Александр Террек – Реггилиум. Книга 1. Том 2 (страница 12)
«Шелл, – подождав немного, бросил Илларион, – Фесилия, Стринг… – слова вылетали друг за другом, и в головах магов звучали подобно крику. – А теперь все вместе!»
Хоровое прочтение заклинания дало свой эффект. Фиолетовые свечи в углах комнаты разгорались всё ярче. Их свечение сначала медленно, а потом всё быстрее и быстрее расползалось по стенам, полу и потолку. Вскоре вся комната оказалась окутана мерцающим и странно переливающимся фиолетовым туманом. Барьер был создан. Теперь внешние магические потоки не могли повлиять на ход событий. И если что-то вдруг пойдёт не так, то и маги не смогут черпать из них ресурсы. Всё, что им оставалось – надеяться на себя и могущество их Бога.
«Барьер готов, – сообщил Илларион, оглядев магов. – Стринг, с тобой всё в порядке?»
«Конечно, Ваше Всесилие», – без тени сомнения ответил волшебник.
Он тяжело дышал, буквально хватая ртом воздух, и сильно побледнел. Маг явно оказался не готов к подобным трудностям.
«А по лицу не скажешь. Ты уверен, что сможешь?»
«Верьте мне. Это лишь минутная слабость».
«Хорошо, – заключил Илларион, – тогда продолжим. Теперь нужно построить световые лучи к каждому из орнаментов. Создаём магический октаэдр. Начинаем концентрировать энергию в точках баланса. Хоуп, ты снова первый. Берёшь на себя левую от меня стену. Уон-Фолш, ты за ним. Твоя – правая. Дарсилия – твой орнамент на двери. Лафайрунг – потолок. Я буду последним. Мне остаётся звезда за спиной. Остальные поддерживают барьер и не дают энергии колебаться. Вперёд!»
Хоуп сморщил лоб и снова быстро забубнил. Из иероглифов на левой стене появился луч жёлтого цвета, который вдруг распался на четыре более тонких, которые, в свою очередь, соединились с орнаментами на двери и потолке и звездами на полу и позади Иллариона. Уон-Фолш подхватил заклинание, и уже из правой стены, в тех же направлениях вырвались четыре красных луча. Синие лучи Дарсилии и оранжевые Лафайрунга дополнили общую картину. От зелёной звезды на полу к каждой стене расползлись четыре зелёных луча, пятый устремился к потолку прямо сквозь алтарь. Наступал черёд Иллариона. Его ярко-голубые лучи соединились с остальными, завершив создание светового октаэдра, каждая из граней которого была соткана из двух лучей разных цветов.
Кто-то из магов оказался вне его свечения, кто-то стоял на пути лучей, но всё это было не важно. Главное, что алтарь с Витором находился внутри, а сверху на потолке над ним завис шар белого цвета, созданный слиянием всех остальных лучей вкупе с фиолетовым свечением барьера. Шар полного спектра и невероятной магической энергии.
«Отлично. Осталась последняя часть Ритуала. Все в силах провести её?» – спросил Илларион.
Маги дружно закивали, хотя их измученные лица говорили об обратном. Кто-то кряхтел, кто-то дрожал, а бедняга Стринг с выпученными глазами и набухшими венами на шее нервно подёргивал челюстью.
«Давайте же! Последний рывок и дело сделано! Умоляю вас держаться! – вдохновил остальных Иергарх, оценив внешний вид Стринга. – Хоуп, Шелл, вы поможете мне ударить по С’Оилу лучом. От вас зависит продолжительность удара и его сила, от меня та информация, которую я хочу в него вложить. Прошу вас, не перестарайтесь. Иначе мы убьём его».
«Мы готовы», – сказал Шелл, посмотрев на Хоупа.
«Готовы», – подтвердил тот.
«Лафайрунг, следи за состоянием С’Оила и не дай ему очнуться. Остальные поддерживайте барьер и ни в коем случае не позволяйте заклинанию отразиться».
Илларион собрался с силами и крепче сжал руки своих соседей по кольцу. Пот лился с него ручьями, а лицо излучало усталость. Но, не смотря ни на что, он был готов довести Ритуал до конца.
«Фесилия, не позволяй Стрингу разорвать кольцо! Хоуп, Шелл, по моей команде на счёт три. Раз! Два! Три-и-и-и-и-и!»
Скорчившись от боли, стиснув зубы, Илларион, Хоуп и Шелл заставили белый шар оторваться от потолка и превратиться в луч, который медленным, совершенно не свойственным для света темпом, потянулся сквозь пространство комнаты прямо к Витору.
Меж тем Витор на алтаре, как будто что-то заподозрив, задёргался в конвульсиях, но по-прежнему не приходил в сознание.
– Лафайрунг! Не дай! Ему! Очнуться! – отрывисто взревел Илларион, забыв обо всякой мысленной речи.
Кровь хлынула из носа и ушей Стринга. Маг завопил от боли, повиснув на руках у Фесилии и Шелла, которые вцепились в него пуще прежнего. Барьер начал рушиться, и Илларион понял, что удар надо наносить немедленно, иначе будет поздно.
– Сейчас! – брызжа слюной, завопил Иергарх, перекрывая вопли Стринга.
– А-а-а-а! – в голос одновременно закричали Хоуп и Шелл.
Луч резко ударил Витору в голову. Тело парня передёрнуло судорогами. Илларион быстро прокричал несколько слов заклинания, и всё вокруг погасло. Барьер пал, лучи растворились в воздухе, а свечи потухли, погрузив комнату в кромешную тьму.
Тело Витора продолжало лежать на алтаре. Его грудь так же, как и раньше, спокойно поднималась при каждом вдохе и опускалась при каждом выдохе. Он остался жив.
Кольцо магов распалось. Стринг первым упал в лужу собственной крови. Никто не бросился ему на помощь – ни у кого попросту не осталось на это сил. Фесилия упала в обморок. Нутс, схватившись за сердце, отполз к стене и там тяжело вздыхал. Хоуп стоял на коленях. Из его носа струилась кровь. Шелл, едва дыша, валялся у алтаря. Дарсилия и Лафайрунг спина к спине уселись на пол. Кто-то из них из последних сил снова зажёг свечи, которые теперь загорелись самым обычным пламенем. Артур и Уон-Фолш, облокотившись на стену, молча смотрели друг на друга.
Сам Илларион навис над мраморным алтарём и принялся осматривать Витора.
– Хорошо ты сопротивлялся, – прошептал Иергарх. – Ты даже не представляешь, насколько ты хорош. Твои силы неимоверны, и мы направим их в нужное русло, брат С’Оил. Теперь ты один из нас. Теперь ты – мой.
***
Спустя два часа Илларион и семеро верховных магов собрались в Зале Советов. Не было только Хоупа и Стринга. Состояние здоровья с трудом перенёсшего магический Ритуал Стринга вызывало опасения. Маг так и не пришёл в себя и посему под чутким руководством Хоупа Ламмера был отправлен в тайный лазарет. Туда же был перемещён и Витор Нуйо.
Илларион медленно ходил вокруг стола, по привычке заложив руки за спину. Уон-Фолш смотрел в окно, изучая окрестности с высоты. Облокотившись на стену, Лафайрунг напевал какую-то очень древнюю военную песню на языке Яханг-Горна. Остальные молча сидели за столом. Все они выглядели измотанными и уставшими, но старались держаться. Все ждали свежих новостей от Хоупа.
Наконец, дверь Зала распахнулась, и усталой походкой вошёл Ламмер. Взоры членов Совета тут же обратились на него, но игнорируя любую спешку, Хоуп спокойно дошёл до стола и занял свободное место рядом с Нутсом. Скрестив руки, он посмотрел на каждого из магов, но не проронил ни слова. Не выдержав, Лафайрунг сел напротив. Илларион по-прежнему продолжал ходить вокруг стола, словно бы ничего не произошло.
– Ну? – первым нарушил молчание Артур. – Как Стринг?
– Плохо, – ответил Хоуп. – В себя так и не пришёл, но жизни его уже ничего не угрожает. Восстановление займёт около месяца. Так сказал Ладариус. Нашим лекарям придётся потрудиться, чтобы поставить его на ноги – слишком уж много энергии он потерял.
– Не ожидал я, что он не выдержит, – задумчивым голосом произнёс Илларион. – Ещё бы чуть-чуть, и всё бы плохо кончилось. Хорошо хоть жив остался.
– Если позволите высказаться, Ваше Всесилие, – отойдя от окна, сказал Уон-Фолш, – это могло случиться с каждым из нас. Стринг неправильно рассчитал свои силы. Мы все висели на волоске.
– Висели, да не сорвались, – оборвал его Лафайрунг.
– Что ты имеешь в виду?
– Стрингу стоило чуть лучше относиться к магическим тренировкам. Многие полагают, что, достигнув высот в Храме, им больше нет смысла утруждать себя самосовершенствованием. Но это не так.
– Думаю, сейчас не самое удачное время, чтобы обсуждать просчёты нашего товарища, – возразил Уон-Фолш.
– А никто и не обсуждает. Я просто высказал своё мнение.
– Успокойтесь, – велел Илларион властным голосом. – Раз Ладариус сказал, что Стринг поправится, значит, так и будет. Что с братом С’Оилом, Хоуп?
– Опасности для здоровья нет, – ответил Ламмер. – Две-три недели, и он придёт в себя. Я немного ослабил ранее наложенные на него заклятия, чтобы не нарушать процессы формирования новой личности. В остальном наши лекари знают, что делать. Я лично буду следить за его состоянием. Думаю, к лету, он сможет начать обучение.
– Прекрасно, – улыбнулся Илларион, остановившись и посмотрев на своих верных приспешников за столом. – Могу нас всех поздравить, друзья мои. Несмотря на все преграды, результаты Ритуала можно считать положительными. У нас появился «Тот, кто должен найти камень»!
В ответ на торжественные слова Иллариона раздались громкие овации.
– Шелл, Нутс и Фесилия, – продолжил Иергарх, – жду от вас в ближайшее время подробную программу обучения брата С’Оила. Постарайтесь отобразить в ней все области магии. Задание ясно?
– Да, конечно, – кивнул в ответ Шелл.
– В таком случае, на сегодня событий достаточно. Нам всем нужно хорошенько отдохнуть.
– Разрешите вопрос, Ваше Всесилие? – вставая из-за стола, проронила Фесилия.