Александр Томчин – Парацельс. Гений или шарлатан? (страница 66)
Вначале сладкий купорос подмешали курам в пищу. Они быстро заснули. Теофраст доказал это: им кололи лапы иглой, а они продолжали спокойно спать. Через некоторое время куры ожили. Иоганн унес их и вернулся.
– Мы предлагаем вам подышать парами этой жидкости, – обратился хозяин к гостям.
– Во время сеанса можно почувствовать головокружение. А после него возможны небольшие неприятности, головная боль, тошнота и чувство тревоги, – предупредил Теофраст. – Я за вами послежу.
– Не откажется ли кто-нибудь из вас вдыхать пары? – спросил Иоганн.
– Нет, Ганс, – ответил за всех Эрих. – Интересно почувствовать это на себе. Мы всецело доверяем доктору Теофрасту.
Иоганн cмочил платок сладким купоросом и по очереди на короткое время дал гостям подышать. Произошло настоящее чудо: они возбудились, смеялись, бегали по комнате, рвались танцевать, но вдруг потеряли сознание и свалились на диван. Первым отключился маленький, тщедушный Эрих. Теофраст следил за временем и контролировал пульс гостей. К счастью, сердце ни у кого не остановилось, а ведь это могло произойти! Иоганн в это время успел сделать Йозефу и Карлу уколы, а Эриху сильно, до боли сжал руку и положил ему в карман свой ключ.
Гости этого не заметили. Когда они пришли в сознание, то сперва не могли подняться со стула. Эрих встал, но тут же упал обратно. Очнувшись, они были потрясены неожиданными ощущениями и стали их обсуждать.
– Когда я проснулся, то не сразу смог поднять руку. Мне казалось, что я таким и умру. Ущипнул себя за ногу, но она этого не почувствовала, – изумлялся Карл.
Остальные испытуемые подтвердили, что у них все части тела будто онемели. Это продолжалось несколько минут.
– Когда я подышал над платком, невозможно было усидеть на месте, – cказал Йозеф. – Хотелось как можно больше двигаться и даже с кем-нибудь подраться. Потом не помню, что было. Ощущения фантастические – как будто я попал на другую планету!
– Я тоже видел красочный сон, – подтвердил Карл. – В джунглях среди дикарей. Огромные деревья вели себя, как живые.
– А мне снилось, что мы с женой поднялись над Альпами на конях, летающих в небе, – добавил Йозеф.
– Чувствовали ли вы какую-нибудь боль? Например от уколов? – спросил Иоганн.
– Мне делали укол? – изумился Йозеф. – Я, наверное, спал.
– Кстати, Эрих, верни мне, пожалуйста, мой ключ, – попросил хозяин дома.
– Какой еще ключ?
– Он у тебя в кармане.
Изумленный Эрих достал ключ:
– А когда ты мне его дал?! Я этого не помню.
Иоганн чуть не подпрыгнул от восторга:
– Это величайшее открытие, Тео! О нем должен узнать весь мир и как можно скорее! Все назовут тебя гением!
– Ни в коем случае, Ганс! Предстоит еще многое исследовать. Ты забыл, о чем мы все заранее договорились? Никому ни звука!
Иоганн и его друзья поклялись молчать. Теофраст описал получение «сладкого купороса» в самых общих чертах, а также его действие на кур в одном из своих трудов, но о других его свойствах умолчал. В науке открывателем этого вещества считается Валериус Кордус (1515–1544). Молодой немецкий ботаник и аптекарь сообщил о синтезе нового вещества на несколько лет позднее Парацельса, но описал его синтез тщательнее. Поскольку оно было получено из серной кислоты, Кордус назвал его серным эфиром. В дальнейшем его стали называть диэтиловым эфиром или просто эфиром.
Тридцатого сентября 1846 года в Бостоне в США произошло поразительное событие: стоматолог Уильям Мортон при свидетелях впервые вырвал зуб своему пациенту безболезненно, благодаря эфирному наркозу. Мортон признан в мире основателем новой науки – анестезиологии. Это была революция в медицине.
В дальнейшем в распоряжении врачей появились другие химические средства наркоза, более совершенные. Но из них эфир был первым. То, что Парацельс за триста с лишним лет до этого действительно получил это вещество и был знаком с его обезболивающим действием, ясно из его сочинений. Веками хирургам для уменьшения боли приходилось давать больному такие снадобья, от которых он мог умереть. Появление наркоза настолько улучшило результаты операций, что хирургов наконец признали врачами. Мечта Парацельса сбылась: хирургия стала частью медицины.
После встречи с Брантом у Парацельса появилась идея нового большого сочинения «
– Тео, как красиво это письмо оформлено! Тебе везет! Посмотри, к какому богатому и знатному пациенту тебя приглашают! К потомственному маршалу Чехии Иоганну фон Лайпнику!
– Мне жаль с тобой расставаться, Ганс, но придется уезжать. Приехать просят как можно скорее – пациент тяжело болен.
Доктор отправился в путь на восток в замок Кромау вблизи от Брюнна (ныне Брно) в Южной Моравии. Расстояние до городка Мэриш-Кромау (ныне Моравски-Крумлов) было около 300 километров. Оказалось, что Теофраста вызвали слишком поздно. Вокруг владельца замка уже собрались несколько врачей. Организм старого маршала был подорван таким числом болезней, что их трудно даже перечислить: водянка, подагра, колики, паралич рук и ног, нарушения в сердце, селезенке, желудке и печени… Никто не мог обещать больному выздоровления. Теофраста умоляли понаблюдать за больным, и доктору оставалось лишь облегчать его страдания пилюлями, содержащими опиум.
В свободное время Парацельс завершил работу над первой частью своей знаменитой «Astronomia Magna» – «Великой астрономии и философии большого и малого миров». В ней он рассуждал о различных явлениях природы и о поразительных возможностях человека: «Человек создан могущественным. Он превосходит небо и землю, у него есть вера. Спасение и бедствия мира неотделимы от человека и его развития, от его воли и действий». Теофраст увлекался астрономией, но был далек от тех, кто объяснял непонятные болезни гороскопами: «Нельзя заявлять, что если мы родились под знаком Сатурна, то поэтому должны жить долго или коротко. Потому что вообще у звезд нет такой силы».
По своим философским взглядам Парацельс был стихийным материалистом, несвободным от средневековой магии и мистики. Он считал, что между природой и человеком должна существовать гармония. Познание законов природы, по его словам, открывает путь к познанию природы человека. Люди и планеты испытывают взаимное влияние. У человека есть ответственность перед Вселенной, в переводе на современный язык, необходимость защиты и охраны окружающей среды.
В конце лета он покинул замок в Моравии и на коне поехал в Пресбург. Этот город был тогда столицей Венгерского королевства, а теперь называется Братиславой и является столицей Словакии. Встреча, устроенная там Теофрасту, стала одним из редких, самых счастливых событий в его жизни. Глава городской администрации Блазиус Бехам 27 сентября 1537 года устроил в честь гостя торжественный банкет, на котором присутствовали все члены городского совета и врачи.
«Мы гордимся тем, что в наш город прибыл доктор Теофраст фон Гогенгейм по прозвищу Парацельс – выдающийся ученый, замечательный врач, известный своим мастерством не только в верхненемецких землях, но и в Чехии, Моравии, Словакии, Венгрии, Словении и Австрии», – cказал Бехам, и слушатели поддержали его аплодисментами. О Теофрасте, которого не раз проклинали и изгоняли из других городов, здесь произносили хвалебные речи. Слушая их, он думал: «Как жаль, что этого не видит отец! Как он сейчас чувствует себя там, в Филлахе?»
Из Пресбурга в конце 1537 года Теофраст приехал в Вену – столицу и резиденцию австрийских Габсбургов. Здесь к нему обращались многие больные. Он успел также встретиться с приятелями – они вместе устроили веселую поездку по Дунаю. В Вене у него был друг Роберт, вместе с которым он учился в Венском университете. Благодаря связям Роберта зимой 1538 года Парацельс добился невиданного успеха: его удостоил вниманием король Фердинанд I. Этот монарх из династии Габсбургов правил не только Австрией, но и другими странами, которые перечислил в своей речи в Пресбурге Блазиус Бехам. В будущем ему суждено было стать императором Священной Римской империи немецкой нации вместо Карла V.
Король пригласил Теофраста на консультацию к своей жене Анне Ягеллонской. Брак был заключен, когда им обоим было 18 лет, и он принес Фердинанду чешский и венгерский троны. Анна ждала появления на свет третьего ребенка, а всего за свою жизнь она родила 15 детей. Почти все они дожили до взрослого возраста, что было редкой удачей. У Анны появились неприятности со здоровьем, и она по совету своей фрейлины попросила мужа обратиться к доктору Теофрасту.
– Ты должен прилично одеться! – потребовал от Парацельса Роберт и помог ему в этом.
Теофраст не забыл, как его встретили в Тироле, и не стал спорить. В новом бархатном камзоле он, наконец, выглядел настоящим врачом. С учетом беременности Анны ее нужно было лечить осторожно, но у доктора был большой опыт. Лекарство, приготовленное им по собственному рецепту, помогло, и король пригласил его на аудиенцию.
Парацельс прибыл во дворец, где его с почетом провели в большой зал. Такого великолепия и богатства он нигде еще не видел. «Доктор двух медицин Филипп Ауреол Теофраст Бомбаст фон Гогенгейм по прозвищу Парацельс!» – торжественно провозгласил церемониймейстер.