Александр Забусов – Оракул (страница 11)
Нагнувшись, за подбородок пошевелил лицо покойного. На широком лице с полными губами, узкие глаза были закрытыми.
- Мао, что ж ты мне под руку попался, дружище?
Мао Донг работал в семействе помощником повара и блюда азиатской кухни у него получались отменно. За то и держали. У Дрёмова с Мао давно уже приятельские отношения сложились. Вот только сейчас слова с делом расходились, в душе Пятого никаких сожалений не было. Переступил через вытянувшиеся поперёк коридора ноги азиата и дальше двинулся, разве что не ухмыльнулся. Чего уж? Работа есть работа, ничего личного. Успел попутно ещё Рудольфа Мишина, второго повара, зачистить, Камиля Бакшеева – садовника в усадьбе. Бедолага, если б знал, что умереть приведётся, наверняка в Елизарово ушёл, в котором с родительницей проживал. Судьба-а! Остался с Бурыкиным водочки попить, вот обоим и не повезло.
К узлу связи, по-тихому зачистить дежурного, Белуга самую малость добраться не успел…
Поднимаясь по лестнице на верхний этаж, Румянцев навернул на ствол пистолета переданный ему Первым глушитель. Неслышно ступая туфлями на каучуковой подошве, прошёл в верхний холл. На восклицания подселенца, напоминающие зудёж назойливой мухи в голове, внимания не обращал, сильной волей не давая перехватить тому рулёж общим телом:
«Ты что творишь, засранец? Ты кого слушаешь?»
Мысленно отмахнулся, понимая, что альтернативно прекратить вопли в голове не сможет:
«Не мешай!»
«Подонок!»
«Отвали!»
Звук работающего телевизора услышал ещё на подходе ко второму этажу. Знал, что с разрешения хозяйки, Алевтина и Катька с Лизой, горничные привезённые с собой на место отдыха, спросились посмотреть музыкальную передачу, выключив верхний свет и существенно приглушив звук.
Девчата хихикали. В кругу девиц, как в цветнике нежился Андрон Лебедев, молодой парень, весельчак и балагур, душа любой компании. Как раз отдыхал, в то время как на дежурстве лямку связиста тянул его напарник Макс Линдт, полная противоположность Андрона - малоразговорчивый, смурной прибалтийский немец.
Щебетание молодёжи и музыкальное сопровождение слышалось с дивана и кресел у журнального столика. Нужно было действовать. Неизвестно, сколько ещё удастся сохранить тишину в доме. И неизвестно, когда там Четвёртый подвалит.
Приятное общение, мерцание телевизора в полутьме и мельтешение картинок на большом экране, не позволило услышать приближавшегося Румянцева. Расслабились… Единственное что, так это Лебедев в последнее мгновение перед неотвратимым заметил тень, но даже с места не подскочил. Не понял. Поплатился жизнью… Все поплатились!
Румянцев, считай в упор, застрелил всех четверых. Пистолет в его руке практически бесшумно плюнул пулями из ствола, лишь гильзы с негромким звоном падали на мраморные плитки пола.
Это было какое-то безумие. Он до сих пор понять не мог, как так получалось, что его сосед по телу, можно сказать напарник и приятель, до недавних пор мягкий, весёлый, во многом бесхитростный, на поверку оказался холодным, расчётливым убийцей, человеком с двойным дном, умело скрывавшим свою настоящую суть. Возмутился:
«Гад!»
В ответ услышал короткое:
«Молчать!»
Осознал, что Румянцев в уме пытается представить примерное расположение апартаментов хозяйки. До конца понял, чего они все добивались. Такое зло взяло, что затмило собой общее сознание тела, на данный момент находившееся под их общим контролем. Попытался перехватить его мышечный потенциал.
Сильная воля столкнулась с такой же сильной противоположностью… Тело с опущенными к полу руками, с лицом, на котором застыла гримаса боли, как зависший компьютер встало столбом и застыло рядом с мёртвыми, ещё совсем не остывшими телами людей. Никаких мыслей. Беспросветная темнота. Только на грани слуховой галлюцинации воспринял голос, пробившийся будто из пустоты:
- Девятый! Чёрт! Девятый, слышишь меня?..
Игорь Старостин, парень с которым Румянцев в паре загружал ящики с оружием, после активации заложенной в подкорку сознания чужой программы, сработал на «левую», для него самого непонятную контору. Свой позывной - «Четвёртый», воспринял органично. То, что он зомби, естественно не понимал. Приказ Первого выполнил без разговоров, вчистую зачистил Бесараба, охранника у дома на наружном маршруте патрулирования. Тот, парень чересчур крупный и сильный, чтоб церемониться с ним и временно вывести из строя.
Подобрался поближе. Замер. Дождался когда крепкий малый мимо проходил. Напал из своей засады. Сдавив трахею изо всех сил. Резко с разворотом откинулся назад. Почувствовал, как в уязвимых и чрезвычайно важных для существования частях организма бывшего товарища хрустят и ломаются косточки. После того, как тот прекратил дёргаться и брыкаться, ещё с минуту держал на весу ставшее безвольным тело. Слишком нетерпеливые и недобросовестные люди определённой профессии сплошь и рядом погибали сами, не потрудившись довести начатое дело до полного и несомненного конца. И всё же пальцами проверил пульс на шее. Убедившись в его полном отсутствии, подытожил про себя:
«Готов».
В дом входил с осторожностью. В его задачу заложено было, вместе с Девятым, живой и здоровой изъять Сикорскую и вывести оттуда, дождаться Первого и Пятого после полной зачистки. Вместе с ними уходить в сторону КПП, к тому времени контролируемому Вторым, Третьим, Шестым, Седьмым и Восьмым, обязанными справиться со всей оставшейся охраной.
Проникнув в холл второго этажа, взглядом наткнулся на замершего на месте убийства подельника. Сразу не понял, что с коллегой какой-то непорядок случился. Озирнулся, не найдя источника опасности, скользнул к напарнику. Прошептал:
- Чего ждёшь, Девятый? Апартаменты объекта нашёл?
В ответ молчок. Время неумолимо тикает не в их пользу.
- Девятый! Чёрт! Девятый, слышишь меня?
Четвёртый по своей натуре был человеком основательным, надёжным как пистолет системы Нагана, ко всему прочему умным, привыкшим самостоятельно принимать решения, иногда нестандартные. С напарником сразу определился – не помощник. С причинами разбираться не стал, задачу отрабатывать нужно. Чтоб не оставлять за спиной непонятного, неподконтрольного персонажа, решил вывести того из строя, а там уж пусть Первый сам с ним разборку проводит.
По плану Девятый должен был определиться с местом обитания хозяйки, до подхода Четвёртого разобраться с дверным замком. Вместе нужно было зайти внутрь помещения, а уже Четвёртый электрошокером нейтрализует девку и контролирует её вынос наружу. Поэтому в голову ничего другого не пришло. Достал электрошокер и нажав кнопку активации, ткнул им в шею Девятому. Вместе с лёгкой трелью из устройства проскочила вереница искр, заставив подельника вздрогнуть и завалиться на пол. Едва уловимо запахло палёной плотью.
«Есть! Теперь дверь найти».
… Тряхнуло не по-детски, можно сказать мозги прочистило и набекрень сдвинуло. Состояние, как с перепоя. Помотал головой. Поморщился. Прислушался к себе. Ух-х! Отпустило! Открыл глаза. Пошевелиться тяжело, а в районе шеи болит. Прикоснулся пальцем.
- Ай!
«Обожгло, что ли? Чем это?»
Взгляд уловил колыхание в почти тёмном коридоре. Пригляделся. Вроде чья-то спина маячит. Неизвестный на корточки встал.
«Чёрт, не разобрать!»
По тихому звуку, нагнувшийся к двери человек то ли пытался замок курочить, то ли не мог его ключом отпереть. Ну, пусть.
На ноги поднялся и тут же увидел неприглядную картину убийства. Трупы вповалку валялись. Сразу вспомнил, отчего так. Чертыхнулся. И не только это вспомнил. Осознал себя прежнего. Он ведь не безымянный дух. Сергеем его зовут. Сергей Рязанцев, если точно. А у двери подельник убийцы к Сикорской прорывается.
«На мягкой лапе» двинулся по коридору. Ускорился, потому что понял, Четвёртый его маневр заметил, уже и автомат из-за плеча перебросил, ствол поднял и направил. Только выстрелить не успел. Потому что пистолет в руках Сергея быстрее автомата изверг из ствола свинец. Две пули, продырявившие грудь и лоб противника, опрокинули его на пол.
В два прыжка оказался у двери. Ногой подвинул ногу Четвёртого, мешавшую открыть эту самую дверь. Схватившись за ручку, потянул на себя. С удивлением понял:
«Открыто».
Прежде чем войти, освободил мёртвого от автомата и ремня с подсумком, в котором два магазина торчали.
«Трофей!»
Вошёл в большую, обставленную мебелью и надо думать в дневное время светлую комнату. Пять шагов к кровати сделал и в этот момент почувствовал присутствие постороннего за спиной. Начал медленно поворачиваться.
- Стой! Замри! – послышался молодой девичий окрик. Звучал он натянуто, звенел, так сказать на оголённом нерве. - У меня пистолет! Не поворачиваться! Не шевелиться!
Уже понял, кто его в плен взял. Хмыкнул. Полюбопытствовал:
- Дышать разрешается?
Одна из аксиом Лутони, сказанная в своё время, однозначно трактовала мысль. При любых вариациях инициативу из рук выпускать нельзя. Покорно и безвольно замирать под прицелом - не самый лучший образ поведения. За спиной у Сергея сейчас не профессионал. По голосу, госпожа Алиса собственной персоной, нагнуть пытается. По уму, зная что там враг, следовало чуть отклонившись, швырнуть тот же подсумок в лицо. Рухнуть, перекатиться, одновременно выхватив нож, либо броском в цель отметиться, либо воткнуть его, если тело близко. Против умелого врага, будь то женщина или мужчина, эти штуки малополезны, а любителя почти неизменно застают врасплох.