Нежный шорох упавшей листвы
Не глуши у себя под ногой.
Не заставь улетающих вверх
Заболеть и не тронуться в путь,
Белых клавиш их перьев не режь,
Не сдави их пернатую суть!
И, взглянув в облака, не кричи,
Что асфальт таким ноющим стал:
У природы глухие ключи
От дверей в недостроенный храм.
И не плачь, на скамейке склонясь…
Ты, наверно, забыла зайти,
Перепутав осеннюю грязь
С целомудренной пеной зимы.
Если ты меня слышишь, прости!
Я не буду отныне с Тобой…
Я привык оставаться один,
Даже если ты рядом со мной…
«За плиткой спрятана стена…»
За плиткой спрятана стена…
Холодной ванны пол.
И мокрый след на зеркалах
Рукою наведён.
Но в музыкальности воды
Задумана печаль,
Осталось только растворить
Немого тела дань.
И ты в движении стоишь,
Не в силах осознать,
Что этот временный мотив
Тобой намерен стать.
«Если листья упали от ветра…»
Если листья упали от ветра
И застыли немыми в глазах,
Затаились и тут же мгновенно
Оказались в твоих волосах…
Если листья в плечах окунались
И заснули на этих плечах,
Затаились, но тут же распались,
Чтоб в твоих оказаться руках…
Если листья на пальцах лежали,
Если трогали пальцы твои,
Затаились и тут же упали,
Свой покой обретя у земли…
Если ты меня любишь, послушай!
Я от ветра упал по весне,
Затаился и стал непослушен,
Потому что я падал к тебе.
Волчица
В лесу под кустами, у старого дуба,
Что к северу смотрит который уж век,
Увидела мать онемевшие зубы
И красную грудь – натворил человек.
И мягкое, малое, нежное тело
Глотало последние капли росы,
Дышало так яро и часто, несмело —
Так больно кровавою пеной груди.
И лапки тряслись, и рычал он так нежно,
Как будто у мамы спросил: почему
Ему вдруг так больно? По-детски, небрежно
Прижаться хотел к волосам и соску.
Она подошла, он схватил её больно —
Заглатывал все; по-другому кормить…
И лопались слезы молочного сока,
Собой орошая свирепую жизнь… 
