Александр В. Великанов – Байлун (страница 6)
– Не, это уже здесь, в Китае… Я сразу, как оказался в Поднебесной, понял, что нужно постигать местные искусства. Начал с простых единоборств, а потом нашлись учителя и более экзотическим штукам. Прыжки по стенам – это совсем недавнее увлечение, но ты не представляешь, как это здорово! Послезавтра новая тренировка – жду не дождусь… Ладно, приехали.
Машина остановилась у ворот жилого комплекса, десять тонких высоток поднимались над небольшим парком.
– Ты ведь никому не говорил, что я буду у тебя? – тихо спросил Джо, когда Огневский запустил его в свою квартирку и закрыл дверь.
– Никому.
– Отлично, чувак. Тогда можно надеяться, что киллеры сюда не явятся.
Огневский покачал головой, но ободряюще добавил:
– Хрен с ними, пусть приходят. Со мной не пропадешь.
– Пистолет ведь у тебя? – спросил Сталин.
Андрей кивнул. «Тип 67» покоился за ремнем на пояснице. Давненько скрытно не носил оружия…
– Ты где достал нелегальный ствол, балда? – спросил Огневский американца. – В китайской тюрьме собрался от убийц прятаться?
–
Огневский вздохнул:
– Ты стрелять-то хоть учился? Или палишь как попало?
– Брал когда-то уроки… Но даже если не смогу отбиться, лучше пустить себе пулю в висок, лишь бы им не достаться! Умереть свободным, но не жить на коленях!
– Зачем ты им нужен-то?
«Хотели бы, давно б забрали, и никакая нелегальная пукалка тебе не поможет», – думал добавить Андрей, но не стал, ну его.
– Мой алгоритм, – почти прошептал Джо. – Они хотят, чтобы я дал им ключ, которым можно вскрыть шифрование…
– А разве есть ключ?
– Нет, конечно, – возмутился Джо, – я нарочно делал так, что взломать невозможно, вообще! Представь, какой это удар для всех этих любителей шпионить, – переписка, финансовые транзакции, да что угодно, с моим шифром они будут непроницаемы!
Огневский развел руками:
– Тогда… То есть они не знают, что ключа не существует?
– Чувак, это же ЦРУ! Они мне не верят. Не могут представить, что кто-то создал шифрование без возможности его вскрыть. Ты не понимаешь их психологию, спецслужбисты – это страшные люди!
– Я вообще-то сержант ФСБ в отставке… – пробурчал Огневский.– Ладно, значит так… Режим нашего вытрезвителя на сегодня: сейчас закажу еды, подкрепишься, потом идем на часовую прогулку. Дальше сон, полдник и снова прогулка. И даже не вздумай мне!.. – Он увидел, как Джо косится на бутылку черного рома, стоявшую в шкафу посреди гостиной. – За каждый глоток алкоголя – минута ледяного душа!
– Добро пожаловать в ГУЛАГ… – пробормотал Стил. – Ты настоящий Сталин, а не я…
Глава 3, в которой происходит непонятно что
Богиня смотрела с Луны вниз, на спящий мир. Земля лежала в глубокой тени. Но приближалось полнолуние, с каждой ночью серебряный свет набирал силу – взгляд богини все глубже проникал в толщу материального мира.
От восточного моря до западных ледяных гор простирался Китай. Миллионы и миллионы смертных, потоки энергии
Богиня подняла очи и посмотрела вдаль. Там, за
Но теперь она забыла почти все, что было раньше. До того как она вкусила бессмертия и вознеслась над землей. Да и зачем смотреть на варварские земли, когда все истинно важное случается только здесь, в самой сердцевине Вселенной, в вечном Центральном Царстве, под опекой даосского пантеона?
Богиня стала внимательно оглядывать земли Китая – от холодной Маньчжурии, где еще лежат снега, через центральную равнину, помнящую многие тысячи лет труда, сражений, молитв и познания, до джунглей Юньнани, окутанных белым ночным туманом.
Богиня останавливала взгляд на городах, скользила между высотных зданий. Проникала под своды жилищ, всматривалась в лица спящих и неспящих.
И все не могла найти
Одного из немногих смертных, чья судьба ей небезразлична. Того, кто сейчас нужен, чтобы осуществить ее планы.
Богиня изучала один за другим бетонные нагромождения, летела вдоль автострад над машинами и автобусами. Иногда ее взгляд преграждали кудрявые облака, в которых резвились, изгибаясь и сворачиваясь в кольца, длинные драконы. С ними богиня старалась дружить, не беспокоила, ждала, пока им надоест летать над одним местом, и они умчатся прочь. Драконы ей всегда нравились – сильные, ловкие, непокорные…
Но где же
Глава 4, в которой появляется чопорный ублюдок
Огневский проснулся оттого, что Джо начал громко, с подвыванием храпеть. Посмотрел время на телефоне – пять тридцать утра.
Блин, что это было? Богиня на Луне?! Хорошо, хоть не Незнайка. Приснится же всякое…
Храп не смолкал. Американец лежит на диване в гостиной, но и в спальне прекрасно слышно – квартирка, как и вся жилплощадь в Гонконге, крохотная, гость, считай, под боком, даром что в другой комнате.
Пытаться уснуть толку нет, через полчаса зазвенит будильник, нужно будет собираться и готовить завтрак, чтобы к девяти железно успеть на встречу в офис.
Разблокировал телефон. Никаких новых сообщений. Отлично.
За что Огневский любил нынешний период своей жизни – впервые за многие годы все относительно спокойно. Мелкие встряски вроде вчерашнего случая с Джо и его неумелой стрельбой – это ничего, даже весело. Зато впервые за очень долгое время получалось не ввязываться в серьезные передряги. Вроде того дикого приключения, которое произошло с ним три года назад, сразу после приезда в Китай.
«Я просто хочу жить нормальной, спокойной человеческой жизнью, – сказал себе Огневский в очередной раз. – Без участия в заговорах и катастрофах».
И в очередной раз засомневался в собственных мыслях. А кто это недавно, сидя вечером в офисе, страдал от скуки? Но… погодите, а кто говорит, что скука – это плохо? Да здравствует скука, главный критерий нормальности!
Снова взглянул на экран телефона, и на душе заскреблось-таки несколько кошек. В прочной с виду стене мирной жизни имелась трещина, пока что не сильно большая, но тянущая тревожным сквозняком.
Огневский открыл сообщения, нашел чат с пользователем под ником
«Соскучился?» – писал тот с издевательским хохочущим смайликом.
Это сообщение пришло десять дней назад. В тот миг пахнуло всем, от чего Андрей последнее время пытался отгородиться. Три года назад в центральном Китае он впутался в странную и опасную историю, в которой среди прочего фигурировала эта самая «Пурга», хакерская банда с очень дурной репутацией. Причем Огневский умудрился подружиться с обоими ее руководителями – Олегом и Юлей. С последней получилось даже что-то вроде очень странной любовной истории… Нет, вспоминать все это решительно не хотелось.
А пришлось, когда прилетело проклятое сообщение. Именно через этот чат Огневский раньше поддерживал связь с главарями киберпреступников. Закончилось все тогда довольно скверно – Олега сцапали китайские стражи порядка, а Юля погибла во время страшного взрыва – кажется, погибла, тело ведь так и не нашли. Огневский чудом избежал обеих участей, но этот эпизод его жизни остался одним из самых неприятных и непонятных.
За годы Андрей сумел примириться со многим из своего разухабистого прошлого, даже с воспоминаниями о войне на Кавказе и роковой операции, на которой закончилась его карьера в спецслужбах. Но вот случай с «Пургой» он усиленно отодвигал на границу сознания – это было, прежде всего, непонятно и странно, почти сводило с ума.
Впервые увидев сообщение, Огневский пару минут тупо глядел на экран смартфона. Кто это может быть? Юли больше нет, Олег на китайской зоне. Все странно и дико. Как всегда с «Пургой»…
Впрочем, «Погибла ли Юля?» – это все-таки большой вопрос. Перед самой смертью она ни много ни мало выпила украденное у даосского алхимика зелье, якобы дающее бессмертие. Андрей так и не решил, верит ли он во все эти восточные чудеса, хотя успел повидать в Китае всякого, в том числе не сильно объяснимого обычной логикой.
Ой, ну на фиг… Лезть в подобные дебри очень уж не хотелось.
Поэтому в тот момент он взял и быстро ответил на сообщение, чтобы больше не мучиться сомнениями. Если чего-то сильно боишься, это надо сделать, и как можно скорее.
«Соскучился? – переспросил он. – Это смотря по кому. Кто ты? Отвечай сейчас, или я немедленно удаляю переписку и блокирую твой номер».
С предательским замиранием сердца ждал ответа.
Ответ не пришел.
Уже десять дней таинственный собеседник молчал. Нет даже отметки о том, что сообщение Андрея прочитано. Это смущало и бесило больше всего. И в то же время – ну и хорошо, может, больше и не напишет…