18+
реклама
18+
Бургер менюБургер меню

Александр Трубен – Хозяйка проклятого наследства (страница 1)

18

Александр Трубен

Хозяйка проклятого наследства

Хозяйка проклятого наследства

Гостиница между мирами

Книга первая

Глава 1. Наследство с неприятным сюрпризом

В день, когда я получила в наследство проклятый особняк, меня трижды попытались убить.

Правда, одну из этих попыток я сначала приняла за дорожную любезность.

Совершенно незнакомый мужчина просто предложил мне чашку чая.

Но обо всём по порядку.

Утро того вторника ничем не отличалось от остальных сорока семи утр моей новой, свободной и совершенно отвратительной жизни.

Я проснулась от звука перфоратора за стеной, обнаружила, что в квартире отключили горячую воду, а затем получила сообщение от бывшего мужа.

«Вер, привет. Ты не забыла, что до пятницы нужно забрать оставшиеся вещи?»

Никаких тебе «как дела», «как ты себя чувствуешь» или хотя бы «прости, что разрушил десять лет нашей совместной жизни».

Просто забери вещи.

Желательно до пятницы.

Я посмотрела на экран телефона и медленно досчитала до десяти.

Психолог советовала считать до двадцати, но я решила, что десяти вполне достаточно для человека, который больше не обязан никого понимать и прощать.

«Заберу», — написала я.

Подумала и добавила:

«Надеюсь, твоя новая любовь умеет пользоваться стиральной машиной».

Ответ пришёл практически мгновенно.

«Зачем ты опять начинаешь?»

Я выключила телефон.

Вот теперь утро стало немного лучше.

На кухне меня ожидали пустая банка кофе, два засохших печенья и квитанция за электричество, сумма в которой выглядела так, словно я тайно содержала небольшой металлургический завод.

В тридцать два года я имела диплом экономиста, десятилетний опыт работы, подержанную машину с неисправным кондиционером и съёмную однокомнатную квартиру.

А ещё — удивительную способность выбирать мужчин, которые прекрасно проявляли себя исключительно до свадьбы.

Я как раз размышляла, можно ли считать печенье с плесенью полноценным завтраком, когда раздался звонок в дверь.

На пороге стоял невысокий мужчина в сером костюме. Он держал кожаный портфель, старомодный зонт и выглядел настолько официально, что мне немедленно захотелось проверить, не задолжала ли я государству ещё чего-нибудь.

— Вера Андреевна Лаврова?

— Допустим.

Мужчина нахмурился.

— Мне необходимо удостовериться в вашей личности.

— А мне необходимо понять, кто вы такой.

Он достал из внутреннего кармана визитную карточку.

— Аркадий Семёнович Белозёров. Нотариус. Прибыл по вопросу наследства.

Я моргнула.

— По какому вопросу?

— Наследства.

— Вы уверены, что пришли по адресу?

Он посмотрел на карточку в своих руках, затем на номер квартиры.

— Совершенно.

— Тогда у меня плохие новости. Все мои родственники, от которых теоретически можно что-нибудь унаследовать, либо живы, либо давно оставили после себя исключительно долги и семейные обиды.

Мужчина не улыбнулся.

— Речь идёт об Элиане Морвейн.

Имя ничего мне не говорило.

— Никогда не слышала.

— Это вполне ожидаемо.

Он произнёс последнюю фразу так странно, что я впервые внимательно посмотрела ему в глаза.

Серые. Почти бесцветные. И почему-то совершенно неподвижные.

— Вера Андреевна, могу я войти?

Нормальный человек в такой ситуации попросил бы документы, позвонил знакомому юристу и уж точно не пустил бы незнакомца в квартиру. Но нормальные люди, вероятно, не завтракают заплесневелым печеньем.

Я отступила в сторону.

— Только предупреждаю: если вы собираетесь продавать мне пылесос, у меня нет денег.

— Уверяю вас, после сегодняшнего дня это обстоятельство перестанет иметь значение.

Через двадцать минут я сидела за кухонным столом и смотрела на фотографию дома.

Нет. Не дома. Особняка.

Огромного трёхэтажного здания из светлого камня, с высокими окнами, башенкой, просторной террасой и садом, который, судя по фотографии, давно перестал признавать человеческую власть.

— И всё это моё? — спросила я.

— При соблюдении определённых условий.

Разумеется. Без условий в моей жизни не обходилось ничего.

— Каких именно?

Белозёров аккуратно разложил передо мной три листа плотной бумаги. Бумага выглядела необычно. Не белая и не жёлтая, а какого-то мягкого серебристого оттенка.

— Вы должны вступить во владение недвижимостью до наступления ближайшего новолуния.

— Это когда?