Александр Вин – Хранители слов. Последняя осень маленькой библиотеки (страница 6)
Рассмеялись оба.
Мимо них по крохотному коридорчику от дверей в дальнюю комнату осторожно прошли две маленькие старушки; одинаково вежливо, с улыбками, поздоровались с заведующей, остренько посмотрели на незнакомого им Василия.
– Это наши давние читательницы, участницы хора «Подсолнухи».
– Певицы?!
– Просто живут по соседству. Приходят, берут книжки, читают дома, а раз в неделю собираются здесь песни попеть.
– Не громко?
– Нет, нет, что вы! Я специально дверь в ту, дальнюю, комнату попросила мастера попрочнее сделать, она звуки не пропускает.
– Предусмотрительно.
Василий обернулся, ещё раз осмотрелся по сторонам, совсем не желая уходить.
– Ну, мне пора, не буду под ногами мешаться. Старушки на меня с каким-то подозрением посмотрели, будто я вас у них отнимаю.
Елена Александровна легко махнула рукой.
– Нет, ничего, они у нас дисциплинированные! Минута у вас ещё есть, спрашивайте…
– Я лучше пока у Бориса Аркадьевича об остальном поинтересуюсь. Интересный, вроде как, человек, да?
– Да, да. Я вам про него потом расскажу, потом, сейчас мне некогда. Извините!
– Хорошо. До свиданья!
Борис Аркадьевич в одиночестве скучал у окна, наблюдая давно знакомую, привычную улицу, изредка оглядываясь.
Зинаида Николаевна строго объясняла Татьяне и Наталье срочные библиотечные дела.
– Девчонки, подумайте, какие ещё тематические подборки можно у нас сделать?! В школах учебный год начался, а у нас ничего хорошего для родителей так и не появилось!
– Мы же делаем…
– Мало делаем! Наталья, посмотри рекомендательные списки, внеси изменения, особенно для тех читателей, которые уж совсем постарше, ладно?
– Которые постарше, те под капельницами лежат, по мероприятиям не ходят…
– Не дерзи.
– Не буду.
Борис Аркадьевич продолжал ждать, без особого внимания прислушивался к разговору в коридорчике, возле рабочего стола заведующей, но, заметив, что Василий там попрощался, с улыбкой махнул ему рукой.
– Я свободен! К вашим услугам, товарищ волшебный писатель!
Василий рассмеялся.
– Пока не писатель…
– Ладно, не надо скромничать. Время есть?
– Полчаса, не больше. На работу пора собираться.
Борис Аркадьевич оглядел крохотную комнатку и коридорчик, махнул тростью в сторону перегородки.
– Пошли к компьютерам, посидим там, посплетничаем…
– Пошли. Компьютеры для читателей?
– Для них самых.
Сели напротив друг друга.
Свою богатую трость Борис Аркадьевич поставил у монитора.
– Хорошо, что вы, Василий, сюда зашли, именно в эту библиотеку…
– Случайно.
– Тем более! Случай – штука сложная, не всегда пустяковая. Вы со всеми уже здесь познакомились?
– Нет, только с заведующей. Елена Александровна посоветовала с вами поговорить, по книжкам, по литературным делам…
– Вот видите! Всё уже понемногу налаживается, и я – к вашим услугам!
Борис Аркадьевич улыбнулся.
– Заведующая – чудесная женщина, умница, хороший руководитель. Старший библиотекарь, Зинаида Николаевна, постарше её, но тоже полностью соответствует! Конечно, характеры в здешнем коллективе разные, каждая женщина по-своему смотрит на жизнь, но все они понимают друг друга, не обижают, не ссорятся…
– Совсем не ссорятся?
– Так, по пустякам, под настроение, или если погода за окном совсем плохая. Зинаида поопытнее их всех в житейских делах, считает, что имеет право иногда учить девчонок…
– Девчонок?!
Василий искренне удивился.
– Им же всем под сорок?!
– Некоторые чуть старше. Но всё равно, люди почти всегда думают, что даже год жизненной разницы даёт им право чему-то учить молодых.
– Как в армии…
Борис Аркадьевич захохотал.
– Первый раз слышу, чтобы библиотечное дело сравнивали с армейской службой!
– Дисциплина везде одна. Помогает многих бед избежать.
– Знаю, сам в море ходил.
– Вы моряк?!
Василий двинул стул ближе.
– Вы ходили в море и потом стали писать книги?!
– С морем – всё правильно, а вот с моим писательством – сложнее…
Борис Аркадьевич усмехнулся.
– … С самого раннего детства я много читал, все знали об этом, смеялись, дразнили иногда. В пионерском возрасте даже получил от директора школы личный ключ от школьного склада, где хранилась в ожидании вывоза вся макулатура, добытая нами, школьниками, на субботниках. Именно там, с азартом роясь в кучах такого бумажного великолепия, я и познакомился с Жюлем Верном, с Гербертом Уэллсом, перечитал десятки, если не сотни старых журналов "Наука и жизнь" и «Техника-молодёжи», пересмотрел множество рваных географических карт. В том книжном складе прошло моё счастливое детство… Потом, спустившись с этих изумительных бумажных вершин в жизнь, я и отправился в океан. В самый настоящий, солёный… Хотел быть героем.
– И стали моряком?!
– Не получилось, не стал, зрение подвело. От огорчения расплакался прямо перед приёмной комиссией в мореходке, потом подумал, подумал и поступил в институт, начал изучать рыб. На практике и потом, по работе, ходил по океанам, занимался вопросами промыслового рыболовства. Поверьте, милый друг, это ничуть не хуже, чем быть капитаном дальнего плавания! Впрочем, у капитанов форма страшно красивая и фуражка с якорем. А я всю жизнь был обычным учёным, ихтиологом…
– А писателем когда стали?
– Никогда. На исходе бурной молодости я как-то случайно издал книжку морских воспоминаний, друзья меня за неё очень даже хвалили. Но это и всё.
– Больше не пишете?
– Одной изданной книжки хватает мне, чтобы официально числиться в местных творческих кругах настоящим, состоявшимся писателем. Я и не спорю… Ситуация позволяет мне, пенсионеру, с полным правом шататься по всем писательским и окололитературным сходкам нашего города.