Александр Виноградов – Долгий год (страница 4)

Мне приснятся твои поцелуи Самых нежных и ласковых губ. И по шее небрежно подует Ими созданный ветер до рук. И меня, словно голую птицу, Опереньем накрыли опять, И сказали, что можно кружиться, Сквозь небесные вихри летать. Мне приснятся твои поцелуи. Эта ночь и для них поднялась, Словно кто-то на сердце рисует Этот день, когда ты родилась.

Крона

Смотря на след, что летом был, Мы, оглянувшись, скажем: – Когда еще так Бог любил? И крона нам подскажет Своими каплями судьбы, Как линия от света, Идут к земле ее дожди, Не помня это лето. Шаги по лужам отведут Все взгляды на звезду. Из листьев желто-алый пруд Разлегся поутру. Ступают тихо, вся листва И даже капли сверху, Осенним вальсом шелестя, Проходят эту веху. Когда в зонтах прохожих нет Рисунков и цветов, А черный купол под отвес Терзает их и бьет. Лишь мы с тобой из сотен звезд Осеннего циклона Найдем одну, чтоб небосвод Краснел, как эта крона.

«И даже нежное лицо…»

И даже нежное лицо, Когда, наверное, ты спишь, Осенним шепотом в окно Неслышно с рамы пробежит. Есть на земле смелее бег, Не с края пропасти вперед, Украсив чуткости ответ: У края губ разрезать лед И побежать к такой войне, Чтобы хотелось воевать, Чтобы подумать о Тебе И вдруг об этом не узнать. Но не удастся скрыть глаза Рукой, предметами, закрыв, Они нелепые всегда, Стремятся взгляды повторить. И оттого, дыша быстрей, Как над дыханьем бега власть, Застыну в пропасти твоей, Так не сумев туда упасть. И даже нежное лицо, Когда, наверное, ты спишь… Увидев, как беру пальто, Ты улыбнешься и простишь…

Зима

Если Ты меня слышишь, прости! Я не смог оставаться с Тобой!..