Александр Трапезников – Морг закрыт, расходитесь (страница 4)

Сам он шмыгнул в комнату и спрятал растерзанный "дипломат" за шкаф на всякий случай. Почему она опять ночует на том же месте? Или ей действительно некуда податься?

Войдя на кухню, он увидел, что девушка уже режет колбасу и хлеб. Чайник начинал закипать.

– Я умею обращаться не только со спичками, но и со столовым ножом, лукаво улыбнулась незнакомка. – Вы не против бутербродов?

– Валяйте. Но вы бы сняли шубу-то. Ах да!.. – Адрианов вспомнил, что под лисьим мехом ничего нет. – Хотите надеть мой халат? Или пижаму?

– Лучше рубашку, – попросила девушка. – Я привыкла дома ходить в рубашке. И босиком.

– Дома можете ходить хоть в водолазном скафандре наизнанку, но здесь вы в гостях, – отрезал Алексей Викторович, однако принес черную шелковую рубашку, в которой когда-то щеголял на собственной свадьбе, а также тренировочные штаны и тапочки.

Девушка скинула шубу и, повернувшись спиной, переоделась.

– Не слишком-то вы стеснительны, – проворчал Алексей Викторович.

– Разве? Я ведь не говорю, что вы не слишком-то гостеприимны.

– Интересно как получается! Вы вторглись сюда в пятом часу утра, разгуливаете в моих тапочках и упрекаете меня же за недостаток внимания. А что я должен делать? Петь вам песенки и прыгать на одной ножке? Или вызвать цыган из "Яра"? Я даже не знаю, как вы очутились в подъезде. Может быть, сбежали из Кащенко, разрезав на лоскуты лечащего врача и прогрызя дыру в заборе? Чего молчите?

– Вы отвратительный хромой субъект с тараканьими усами, чтоб вы их подпалили на газовой горелке! – ответила девушка, вспыхнув. – Чума рыжая! добавила она, поскольку Адрианов, не зная что ответить, лишь смотрел на неё испуганно, будто видел перед собой шаровую молнию, залетевшую в окно.

– Ничего себе! – наконец произнес Алексей Викторович растерянно. – Не мудрено, что вы оказались одна на улице, почти без одежды. С таким-то характером!

– Не ваше дело! – резко отозвалась девушка.

В этот момент, громыхая бутылками, вернулся Косов и с порога начал оживленно докладывать:

– Представляете, какие чудеса творятся? Продавец в палатке то ли пьян, то ли не проснулся. Вместо пяти бутылок выставляет мне пятнадцать – я, конечно, молчу, – дает ещё кучу сдачи, на неё беру уже водку, а он мне опять сдачу отсчитывает, ну, я, естественно, новый заказ. Так мы и соревновались, пока я не сообразил, что пора отчаливать. В таких делах главное – помнить о Пушкине и его старухе со стиральным корытом… А вы неплохо устроились, обнова вам к лицу, – добавил он, оглядывая девушку. Немного продешевили с шубой, ну да ничего, впредь всегда со мной советуйтесь.

Слушая болтовню соседа, Адрианов принялся молча выставлять на стол бутылки и консервы. Девушка тоже молчала, искоса наблюдая за ним.

– Не обижайтесь, – сказала она наконец. – Я вспыльчивая, но быстро отхожу. Такой уродилась.

– Пустое, – кивнул Адрианов. – Я и сам не сахар.

– Э-э, а вы уже успели поссориться? – сообразил Косов. – Не слишком ли рано? Сначала надо выпить, все остальное – потом.

– Вы, случайно, не алкоголики? – спросила девушка.

– Мы – матросы, выброшенные после кораблекрушения на необитаемый остров, – сознался Алексей Викторович, поднимая рюмку.

– Похоже, на этот берег вынесло и меня, – вздохнула незнакомка.

Глава третья

Правдивая история о секретном

Приятели молчали, выжидательно глядя на девушку. До рассвета оставалось ещё часа полтора. Незнакомка, очевидно, была очень голодна, поскольку налегла на консервы и бутерброды с пионерским аппетитом. От предложенного Косовым пива также не отказалась.

– Уж если вы находитесь в моем эмирате, то я – султан, а это любимый визирь, – произнес Адрианов. – Вам же остается роль Шахерезады. Так что начинайте рассказывать сказки. Мы сгораем от нетерпения.

– Дай человеку поесть, – возмутился Косов. – Лично я сгораю только от стыда за твою бесчувственность.

– Спасибо, я уже сыта, – сказала девушка. Закурив, она выпустила струйку дыма в сторону Адрианова. – Вы хотите узнать мою историю? Извольте. Она действительно может показаться вам чудовищной и невероятной, записанной арабской вязью и золотыми иголками в уголках глаз, как говорят на Востоке.

– Ого, чувствую филологическое образование, – вставил Косов, подняв большой палец. – И среди интеллигентов, несмотря на всю их мелкопакостную сущность, изредка встречаются приятные люди: это вы и я. Прошу вас, продолжайте.

– Я окончила иняз, – скромно заметила девушка, обращаясь преимущественно к хозяину квартиры и пропуская слова Косова мимо ушей.

Адрианову нравилось, как она держится, – спокойно, ничуть не волнуясь, с ироничной улыбкой на лице, словно находится в обществе двух своих надоедливых дядюшек, которым при желании можно и показать нос. А ведь позади была тревожная ночь в подъезде, да не одна, и мало ли что еще? А впереди – неизвестность. Все-таки интересно, она ли хозяйка портфеля? Вопрос этот застрял у Адрианова в мозгу, будто тонкая вязальная спица, на которую теперь нанизывалось и все остальное.

– Подробности биографии можете опустить, – грубовато сказал он. Переходите прямо к сути.

– Прежде всего ответьте, могу ли я положиться на вас? – произнесла девушка, вновь глядя только на Адрианова.

– Разумеется, нет, – ответил за него Косов. – На него может положиться только каменная могильная плита, и то не уверен – надолго ли? Он способен обмануть даже смерть. Я – другое дело.

– Ну… все равно. Ладно, – вздохнула незнакомка. И неожиданно призналась: – Я убежала от мужа, который хочет меня убить. Он нанял киллеров.

Наступила пауза. Косов присвистнул, разливая по стаканам пиво. Себе и хозяину он плеснул ради такого события ещё и водки.

– Мне знакома подобная ситуация, – утешительно начал он. – Только в моем случае было наоборот: супруга пыталась меня приговорить и подбила дружка-любовника. Тот оказался умнее и порядочнее, рассказал все мне. А я не стал дожидаться, когда она найдет нового сожителя, и ушел. Вроде горьковского персонажа. Оставил ей все, включая царскую квартиру в центре Москвы. Почему бы и вам не разойтись с мужем по-хорошему?

– Это вы называете "по-хорошему"? – Девушка расстегнула рубашку и, обнажив грудь, показала кровоподтек. – Как вам это понравится?

– На уровне конкурсных параметров, – признался Косов. – Всегда ходите без лифчика, вам ещё можно.

– Не ослепни, она имеет в виду синяки, – сказал Адрианов. – Кстати, у вас на руке нет обручального кольца.

– Я отдала его таксисту, который меня увез. Теперь вы понимаете, почему я… так спешила?

– Допустим. Но неужели вам не к кому было поехать? Друзья, родственники?

– Нет. Мои родители остались во Владивостоке. И потом… Я просто потеряла от страха голову. Таксист остановил машину в вашем районе, около леса, стал приставать – мало ему кольца! – я стукнула его по башке какой-то железкой и убежала. Зашла в ваш подъезд. Что мне оставалось делать? Утром, когда проснулась…

– Когда я разбудил вас, – поправил Алексей Викторович.

– …я пошла в парк и провела там весь день, до поздней ночи. Наверное, все это время я находилась в каком-то трансе. Я просто бродила, чтобы не замерзнуть. Потом опять вернулась в этот подъезд. Ну, а уж дальше появились вы.

– Понятно, – произнес Косов. – Надеюсь, таксист остался жив. Что же послужило причиной столь сурового решения вашего мужа? И как вы узнали о его намерениях?

"Она ни словом не обмолвилась о портфеле, – подумал Адрианов с облегчением. – Значит, он принадлежит не ей". Конечно, судьба девушки его тоже волновала, но в гораздо меньшей степени. Как нечто абстрактное, вроде криминальной хроники по НТВ.

– Узнала случайно, – объяснила незнакомка. – Они не догадывались, что я дома. Видите ли, я хотела немного пошутить, попугать мужа, когда он вернется с работы. Просто подурачиться. И я спряталась в стенном шкафу.

– Чтобы внезапно выскочить голой, в перьях, и довести мужа до инфаркта, – подсказал Косов. – Любимое развлечение индейцев племени Гереро.

– Ну, вроде того… – Девушка впервые смутилась и чуть покраснела. Но он пришел не один, а с двумя типами. Низеньким, жирным, похожим на переспелую грушу, и длинным, сутулым, словно вопросительный знак. У обоих рожи – как в мультиках про монстров. Я ещё подумала: где он их подобрал, на каком кладбище? Я наблюдала за ними из шкафа, чуть приоткрыв дверцу. "Ее нет, – сказал муж. – Тем лучше". Признаться, я и помыслить не могла, что Вадим знается с подобными субъектами.

– Раз вы встречали мужа столь оригинально, значит, у вас вполне нормальные отношения, – заметил Адрианов, выпуская колечки дыма.

– Да, – помедлив, согласилась девушка. – В общем-то мы прежде почти никогда не ссорились. Если не считать того случая накануне, когда он ни с того ни с сего ударил меня в грудь. Но потом он на коленях умолял простить его.

– Ничего не понимаю, – сказал Косов. – За что все-таки он вас ударил? Смотрел футбол, а вы выключили телевизор? Или был пьян?

– Он не любил, когда кто-то вмешивался в его дела. Даже жена. И не сдержался. Я поняла это позже.

– И простили?

– Да. Боль и обида быстро проходят.

– И не пытались ему отомстить? – продолжал расспрашивать Адрианов.

– Если только назвать местью баловство, когда я спряталась в шкафу. Но, поверьте, в этом не было абсолютно ничего дурного.