Александр Васильев – Введение в системный коммунитаризм. Книга 2 (страница 7)
К сожалению, исторически наследованная в тот период неадекватность «государства» эволюционному Предписанию, хотя и существенно сократилась, – относительно «царского самодержавия», но не была раскрыта в главном, что и обусловило распад СССР [39; 74]. Теперь весь исторический опыт надо изучать и осознавать, осваивать положительные его результаты, именно посредством системных исследований, в том числе и особенно, в плане коллективного, творческого и нормативного, «служебного» коммунитаризма, – этого требует уже характер современных объективных требований к могуществу России (РФ) и её Союзов. При этом приоритетным видится решение задач совершенствования государственного комплекса адекватно сверхзадаче парадигмального совершенствования всего общества. Оно требует, несомненно, соответствующей мобилизации и организации научно-политической работы возможных интеллектуальных сообществ (ассоциаций), поскольку в существующих сообществах действует традиционный политический конформизм, а какие-либо концептуальные предложения (проекты) от инициативных ученых (сообществ) будут являться, – согласно парадигмальной сверхзадаче, «надгосударственными», политически оппозиционными.
Здесь надо обратить внимание на близкое к этой теме и сверхзадаче не столь давнее инициативное предложение сообщества (клуба) философов, соответствующим государственным органам, по организации научно-философской и просветительской деятельности высокого государственного значения [142]. Однако оно, судя по публикациям (в авторском поиске), не получило должного развития. Вот аннотация указанного «Сборника материалов»:
«Материалы, приведенные в данном издании, являются результатом многолетней работы представителей профессионального философского сообщества и заинтересованной общественности, направленной на осмысление вопросов продвижения философии в публичное пространство современной России. Основной результат данной деятельности – доклад Совету при Президенте Российской Федерации по науке и образованию на тему „Философия в публичном пространстве современной России: институциональные аспекты“, коллективный труд российских интеллектуалов, содержащий не только концептуальные размышления на тему значимости гуманитарных наук для будущего нашей страны, роли и места философии в публичном пространстве, но и предлагающий практическое институциональное решение – создание Национального философско-просветительского центра на принципах государственно-частного партнерства. Помимо этого в издание включен текст обращения философской общественности к Президенту Российской Федерации, а также презентации и иные материалы, направленные на рассмотрение Администрации Президента Российской Федерации и Министерства образования и науки Российской Федерации».
Близкие мысли о современной философской элите России, о сообществах и их консолидации (т.е. коммунитарности) высказаны ведущим философом Ю. М. Резником [105; 143] (см. и др. выпуски Вестника РФО). Все эти и другие материалы наводят на следующие мысли о высшем разуме общества, – адекватно Предписанию. По системной аналогии с великим опытом создания сложных производственных и социотехнических комплексов, корпораций основными составляющими такового Разума видятся ассоциации социально-философского, физико-математического и социально-хозяйственного (экономического) мышления ученых. Это мышление будет обеспечивать конструирование, реконструкцию и совершенствование, развитие наиболее совершенных моделей, начиная с материально-технического базиса (основы), структурно-функционального устройства и алгоритмов функционирования, информационного и прочего обеспечения. Применительно к обществу, к его регионам и в целом к таковому комплексному мышлению должно подключаться, несомненно, «государственное», то есть политическое мышление, которое, в сущности, является мышлением об управлении, контроле и регулировании, об адаптации и защите (стабилизации) в реальных социальных и социально-экономических организациях различного масштаба (в «микро», «макро» и геопространствах). «Начинания» (вспомним лидеров-реформаторов) каких-либо реконструкций, реформ и «перестроек» с политического мышления, как правило, посредством комбинирования известного и (или) копирования моделей других обществ мирового сообщества характерно для традиционного государства, которое обретая власть, устанавливает власть (того или иного характера, – по характеру самого государства) даже над социально-гуманитарным, философским и прочим
Важной, сохраняющей высокую актуальность публикацией в рассмотренном плане является статья Г. Ю. Канарша «Элитаристский дискурс справедливости: теоретические истоки» [44]. Здесь, ввиду близости ее к теме системного осознания коммунитаризма видится необходимым привести краткое Введение.
Cоциальная справедливость, как мы уже отмечали в своих работах (Канарш, 2018abc), – не просто «больной вопрос» нашего общества, но понятие, которое в силу своей общезначимости по праву претендует на статус национальной идеи для России. Согласно выводам социологов абсолютное большинство граждан России считают, что российское общество устроено несправедливо и что важнейшей предпосылкой дальнейшего позитивного развития является достижение справедливости – не равенства, но должной пропорциональности. Таким образом, сама ситуация, сложившаяся в российском обществе, предопределяет то обстоятельство, что основное внимание исследователей должно быть направлено на возможность достижения большей социальной справедливости (и анализу соответствующих теоретических подходов).
В частности, ключевой представляется проблема социального государства, которое, по мнению авторитетных исследователей, до сих пор находится в России в стадии своего становления (см., напр.: Беляева, 2018; Касавина, 2018; Лапин, 2018ab).
Однако, признавая факт несправедливости российского общества с этих – эгалитарных – позиций (и такой постановке проблемы соответствует невыстроенность социального государства), мы хотели бы обратить внимание на другую, прямо противоположную, сторону данной проблемы и поговорить не об эгалитарном, но элитарном принципе социальной справедливости. Под элитарным принципом, в отличие от эгалитарного, мы понимаем акцент не на равенстве распределения, но на построении справедливой общественной иерархии. Дело в том, что нам представляется равно проблематичным тот факт, что в России отсутствует как справедливость в ее эгалитарной версии, так и в версии элитарной – меритократической. По верному замечанию одного из современных авторов, российские реалии «не вписываются ни в одну из базовых версий социальной справедливости»: «Иначе говоря, в России правила „правой руки“ (элитарный принцип справедливости. – Г. К.) и „левой руки“ (эгалитарный принцип. – Г. К.) полностью не работают. Чтобы они начали работать, нужны „большие проекты“, „проекты общего дела“» (Старостин, 2017: 39).
И все же почему разговор об элитарном принципе справедливости представляется не просто уместным, но и чрезвычайно важным?
Во-первых, очевидно, что элитарной версии социальной справедливости в настоящее время уделяется значительно меньше внимания, чем эгалитарной. Значительная часть работ, посвященных проблеме справедливости, вышедших в последние годы в России, так или иначе посвящена эгалитарной концепции Д. Роулза или тем дискуссиям, которые развернулись в 1970—1980-е годы вокруг данной концепции.
Во-вторых, важным обстоятельством является то, что, как мы уже отметили, элитарный принцип справедливости, по сути, представляет собой другую сторону справедливости как этико-политического концепта, поэтому в равной мере должен быть учтен как в научно-философских дискуссиях, так и в общественно-политической практике. Более того, сегодня некоторые исследователи предпочитают говорить скорее не о противоположности эгалитаризма и элитаризма, но об их взаимодополнительности и конвергенции.
В-третьих, особое внимание к элитарной версии социальной справедливости может быть обусловлено тем обстоятельством, что в России сегодня практически нет настоящих и ответственных элит. Как показывает в своей работе социальный философ В. Г. Федотова, проблема имеет как минимум две стороны – эпистемологическую и практическую (Федотова, 2011). С эпистемологической точки зрения обращает на себя внимание то обстоятельство, что в современном российском научном дискурсе практически не представлены ценностные теории элит – в противоположность этому элита определяется просто как группа людей, имеющих политическое влияние.
С практической же точки зрения существенно то, что российские элиты оказались не готовы ответить на вызовы современности, с присущей ей глобализацией, миграционными потоками, бурным научно-техническим прогрессом и т. п. В целом же, как полагает Федотова, «политическая, бизнес- и творческая элиты слишком слабы как в отношении смысло- и целеполагания в обществе, так и в своей функциональной деятельности. Не являют они и нравственного примера. Материальный аспект занял в их формировании ведущее место» (там же: 17).