых, заклинание с суточным откатом действовало только на раны, нанесённые оружием, и не помогало при укусах, когтях или ударах монстров.

Проблуждав ещё немного, вместо покупки решил продать жемчуг, найденный в подводной пещере. Причём удалось сторговаться довольно хорошо — за всю партию я выручил пять сотен полновесных золотых, что изрядно поправило моё финансовое положение.

Затем дошёл до Оружейного рынка, где пропал ещё на час, да и то осмотрел едва ли десятую часть. Зато убедился: если захочу что-то лучше Разящего Шелеста или висящего на поясе кинжала Молний, придётся расстаться с целым состоянием. Даже метательные шарики заменить на валириевые дротики, напоминающие плюмбаты римских легионеров, оказалось непозволительно дорого.

Зато узнал текущую цену за чистый валирий, чтобы понимать, сколько нужно накопить для воплощения в реальность чертежа дельтаплана от Скайроса.

Всего в паре кварталов от Оружейного рынка располагалась знаменитая Арена Дейтрана, и пройти мимо неё я, конечно, не смог. Если она в чём-то и уступала римскому Колизею, то совсем незначительно. Внушительное здание, способное вместить до пятидесяти тысяч зрителей.

Проходя мимо небольшой группы «золотой молодёжи», невольно уловил суть их беседы. Говорили о вчерашнем концерте, о загадочном барде, собравшим почти полную Арену. Никто не разглядел лица исполнителя, бард выступал, окутанный темнотой, и известно было только то, что это женщина. Выступление произвело настоящий фурор. Один из слушателей даже назвал его «прорывом» и «новым направлением в искусстве музыки».

Без особого труда догадался: скорее всего, перед ними выступала одна из землянок. Удивило другое — городские власти позволили малоизвестному барду выступить на главной городской арене? Подобное, конечно, случалось в Прошлом Цикле, но не так рано. Первое выступление барда-землянина на большой Арене состоялось в Фейсте только в конце зимы, а сейчас середина осени. И мало того — новенькая собрала почти аншлаг, и это на первом выступлении, причём не где-то в провинции, а на самой знаменитой Арене мира! Да и, судя по восторгу молодых людей, если будет второй концерт, он точно пройдёт при полном зале.