Александр Яманов – Несгибаемый граф-2 (страница 39)

Но мой интерес в другом. Сергей Сергеич был послан Берг-коллегией учиться металлургическому делу в Марбург. После чего по договорённости с чиновниками и появившимся Демидовым наш герой поехал в Англию. Вернее, в Дуолейс, что в Уэльсе, где Самойлов начал осваивать набирающий популярность метод плавки металла на коксе. И надо признать, достиг в этом больших успехов. Мне даже не пришлось посылать на Альбион шпионов, нужный специалист сам нашёлся!

По истечении пяти лет молодой человек вернулся домой, попав под маховик интриг. Оказалось, что Никита Акинфиевич договорился о выкупе его контракта у горного ведомства, но намутил дел. Этот представитель известной фамилии действительно выделяется большими странностями. В общем, промышленник до конца не рассчитался, разругался с чиновниками и попортил карму своему подопечному. Когда Самойлов понял, что остался без средств к существованию, то закинул удочку в Берг-коллегию. Но там ему предложили место помощника инженера на Алтае и сущие гроши в качестве зарплаты.

Грех было пройти мимо такого человека, особенно когда мне передали резюме, подготовленное фон Бером. Я тут же отправил деньги на покрытие всех долгов, выдал инженеру подъёмные, и уже через неделю тот был в Москве. Мне понравилась такая решительность и желание работать.

Самойлов сразу предложил переводить печи на кокс. Каменный уголь, прокалённый без доступа воздуха, даёт гораздо больше жара, чем древесина. И не надо вырубать леса. Прикинувшись неучем, я спросил, где брать кокс. Инженер ответил, что его надо делать самим, а для этого нужен уголь.

Он уже знал, что я купил земли с залежами каменного угля в нескольких вёрстах от Ясенково. Ведь проект переоборудования тамошнего завода родился не вчера. Только у прежнего хозяина не было денег и времени. У меня же этого добра хватает. Поэтому мы сразу ударили по рукам, инженер получил хорошее жалование и сразу уехал в Калужское наместничество, чтобы до холодов провести рекогносцировку местности, в частности, залежей угля. Кстати, мы уже начали потихоньку разрабатывать один пласт, построив шахту и наладив логистику. Надо же топить дома? Так зачем рубить деревья, если угля вдосталь?

Надо бы подкинуть эту идею Волконскому и запретить топить в Москве дровами. Естественно, сначала необходимо начать добычу угля около Первопрестольной, благо его хватает. Пусть князь со товарищи организует собственный бизнес. Я ему ещё с технологиями и специалистами помогу. Мне нужны хорошие отношения с властями.

Поэтому мы сейчас сидим в недавно построенном здании заводоуправления, пьём чай и обсуждаем текущие дела.

— Решение построить шахту у хутора Петровка мне понравилось. Оттуда до завода около десяти вёрст по реке и есть неплохая зимняя дорога. Однако выбранное месторождение непростое. Основной пласт угля залегает на глубине более пятнадцати саженей, — инженер водил карандашом по самодельной карте земель, прилегающих к Ясенково. — Если предприятия выйдут на проектную мощность, то мы выработаем верхний слой за два года, и нам придётся углубляться. Что приведёт ко многим сложностям. Наиболее перспективное из близлежащих залеганий угля — деревня Палики, что в двадцати вёрстах на юге. Там рядом тоже есть река, но придётся тянуть баржи вверх по течению. Поэтому я предлагаю остановиться на месторождениях, расположенных севернее Сухиничей и возле Козельска.

При упоминании двух населённых пунктов я мысленно усмехнулся. Недавно я их посетил, но точно не с геологоразведочной миссией. Рассматриваю точки на карте и понимаю, что человек говорит дело. Недаром Самойлов за два месяца изучил всё наместничество. В который раз убеждаюсь, что в этом времени мне везёт на фанатов своего дела.

— Уголь — это полдела, — продолжил инженер, а мы с Олешевым внимательно слушали. — Сначала его надо извлечь, а потом превратить в кокс, используя особые печи. Это такие кирпичные сооружения весьма сложной конструкции. Работать на них придётся круглый год, и люди нужны обученные.

— У вас ведь есть чертежи печей и всего остального? — после кивка Самойлова продолжаю. — Делайте, что считаете нужным. Андрей Владимирович вам поможет с деталями и организацией, а я выделю любые средства с людьми. Только прошу пока не увлекаться научными изысканиями. Направьте все ресурсы на строительство предприятий и обучение работников.

Оба собеседника одновременно кивнули. Чую, что они нашли общий язык!

Плавно разговор перешёл к главному — домнам. Те, что стоят сейчас, дают мало чугуна и жрут много топлива. Самойлов предлагает построить две новые домны, повыше, с подогревом воздуха. На коксе они выдадут в три раза больше металла при таком же объёме топлива, что древесный уголь. В этих нюансах я плаваю, поэтому лучше положиться на специалиста.

Тем временем инженер достал новый рулон бумаги и развернул его. На столе оказался чертёж печи и схема завода.

— Здесь должна стоять новая домна. Сначала построим одну, проверим, проведём пробную плавку и далее можно задуматься о второй, — Сергей ткнул пальцем в крестик на карте. — Лучше ставить её у реки, чтобы можно было подвести уголь с шахты. Но немного выше, ведь у нас скоро начнётся строительство плотины и установка водяных колёс. Сырьё до цеха будем доставлять по рельсам в вагонетках.

Я улыбнулся, потому что сам думал о чём-то подобном. Только глупо лезть с советами к знающему человеку. И вообще, пусть люди сами думают и ищут. Самойлов в этом плане молодец! Он просто заимствует идеи англичан и адаптирует их под российские реалии. Ничего, мы это переживём.

Далее Самойлов с Олешевым погрузились в подробности. Мне оставалось только поддакивать с умным видом, и подтверждать финансирование их хотелок.

Забавно, но инженер с управляющим сначала не поняли мой план создания полноценного рабочего посёлка. Мол, к чему такие траты? И вообще, крепостные могут работать за еду. Пришлось объяснять.

— Моя задумка — это не только строительство завода и переход на новое топливо. Всё гораздо сложнее. Я хочу создать учебно-производственный центр. Ясенковский завод правильнее называть форпостом, от которого будет отталкиваться целая сеть предприятий. Не только чугунолитейных, но и стеклодувных, ткацких и механических. Основная проблема неразвитости русской промышленности видится мне в отсутствии системного подхода. А также в использовании труда крепостных, фактически рабов, прикованных к заводам. Что может нам дать такая форма хозяйствования в перспективе? — оглядываю притихших собеседников и отвечаю на свой вопрос. — Ничего. Это тупик, что доказали англичане, голландцы и французы. По крайней мере, они давно начали механизировать производства и удешевлять его. Тот же уголь — при правильном подходе гораздо эффективнее во всех смыслах.

Делаю небольшую паузу и допиваю чай, закусив его булочкой. Местная повариха печёт просто божественно!

— С чем в первую очередь сталкивается русский заводчик? Правильно, с отсутствием обученных сотрудников. Это касается как инженеров, так и мастеров. Вот я и задумал сделать Ясенково кузницей кадров. Мы будем не просто внедрять прогрессивные новинки, но и воспитывать нужных людей. А для этого им нужно создать достойные условия. Чтобы работники не только хотели трудиться именно здесь, но и убедили в этом своих детей. Подготовка толкового мастера занимает примерно десять лет. Причём обычно обучение идёт беспорядочно. Каждого человека учат в меру разумения наставника, часто скрывают какие-то знания, стараясь передать их сыну. В общем, классические европейские цеха, давно умершие.

— Для этого вы строите мужикам дома, даёте землю под огороды и платите жалованье? — со скепсисом произнёс Олешев.

Вроде взрослый и опытный управляющий, человек под сорок. Но не понимает элементарных вещей.

— Скажу больше. Я построю в Ясенково школу, где буду учить детей крепостных и иных работников. И одновременно здесь откроется ремесленное училище, где все желающие, даже мужчины в возрасте, смогут повысить свои навыки. А заводы, мануфактуры и шахты выступят дополнительной опорой, где работники смогут проходить практику. Таким образом, мы получим собственные кадры. С учётом того, что по истечении десяти лет достойного труда я буду давать вольную работнику и его семье, то можно рассчитывать на его лояльность. Дома же с огородами и достойная оплата привлекут сюда других людей, а также дадут верный ориентир остальным крепостным. К сожалению, не все понимают пользу образования. Но когда их соседи и даже дети встанут на несколько ступенек выше, получат свободу и просто начнут больше зарабатывать, задумаются даже самые глупые.

Так как Самойлов с Олешевым молчали, я продолжил.

— Касательно условий жизни и труда. Есть в этом и обычный расчёт. Довольный, здоровый и сытый человек работает гораздо лучше. Как мы уже обсуждали, подготовка мастера занимает десятилетие. Очень глупо потерять его из-за обычного заболевания. Где мне потом искать кузнецов или плавильщиков? С неба они не падают и на деревьях не растут. Поэтому в Ясенково вскоре появится собственная больница, и лечить мы будем всех бесплатно. Вернее, за мой счёт. Это обычная арифметика. Все вложения оправдаются сторицей, пусть через несколько лет и не сразу станут заметны.