Александр Цзи – Враг из тьмы. Мистический триллер (страница 4)

Я почти начал забывать тот случай с вырванными глазами, когда, через пять дней, 17 октября, произошел еще один такой же случай. На сей раз скрыть подробности нападения ментам не удалось: на жертву маньяка, Аистову Людмилу, на проспекте Гоголя наткнулась группа молодых людей, среди которых было два журналиста. Эти двое, будучи настоящими профессионалами своего дела, не растерялись, тут же сняли обливающуюся кровью беднягу на камеры смартфонов, отправили запись в редакцию, а уж после этого вызвали «скорую».

Уже через четверть часа на местном канале вышел «шокирующий» репортаж, в котором неоднократно звучали такие слова, как «маньяк-террорист», «роднинский слепитель», «похититель глаз», «ужасающее преступление» и прочее в том же духе. Репортаж обеспечил телеканалу неслыханный за последние двадцать лет рейтинг и поднял первую волну паники. На следующий день репортеры и журналисты ринулись в бой с усердием оголодавшей волчьей стаи и мгновенно выяснили, что случай с Аистовой не первый. Как и случай с Кузнецовым.

Я с удивлением прочел в ленте новостей, что маньяк действует уже давненько. Мне вспомнилась унылая мина следователя. Еще бы, кто б обрадовался, узнав, что на подконтрольной ему территории разгуливает маньяк, поймать которого пока не представляется возможным?

Теперь к панике прибавилась ругань в сторону властей, которые действовали в своем репертуаре, то есть как последние кретины. Вместо того чтобы предупредить население об опасности и начать масштабные поиски преступника, они предпочли всё скрыть.

Поздним вечером 20 октября почти в центре города была найдена еще одна жертва Роднинского Слепителя – совсем еще молодой парень по имени Аркадий Грушко. Вот тогда-то поднялась вторая волна паники, а о маньяке, вырезающем глаза ни в чем не повинным людям, узнала вся страна.

Кое-кто из ближайшего окружения мэра предложил ввести комендантский час, но его предложение не нашло достаточной поддержки. По телику, в газетах и интернете полицию ругали все, кому не лень, потому что преступник до сих пор не был пойман. По городу ходили страшные рассказы «очевидцев», которые якобы нос к носу встретились с маньяком и ухитрились убежать от него в последний момент. Как это часто бывает, оживились шизофреники всех мастей, одна половина из которых убеждала всех и каждого, что знают, где скрывается маньяк, а другая половина с апломбом заявляла, что сами они – Роднинский Слепитель.

В интернете, словно дождевые черви после летнего ливня, вылезали на свет божий гипотезы, теории и самые разные спекуляции по поводу личности и мотивов Слепителя. Множились фотожабы, на которых анонимные остроумцы предлагали Слепителю «поработать» над мэром и его ближайшим окружением, пририсовывали дыры вместо глаз известным личностям. Рождались анекдоты на тему глаз, демонстрирующие чернейший юмор их создателей.

Одна из картинок-демотиваторов изображала лысого мальчика из «Матрицы», державшего перед собой блестящую ложку; надпись снизу гласила: «Ты следующий!»

В социальной сети «ВКонтакте» кто-то создал паблик поклонников Слепителя, который набрал миллион подписчиков за два дня. На третий день паблик был заблокирован администрацией сайта.

Кроме всей этой псевдоостроумной чуши, в Сети периодически появлялась и полезная информация. Например, стало известно, что Слепитель всегда нападал поздно вечером, бил жертву по голове сзади. Жертвы приходили в себя связанными в машине или уже в некоем темном помещении, в которое извне не поступало никаких звуков. Предполагалось, что это помещение расположено где-то под землей. Непосредственно перед «удалением глазных яблок» маньяк предпочитал поговорить с жертвой, но никакой полезной информации из этих разговоров извлечь было невозможно. Собственно, никто из жертв не мог бы с уверенностью сказать, мужчина перед ним или женщина, потому что маньяк разговаривал шепотом. Все, однако, считали маньяка мужчиной хотя бы потому, что обычной женщине не под силу таскать туда-сюда жертвы…

Непонятно было еще и то, каким образом преступник умудряется вырезать глаза в полной темноте. Он что, использует прибор ночного видения? Какой-то умник в интернете предположил, что на самом деле жуткая «операция» проводилась при свете, но жертвы ничего не видели, потому что Слепитель лишал их зрения заранее, вероятно, вводя какое-то вещество в организм жертв. Другой умник поднял первого на смех, напомнив, что в организме жертв не было обнаружено никаких неположенных веществ – об этом сообщали в вечерних новостях.

Мне вспомнились слова Лиры о том, что если нападения повторятся, то можно будет выявить закономерность и найти преступника. У меня в голове возникла мысль поехать к Лире и поинтересоваться, как обстоят дела с закономерностями, но позже я отказался от этой сомнительной идеи. Что сделает эта чудачка, когда над преступлениями Слепителя бьются все полицейские города?

Однако события сложились так, что мы с Лирой встретились снова. 20 октября, в четверг вечером, когда я уже приехал с работы и валялся дома перед теликом, вдруг сработала сигнализация автомобиля.

Я выскочил на балкон, откуда открывался вид на двор, в котором я ставил свою ненаглядную тачку. Моя квартира на втором этаже, так что в крайнем случае можно спуститься по балконам вниз и надавать потенциальному угонщику по ушам.

Дождя, столь частого в Роднинске в это время года, сегодня не было, зато над городом висел плотный сероватый туман, искажавший перспективу и превращавший дома и деревья в призрачные силуэты. Несмотря на туман, я сразу разглядел припаркованную чуть ли под моими окнами тачку и тонкую фигурку в красном пальто.

Выругавшись сквозь зубы, я вырубил сигнализацию, пока меня не прокляли все соседи в округе.

– Извини, – крикнула снизу Лира, – не знала точно твой адрес, зато узнала машину. Решила, что когда сработает сигнализация, ты сразу появишься…

– Ты ее не поцарапала? – проворчал я.

– Нет, я только хлопнула ладонью по капоту…

Она помахала пятерней. Я заметил, что она снова в перчатках.

Поколебавшись, я сделал приглашающий жест:

– Поднимайся. Я открою дверь в подъезде.

Лира покачала головой.

– Я не буду подниматься. Лучше ты спустись.

– А что случилось-то?

– Надо поговорить.

Ворча под нос, я накинул поверх домашней футболки куртку с капюшоном, натянул толстые носки и спустился во двор. Лира по-прежнему стояла возле машины и глядела на меня сквозь линзы в очках.

Не дожидаясь вопроса, она сказала:

– Я насчет Слепителя.

Я смерил ее взглядом, быстро соображая. А что, если она не просто чудачка, а шизофреничка с маниакально-депрессивным синдромом, который вынуждает ее выковыривать глаза людям ложкой? Да нет, опроверг я сам себя, это вряд ли. Она слишком субтильна, чтобы таскать мужиков вроде Кузнецова, и не стала бы болтать про поведение маньяка с первым встречным.

– Только не говори, что нашла закономерность… – насмешливо произнес я, хотя сердце у меня часто забилось.

– Нашла, – ответила она. – И знаю, когда и где появится следующая жертва Слепителя.

Глава 4

Я моргнул.

– И когда?!! – завопил я так громко, что толкавшиеся возле скамеек голуби шумно взмыли вверх, а соседка, возвращающаяся с прогулки в обществе длинной, как колбаса, таксы, вздрогнула и возмущенно воззрилась на нас. – И где?!!

Слегка поморщившись от мощи моих голосовых связок, Лира тихо ответила:

– Завтра. В районе Зодиакального парка. И не кричи так, пожалуйста.

– Как ты узнала? – спросил я, понизив голос. – Что за закономерность?

– Не уверена на сто процентов, – Лира отвела глаза и пнула камешек, – но, кажется, эта закономерность – числа Фибоначчи…

– Чего?

Соседка с собакой – тощая и остроносая тетка, сама похожая на таксу, вставшую на задние лапы, – как бы нечаянно подошла ближе и навострила уши. Из соседнего подъезда вывалилась шумная компания детишек.

– Сядем в машину, – предложил я.

После того, как мы уселись, лишив соседку удовольствия подслушивать наш разговор, я повернулся к Лире, которая сидела со сложенными на коленях руками и опущенными глазами, будто прилежная гимназистка рядом с нетрезвым гусаром.

– Итак, какие еще числа?..

Лира закопошилась, достала из рюкзачка блокнот и ручку и, не снимая перчаток, принялась писать четкими печатными буквами.

– Смотри… Первое появление жертвы Слепителя, еще до нашего Кузнецова, произошло 4 октября. Жертвой была Свиридова Лариса. Потом появился Кузнецов, это было 12 октября. Еще потом Людмила Аистова, 17 октября… После нее – Аркадий Грушко, 10 октября. Время, когда он выбрасывает жертвы на улицу, всегда примерно одинаковое – между десятью тридцатью и полуночью.

Она записала в столбик фамилии жертв, проставив везде даты их появлений на улицах, уже без глаз… Я напряг мозги, стремясь проследить тут закономерность, но ничего особенного в этом списке не увидел.

– Ну и что? – озадаченно спросил я. Меня осенило: – Разве что… Он чередует мужчин и женщин! – Я оборвал сам себя. – И что дальше? Мы узнали, что маньяк – не гендерный шовинист, вот и всё…

Лира могла бы в эту минуту закатить глаза и высказаться о моих скудных умственных способностях, но она лишь покачала головой:

– Нет, Женя. Обрати внимание на даты. Между Свиридовой и Кузнецовым прошло восемь дней. Между Кузнецовым и Аистовой – пять, между Аистовой и Грушко – три дня. Восемь, пять и три – это последовательность Фибоначчи. Еще их называют числами Фибоначчи. Только здесь последовательность идет наоборот…