Александр Забусов – Дивергенты боя (страница 29)

Глава седьмая

Миновав пост проверки пропусков на первом этаже центрального здания Главного Управления, вошёл на пятачок распределения переходов. Здесь же находилась межэтажная лестница и система лифтов. Несмотря на ощущение ноющей боли в ноге, лифтами пользоваться не стал, на нужный этаж поднялся пешим порядком. Остановившись перед дверью, отделившей прихожую этажа от «высоких кабинетов» родного направления, постоял, ожидая, когда не совсем ещё зажившие мышцы ноги придут в норму. Нажал кнопку переговорного устройства. Через десяток секунд услышал приятный женский голос:

– Дежурная. Прапорщик Истомина. Назовитесь и объясните цель вашего прихода, или назовите фамилию того офицера, к которому вас вызвали.

– Майор Аверин к полковнику Трапезникову. Мне назначено на 15 часов.

Услышал щелчок дверного запора… Автоматика сработала. …и ответ:

– Проходите, ваша фамилия в списке посетителей есть.

До комнаты дежурной дойти не успел, из динамика послышался вежливый, спокойный голос:

– Пусть заходит.

Блондинистая дама в повседневной форме, с планками наград на груди, среди которых заметил медаль «За отвагу», с погонами прапорщика на плечах, завидев его воочию, сказала:

– Вас ждут. Кабинет 33.

Табличка на двери кабинета указывала на то, что хозяин его, никто иной, как заместитель начальника направления.

–Разрешите? – вошёл в кабинет.

– Прошу!

Из-под густых черных бровей, расположенных над большим носом с горбинкой, на Аверина пристально смотрели умные глаза ранее неизвестного ему полковника. На кителе, с левой его стороны, выделялась внушительная колодка наград, среди них первой крепилась ленточка ордена Боевого Красного Знамени, с правой – белый академический поплавок. В кабинете он был не один. За приставным столом тоже полковник сидел, и тоже неизвестный Алексею.

– Товарищ полковник, майор Аверин по вашему приказу прибыл! – доложил по форме.

– Проходите майор. Присаживайтесь. Как ваше самочувствие? Ваш командир докладывал, что после ранения в полной мере свои обязанности вы ещё как минимум месяц исполнять не сможете, но в связи с СВО отказываться от участия профессионалов в работе ведомства мы не в праве. Ну, а ещё ваш командир считает, что вы, с вашим характером, вполне можете на фронт сбежать. Так это?

– Не знаю. – Честно признался Аверин.

– Вот-вот. А ведь не мальчик! Так что… Для вас подобрали род деятельности схожий с вашей службой в Ростовском Центре, но физические нагрузки минимальны. Вы временно откомандированы в распоряжение полковника Осипова. – Он повернул лысую голову в сторону второго полковника. – Знакомьтесь, полковник Осипов Кирилл Петрович. Далее он сам вам всё скажет.

Осипов кивнул, поднялся из-за стула:

– Сергей Сергеевич, разрешите нам идти? С майором мы пообщаемся в моём кабинете.

– Не задерживаю.

Дальше всё завертелось в быстром темпе. По большому счёту Аверина «нагнули». Естественно служить в Москве он не планировал, его и на старом месте всё устраивало, но вот только прикомандировав в московскую структуру Управления, работать направили к чёрту на кулички, хоть в документах и значилась Московская область. Мало того, контингент, с которым предстоит дело иметь, в Великую Отечественную получил название «штрафной батальон», ну а тут его аналог корячится. Ну, да, только сейчас не сталинское время и «вешали» на него не батальон, а всего лишь взвод, но сам факт работы со штрафниками, радовал мало.

Два дня разбирался с планами начальства, учебным процессом и статусом подразделения. Получал накладные на имущество и вооружение. Занимался логистикой между структурами, довольствующими органами. Устал, как чёрт, а света в конце тоннеля видно не было. Положительный момент всё же был. Боль утраты своих пацанов отступила. Временно, но отступила. В помощники себе получил пенсионера со стажем. Так и не понял, за что такое счастье человеку перепало? За какие заслуги или в честь какого наказания? Его выходит, на вчерашних зеков специально не пожалели или возможно, кто «вверху» своего специально на хлебное место пристроил? Так ведь оно не такое уж и хлебное.

Неделя прошла в бегах по инстанциям, когда Аверину сообщили:

«Готовьтесь к приёму личного состава».

Время ускорилось. Пора было на место выезжать и приступать к реализации повешенных на него обязательств.

Ступинский район Московской области, считай, у чёрта на куличках находился. Увезли за 101-й километр, куда раньше деклассированный элемент определяли. Высадили перед воротами серого цвета, с красной звездой посредине. Развернулись и умотали, мол:

«Дальше майор сам-сам-сам…»

Младший сержант-контрактник в кирпичной избушке КПП, на проходной просмотрев бумаги Аверина, сверился с военным удостоверением личности. Зайдя в «аквариум» дежурки, воспользовался телефоном. Сказал несколько слов в трубку, выслушал ответ, вновь вышел к майору и протянул документы обратно:

– Всё в порядке. Вас проводят. – Окликнул дневального, теперь уже срочника, орудовавшего метёлкой с внутренней стороны охранной зоны. – Лунёв! Проводи товарища майора.

Больше не обращая внимания на прибывшего офицера и на того же рядового Лунёва, с большим удовольствием избавившегося от повинности мести асфальт, поправил бронежилет и скрывшись в дежурке, уселся за стол перед стеклом.

Аверин подхватил баул, забросив лямкой через плечо, захромал следом за солдатом.

На высоком штабном крыльце двухэтажного здания из силикатного кирпича, стоял молодой, бравый офицер, в новеньком повседневном кителе, без головного убора на положенном месте. На боку, на широком офицерском ремне кобура с ПМом, на груди бляха дежурного по части. Он внимательно оглядел визитёра и только после этого приглашающе взмахнул рукой:

– Майор Аверин? А мы вас ближе к вечеру ждали! – кто такие «мы» он пояснять не стал, а Алексею при таком настроении, как сейчас переспрашивать в лом было.

Бравый военный ему не понравился с первого взгляда. Уж слишком в картинной позе местный кадр стоял, типа он здесь чуть ли не царь горы: ноги на ширине плеч, левая рука в бок уперта, а правая сигаретой занята.

Не смог сдержаться, съязвил:

– Извините уважаемый, вы стоите так высоко, что отсюда я не вижу вашего звания. Может, ошиблись и не меня ждёте?

Уязвить не получилось. Военный то ли не понял, то ли не захотел понять лёгкого сарказма. Картинно швырнул недокуренный «бычок» в урну перед крыльцом, с дистанции шагов в семь угодил точно. Наверное, сам не ожидал такой меткости, обрадовано оповестил:

– О! Попал! – пояснил. – Вас ждали. Вас. Часть к структуре контрразведки Управления относится, поэтому решено было ваших штрафников на нашей базе разместить, на довольствие поставить, полигон выделить, ну и пребывание их здесь на контроль взять.

Представился:

– Капитан Поляков. – После короткой паузы добавил. – Василий.

– Алексей. – Нехотя произнёс своё имя майор.

Ладони сошлись в крепком рукопожатии. Знакомство с первым представителем принимающей стороны состоялось. Далее последовало представление командиру и знакомство с замами. В своё… Теперь уже действительно, хоть и временное, но своё хозяйство, попал только часа через два, да и то, после того, как Поляков в служебном кабинете попытался разъяснить подноготную контингента, с которым Аверину работать придётся.

–В сопроводительных документах ничего определённого найти не получится, – заявил он.

Из нижнего отсека несгораемого сейфа извлёк чемодан, который по форме и размерам, ещё в советские времена назвали «тревожным». Чемодан был опечатан печатью. Пояснил:

– Все необходимые сведения здесь… Личные дела каждого.

– С собой забрать можно?

– Конечно. Но к 18-ти часам, будь любезен, принеси обратно. Сейчас…

Открыл замки. Отвернул крышку.

– …Просто как пример, с кем дело иметь будешь.

Содержимое чемодана являло собой плотно уложенные папки красного цвета. Открыл первую, подал Аверину, сам чуть ли не наизусть цитировал содержание:

– Борис Гайдамак,.. этот не из наших. Почему к нам загремел не знаю и не выяснял. Сверху виднее. Национальность украинец. Профессиональный наёмник, имеет опыт работы телохранителем, тридцать пять лет, хорошо разбирается в оружии, неплохой рукопашник. Место проживания до судимости, Севастополь. Отсидел два года. Три года назад женился, через месяц молодую жену насмерть сбил на машине пьяный чинуша высокого ранга. Чиновника нашли мёртвым, вину Гайдамака доказать не смогли. Дождались, когда в другой регион выедет, там приняли. Сфабриковали подложное дело и посадили на 7 лет.

– Его хорошо проверил? А то ведь сейчас…

– На предмет?.. Я же уже сказал…

– Мне моральные уроды не нужны, как и помешанные на национальной почве.

– С этим всё в порядке… – Запнулся и первый раз проявил настоящее лицо, наболевшим засветился. – Хотя, какой чёрт, в порядке? По приказу высокого начальства из твоего ведомства, собрали взвод штрафников-добровольцев, каждый из которых обладает лидерскими качествами, а руководить ними, за каким-то хером, поставили тебя, инвалида. Считаешь это в порядке?

Алексей от ответа ушёл. Из следующей папки достал фотографию, положил на стол. Спросил:

– Этот?

Поляков только мельком глянул. Охарактеризовал:

– Егор Шаров, в прошлом капитан ВДВ, командир роты разведки. Уволен за драку с полицейскими в ресторане. Спустили бы на тормозах. Придурок в командировке был. Выстрелил из ПМа в потолок, рикошетом пуля официанту в руку попала, ну и…