Александр Яманов – Бесноватый Цесаревич 3 (страница 39)

Два его старших сына сидели в креслах и наблюдали за отцом. Оба правильно воспитаны, но им далеко до младшего. Они ведомые, а его третий сын был ведущим. Натан сам придумывал оригинальные комбинации и так напоминал его самого в молодости. Дверь тихонько открылась, зашёл старый слуга и кивнул в подтверждение того, что ожидаемый человек прибыл.

Гостем оказался мужчина средних лет, с грубыми чертами лица и водянистыми голубыми глазами. Прямая спина, экономные движения и строгость в одежде выдавали в нём бывшего военного.

—Присаживайтесь Леон, сейчас слуга принесёт вина, — произнёс хозяин кабинета.

Когда нужно, он был вежлив с любым, даже самым ничтожным человеком. Главное — это польза и прибыль, которую могли приносить люди, а их происхождение вторично. Гость уже много лет выполнял его особые и иногда щекотливые поручения. И уж для такого человека Майер Ротшильд не жалел ни вина ни доброго слова. Наёмник не стал жеманничать, сел в кресло и дождался обещанного напитка.

—Я получил ваше письмо из Лондона, Леон. Но это незначительная часть, интересующих нас событий. Расскажите, как вы съездили в Манчестер, — немного нервно произнёс банкир.

Мало кому удалось бы сдерживать такое дикое внутреннее напряжение. И иногда стена невозмутимости давала трещину.

—Про нахождения вашего сына в Лондоне я описал подробно. Указанные вами люди не заметили ничего необычного. Натан подал заявку на создание кредитной конторы и отбыл на северо-запад, где сейчас идёт самая оживлённая торговля на острове. Война и нападения каперов делают своё дело, и весомая часть грузопотока сместилась в Ливерпуль. Ваш сын поселился в соседнем городе и начал активно заниматься торговлей. Никаких явных конфликтов и врагов у него не было, хотя он и подвинул некоторых крупных купцов. И тем более не было оснований решать вопрос так жёстко.

Майер почувствовал, что вместо привычного озноба его бросило в пот. Его лицо налилось кровью, в горле застрял комок, который не давал дышать. Чтобы не показывать обуревавшие его чувства он отвернулся к окну и расслабил ворот рубашки. Он не стал бы тем, кем является без умения сохранять выдержку и трезвость рассудка. Буквально десять секунд понадобилось, чтобы привести все чувства в полный порядок. Позже он ещё прочитает отчёт наёмника, но сейчас нужно внимательно выслушать доклад, дабы не пропустить какую-нибудь важную деталь.

—Странности начинаются далее. Думаю, ваш сын держал в доме значительную сумму, чтобы быстро расплачиваться с производителями тканей, а меньшую часть он хранил в местном банке. Я не исключаю, что это было ограбление. Но организация нападения, устранение всех свидетелей и отсутствие любых следов, указывает на то, что целью было убийство вашего сына, — наёмник описывал ситуацию спокойным голосом и не выказывал никаких эмоций.

Чего нельзя было сказать о родственниках убитого. Первым не выдержал старший брат.

—Вы говорите, что разбойники хотели добраться до Натана. Но зачем было так усложнять и убивать охрану с прислугой? И насколько я понял, пострадали ещё какие-то свидетели?

—У меня только один ответ. Убийство было замаскировано под ограбление. Количество охраны могло указывать на то, что в доме хранилась много денег и ценностей. Это стало аргументом для властей, которые проводили расследование и остановились на версии ограбления. И вы, правильно поняли, что были убиты два посторонних человека — сторож соседнего дома с местным пьянчужкой. Злоумышленники не оставили никаких следов. Акция была проведена молниеносно, и даже опытные охранники, которых я знал лично, ничего не могли противопоставить нападавшим. Но у меня есть ответ на эту загадку. Пропал сторож, который был нанят вместе с остальной прислугой.

—Что ещё вас насторожило, Леон?

—Слишком слаженные действия и подготовка. Ни одна разбойничья шайка не способна провести такую акцию. Здесь действовали какое-то тайное общество или государство.

—Почему вы исключаете частное лицо, которое наняло отряд наёмников? — Майеру удалось приглушить эмоции, и он пытался просчитать все варианты, связанные с нападением.

—Думаю, в Европе достаточно лиц, обладающих возможностью нанять наёмников и провести ограбление. Только я ещё ни разу не слышал о таком спаянном отряде. Можно найти отдельных толковых людей и даже организовать их в группу, но сомневаюсь, что они способны провести дело так чисто. Дело в том, что невозможно утаить сам сбор наёмников. Люди разные, кто-то обязательно бы проговорился или оставил следы. Здесь же всё было проведено молниеносно, каждый боец знал свои обязанности. И самое главное — они долго готовились.

—Вы о чём? — перебил Леона старший сын, чем вызвал недовольный взгляд отца.

—Единственный человек из обслуги, кого не удалось найти — это уже упомянутый сторож. Он был нанят на работу за полтора месяца до нападения, то есть когда Натан арендовал дом. Я бы не заострял внимание на этом мелком факте, но изначально сторожем должен был стать совершенно другой человек. Но тот заболел, и была произведена замена, на вполне достойного работника, который имел рекомендации. Только никто не стал уточнять, что дело было не в болезни, а сломанной руке. И несмотря на предоставленные рекомендации, новый сторож не имеет к ним никакого отношения. Томас Хатчинсон, чьим именем представился мошенник, отбыл в другой город, а рекомендательные письма были у него украдены. Вот я и предполагаю, что у частного лица просто не хватило бы таких ресурсов. Здесь действовала организация, причём дисциплинированная и разветвлённая.

—То есть искать убийц бесполезно? — спросил сразу погрустневший банкир.

—Нападавшие всё-таки оставили один след. Нет информации и свидетелей, которые видели, как они подъезжали, проникали в дом и покидали его. Они убиты. Мои люди не смогли найти других людей, кто мог видеть или просто обратить внимание на какую-нибудь странность. Но сын поставщика дров, которого удалось расспросить, утверждает, что когда он случайно задел своей тележкой сторожа, тот выругался по-ирландски.

—Ирландцы? — с удивлением переспросил хозяин кабинета.

—Я понимаю ваше недоверие. Очень безалаберный и странный народец. Никто меня не убедит, что они способны создать тайное общество, не раструбив об этом на весь свет и попав под надзор англичан. Другой вопрос, что за ними может стоять эта самая организация, использующая их в своих целях. Или государство, что кажется мне более правдивым.

Услышав эти слова, Майер Ротшильд откинулся на спинку своего любимого кресла и некоторое время молчал. Десятки вариантов проносились в его голове.

—Ирландцы — это Франция, — наконец он нарушил затянувшееся молчание.

—Или Англия, — парировал наёмник, — Также это могут быть голландцы. Других вариантов просто нет. Я долго думал над этим. Мне не известны все операции и дела банка, но я примерно представляю ваших возможных противников. Хотя участие голландцев вызывает наибольшие сомнения, но как раз с их стороны могут действовать частные лица. Это маловероятно, поэтому остаются две великие державы и какое-то тайное общество.

В этот раз молчание длилось ещё дольше. Банкир погрузился в свои размышления, сыновья боялись его побеспокоить, а наёмник просто ждал новых вопросов и спокойно пил вино. Достаточно средней паршивости напиток, но не говорить, же об этом своему заказчику.

—Благодарю вас за работу, Леон, — тон банкира был самым благожелательным, — Оплату вы можете получить у секретаря. Более я вас не задерживаю. Но постарайтесь не уезжать из города, в ближайшее время у меня будет ещё одно задание.

Проводив наёмника взглядом, первым не выдержал второй сын.

—Отец, так кто же убил нашего Натана? Неужели ты веришь этому старому головорезу? Какие тайные общества и тем более государства? — толстые губы Соломона забавно кривились, а большие навыкате глаза пылали искренней убеждённостью в своей правоте.

Странно распорядилась судьба, подумал банкир, с любовью глядя на своих детей. Старший Амшель практически его полная копия, но светловолосый и голубоглазый в материнскую родню. А Соломон, наоборот, кареглазый брюнет как отец, но черты лица как у матери. А Натана, он больше не увидит. В душе опять поселилась тоска и пустота, которую он старательно гнал. Нет, кто бы ни стоял за убийством, им не сломить Майера Ротшильда. Эта трагедия сделает их семью только сильнее, и он найдёт убийц, чего бы это ни стоило.

—За тебя сейчас говорит обида за брата и желание найти убийц. Но я бы не стал торопиться. Поверь, Леон очень опытный человек. Если ему не удалось раскопать сведения о нападавших, то других следов просто нет. И думать нам сейчас нужно об ином.

—О чём мы можем сейчас размышлять кроме смерти нашего брата? — спросил недоумённо Амшель и был поддержан Соломоном.

—Мы найдём и накажем наших врагов. У меня нет в этом никаких сомнений. Через год или через пять лет, но они проявят себя и сделают ошибку. Даже если последуют новые покушения на нашу семью, то этого не утаить и к расследованию присоединятся наши единоверцы во многих странах. Никому не захочется стать следующей жертвой, и злоумышленники сильно пожалеют о своих деяниях. Но сейчас речь не об этом. Амшель, ты разве не заметил, какие потери мы понесли из-за падения цены на русские облигации и действий этих проклятых амстердамских спекулянтов? Акции рухнули моментально, и наш брокер просто не успел ничего сделать. Здесь явный сговор, но опять-таки сейчас это не самое важное.