Александр Якубович – В самом Сердце Стужи. Том II (страница 9)

Я не боялся, что она увидит, чем я занимаюсь на четвертом этаже. Даже больше — я надеялся втянуть девушку в производство консервов, ведь местные мастера и алхимики занимались намного более сложными вещами. Это кажется, что древние камнем зад вытирали, а если немного углубиться в вопросы банальной варки пива, изготовления тканей или дубления кожи, окажется, что и промышленная химия тут уже есть, и контроль качества, и сложные цепочки производства. Материалов нормальных для оборудования не хватает — вот это проблема, так сказать, дилемма яйца и курицы, когда тебе нужен станок для того, чтобы собрать станок.

С другой стороны я понимал, что технический прогресс должен иметь экономические предпосылки. Ни одно расширение производства не возникало впереди спроса — это закон развития любой системы потребления, так что если тут не плавили чугун или не занимались массовым изготовлением чего-либо, значит в этом пока не было надобности. Либо не хватало человеческого ресурса, ведь производство начинается с мелкой ручной серии, а уже потом уходит в мануфактуру и фабрики.

Но в истории с консервированием мне был необходим взгляд Эрен. Не только как местной жительницы, но и как человека с третьим, гражданским мнением. Грегор четко понимал первичную мотивацию консервирования мяса или мяса с кашей — боевой паек, неприкосновенный запас на случай сбоя поставок или порчи вяленого мяса и других припасов.

Горшочки были тяжелее, сложнее в транспортировке и намного дороже, чем то же сушеное мясо. Но у них не было того критического недостатка, из-за которого нам пришлось некоторое время сидеть впроголодь на краю леса в свое время.

Горшочкам с консервами было абсолютно плевать на влажность.

А на севере было влажно круглый год. Море недалеко, пасмурных дней даже летом много, а леса перемежаются с болотистой местностью. Влага проникала всегда и везде, и как-то уберечь запасы вяленых и сушеных продуктов от гниения и плесени было нереально. В негодность приходили даже крупы и мука — заводились жучки-червячки и появлялся мерзкий прелый запах.

Питаться такими помоями и при этом эффективно воевать просто невозможно. Рейды были нужны для того, чтобы выбить варваров из временных лагерей и не дать им окопаться, расчистить земли под поля и поставить первые деревни. Тем же занимались и северяне — тихо сидели по лесам и болотам, выжидая, когда же у южан закончится еда, постоянно атакуя обозы и дожидаясь холодов.

А потом просто пинками выбивали королевские войска обратно на юг, потому что тем жрать было нечего.

Я не стал внезапным патриотом Халдона и не мечтал покорить северные земли — скорее рейды нужны были, чтобы варвары не шли на юг — но очень надеялся, что консервирование спасет жизнь хотя бы мне и моим бойцам. А это уже отличная инвестиция.

Но нельзя довольствоваться малым. Стоило показать эту задумку человеку местному, но далекому от реалий выживания в условиях рейда, человеку непредвзятому, но достаточно умному, чтобы он смог оценить потенциал затеи.

Я не знал, как хороши навыки Эрен в плане ведения хозяйства, но был уверен в общем интеллектуальном уровне моей жены. И принял решение, что раз уж подтягивать кого-нибудь гражданского к вопросу производства консервов, дабы получить третье мнение, то это должна быть Эрен.

А еще она была единственным невоенным человеком в моем окружении. Не просто, кому я мог бы доверить такую «секретную разработку», а реально единственным гражданским человеком. Так что пул кандидатов у меня был крайне и крайне невелик.

— И что за испытания вы хотели мне показать, милорд? — не выдержав, спросила Эрен, едва мы поднялись на четвертый этаж после завтрака.

— Это небольшая затея, которая пришла мне в голову во время последнего рейда на северные земли, — честно ответил я. — У нас были проблемы со снабжением, охота была опасным занятием, ведь в лесах нас поджидал враг, и мне пришла в голову идея.

— Вот как? — удивилась Эрен, а по лицу моей жены прокатилась тень разочарования. — Какая-то военная хитрость?

— Скорее кулинарная, — ответил я. — Вы же знаете, что сохранение продуктов довольно сложный процесс и в летнее время с этим большие проблемы. Особенно в походах. Приходится брать солонину, вяленое или сушеное мясо, а уберечь муку всегда не так и просто.

Эрен согласно кивала, причем в какой-то момент мне показалось, что она на самом деле знает все эти тяготы. Но как мне кажется, если ты достаточно умен, то вообразить описанные мною проблемы не так и трудно.

— И что же за идея вам пришла в голову? — спросила моя жена.

Я не ответил — только открыл дверь в нашу с Грегором лабораторию, предлагая девушке пройти вперед.

Мой оруженосец уже был внутри. Грегор принес письменные принадлежности из кабинета, а сам ждал у стола, где было расставлено три опытных образца. Мы с ним за эти недели сделали еще две варки, в итоге у нас был самый старый горшочек возрастом две недели, горшочек с кашей, которая хранилась уже неделю и совсем свежий продукт, который мы изготовили два дня назад. Было это сделано по простой причине — так как у меня не было других способов определить качество продукта, кроме снятия пробы, мне нужно было с чем-то сравнивать.

Я был почти на девяносто девять процентов уверен, что проварил горшочки достаточно хорошо, чтобы убить в них ботулизм, а вскрыв все три консервы и просто проведя осмотр, мы сможем понять, как они сохранились. Кроме того, в мясную кашу был добавлен уксус, который должен был помочь справиться с этой проблемой.

Сначала я планировал скормить свой продукт какому-нибудь заключенному, но как назло ни одного маньяка или смертника в городе не нашлось, а Легер обязательно должен дожить до суда, так что его жизнь сейчас, внезапно, имела огромную ценность. Травить же крепостных, своих бойцов или слуг замка я тоже не хотел. Так что как любой естествоиспытатель прошлого моего мира, я принял волевое решение: задумка моя, так что и пробовать все это дело мне. Ну, может еще и Грегору, если он рискнет, но заставлять не стану.

— Все готово, милорд, — тут же сообщил мой оруженосец, а после уже поклонился Эрен. — Доброго утра, миледи.

— Эрен, мне нужно, чтобы ты сделала записи, — обратился я к жене. — Ну и приняла участие.

— Милорд, вы мне так ничего толком не объяснили, — заметила девушка.

Я только кивнул Грегору, мол, открывай.

Оруженосец тут же вооружился ножом, аккуратно снял воск с канавок и поддел три крышечки, открывая содержимое горшков.

Как я и ожидал, сверху на консервах собрался жир, который щедро добавляли повара по моему наставлению. Я аккуратно заглянул в каждый горшочек, соскребая заготовленными ложками слой жира, но заметных различий не заметил. Просто холодная застывшая каша с редкими волокнами куриного мяса, ничего необычного. После наклонился, понюхал. Пахло не особо вкусно, но ничего неприятного. Единственное, чуть-чуть ощущался аромат уксуса, но так было даже лучше.

— Эрен, вы готовы? — спросил я девушку.

— Вы хотите записать новый рецепт? — уточнила моя жена, берясь за перо и склоняясь над столом.

— Нет, это три одинаковые заготовки, просто приготовленные в разное время, — ответил я, выковыривая ложкой кашу из первого горшочка.

Грегор заранее заготовил рвотный корень и поставил емкость с уксусом, которым я прополощу рот, если все пойдет плохо. Лучше получить химический ожог, чем слечь минимум на полгода с поражением нервной системы.

— Теперь надо разложить по тарелкам, провести полный осмотр, — скомандовал я Грегору. — А вы, Эрен, будете записывать мои впечатления при снятии пробы. Я хочу, чтобы вы особенно уделяли внимание запаху и вкусу, это нужно записать обязательно.

— Это какое-то новое блюдо? — уточнила девушка.

— Скорее, способ хранения еды без ледника, — ответил я. — Мы предварительно долго вываривали кашу с мясом, а потом закрывали ее крышкой под воск, чтобы ограничить попадание влаги в еду. У нас постоянно на севере были проблемы с плесенью и гниением припасов.

На это девушка только важно покивала, внимательно наблюдая за действиями оруженосца.

Я пока специально не говорил Эрен, как долго стояла эта еда в простых комнатах, просто чтобы не вызвать у нее слишком бурную реакцию. Пусть сначала запишет, убедится с моих слов, что на вкус это примерно одинаково, а потом мы поговорим о том, насколько это перспективная затея.

Наконец-то пришло время дегустации, и я даже немного нервничал. Но, как и ожидалось, на вкус это была просто холодная, чуть кисловатая от уксуса каша. Почти точно такая же, как и сваренная в тот же день — на вторую варку я специально добавил в свежую кашу уксуса, дал ей остыть до выхода жира на поверхность, после чего попробовал получившееся блюдо, чтобы мне было, с чем сравнивать на испытаниях. Вкусовые качества продукта из-за консервации конечно же потерялись, крупа разварилась в труху, как и мясо, но это было съедобно. Все это я продиктовал Эрен, чтобы она записала.

Второй образец оказался точно таким же, как и первый, самый свежий. Третий же образец чуть слежался за две недели, но заметной разницы я не почувствовал, только уксусный вкус был более ярким, может, потому что именно в первую варку кислоты я не жалел и лил с запасом.