Александр Тарарушкин – Призрак дома Разумовских (страница 2)
– Сперва, вообще-то, принято стучать! – грозно сказал следователь.
– О, прошу pardon1, ваше благородие! Очень спешил к вам! Разрешите войти?
– Вы как бы уже вошли!
– Премного благодарен! – произнёс молодой человек, широко улыбнулся, обнажив ряд белых зубов, и сделал шаг вперёд. – Так вот, разрешите отрекомендоваться, коллежский секретарь капитан-поручик Аркадий Андреевич Оболенский.
– Чем обязан? – спокойно спросил Бекендорф в ответ.
– Прибыл к вам на службу! – ответил Аркадий, без разрешения сел на гостевой стул и положил на стол свою книжку.
– Очень любопытно!
– И мне!
– Нет, это я так, мысли вслух, – сказал следователь. – Однако я не ждал никого к себе в помощники.
– Ах, что это я! – воскликнул Оболенский и ударил себя открытой ладонью по широкому лбу. – Не с того начал! Вот, рекомендательное письмо от светлейшего князя, – бодро произнёс он и достал из книжки конверт.
– А, ну раз от светлейшего! – обречённо вздохнул Бекендорф. – Можете не показывать, – отмахнулся от конверта и достал из портсигара сигарету. – Позвольте, попробую угадать. Начитались детективов и захотели поучаствовать в настоящих расследованиях?
– Никак нет-с! Такого рода книг не читаю, только поэзию!
– А вот это зря! Хотя в вашем случае, может, и к лучшему!
– Благодарю! Признаюсь также, что и сам пробую писать стихи. Вот послушайте, как раз хочу закончить одно четверостишие:
– Нет, нет! Не стоит продолжать! – словно от мухи, отмахнулся Бекендорф и опять вздохнул. Затем затянулся сигаретой и оценивающе посмотрел на молодого человека. – Хотя ладно, давайте свой конверт, посмотрим, что там про вас всё-таки пишут.
Аркадий вручил письмо Бекендорфу, и тот бегло пробежался по тексту глазами.
– Ну что же, светлейший князь Воронцов пишет, что вам двадцать пять лет.
– Всё верно!
– Что вы исполнительны и общительны!
– Что есть, то есть!
– Дисциплинированы и отважны!
– Так точно-с! – молодой человек вскочил с места, Бекендорф жестом попросил его сесть обратно.
– И не страдаете излишней скромностью.
– Это как?
– Это я уже от себя добавил. Только светлейший князь пишет, что вы очень неравнодушны к женскому полу.
– Есть такой грех! – широко улыбнулся Оболенский и встряхнул кудри кивком головы.
– Ну, при вашей внешности и возрасте это неудивительно. Только скажите, Аркадий Андреевич, почему именно ко мне? – спросил следователь и вернул рекомендательное письмо.
– Про вас мне рассказал Иван Фёдоров. Мы вместе служили на Кавказе.
– А, теперь понятно, – тяжело вздохнул Бекендорф, вспомнив про своего бывшего помощника, и затянулся сигаретой. – Хорошо, я беру вас к себе на службу, но пока можете быть свободны. У меня сейчас нет дел и поручений для вас.
– Слушаюсь, ваше благородие! – бодро ответил Оболенский.
Как только Аркадий удалился, Бекендорф продолжил читать газету «Русские ведомости» и заинтересовался статьёй о том, что в Нижегородском уезде совершенно убийство молодого графа Тучкова. Отложив газету, следователь начал разбирать корреспонденцию и наткнулся на письмо от княжны Аглаи Разумовской, из того же Нижегородского уезда. Внимательно прочитал его, задумался и с ухмылкой произнёс вслух:
– Княжна готова приютить помощника? Вот как раз мне этот молодой человек и пригодится.
Выйдя из своего кабинета, Бекендорф отправился на поиски своего нового помощника и застал его в кабинете секретаря начальника полицейского участка Лидии Петровны. Аркадий сидел на столе со скрещёнными ногами и с книгой в руках. Он с вальяжным видом пытался зачитать стихотворение девушке, которая, заливаясь лёгким румянцем, смотрела на него влюблённым взглядом.
– А вот тут послушайте:
– Кхе-кхе, – откашлялся Бекендорф, обозначив своё присутствие.
Лидия тут же встрепенулась и с наиграно серьёзным выражением лица начала перебирать бумаги. А Аркадий спрыгнул со стола и принял вид провинившегося гимназиста.
– Аркадий, зайдите ко мне! – строго сказал Григорий Иванович, сопроводив сказанное выразительным кивком головы. Молодой человек послушно пошёл за Бекендорфом, а Лидия печально вздохнула вслед удаляющимся мужчинам. – Вы как-то поумерьте свой пыл, а то ненароком попадёте в немилость к начальнику полиции, – шёпотом произнёс следователь.
– Слушаюсь, ваше благородие! Однако секретарь Лидия, чертовски хороша!
– Вынужден тут с вами согласиться, но я искал вас не для того, чтобы обсуждать прекрасных дам. Вы когда-нибудь бывали в славном городе Нижнем Новгороде? – спросил следователь на ходу.
– Никак нет-с, ваше благородие!
– И я не был. Тогда предлагаю отправиться туда. Нас ждёт любопытное дело в приятной для вас компании, ну и заодно познакомимся с этим городом.
– С превеликим удовольствием.
– И прошу вас, Аркадий, не называйте меня ваше благородие.
– Слушаюсь, ваше благ…, то есть, Григорий Иванович!
Глава IV
Наведя кое-какие справки и собрав необходимые вещи, полицейские отправились в путь. В дороге Бекендорф рассказал Аркадию о полученном письме от княжны Разумовской и о цели их визита в Нижний Новгород. Новый помощник, в свою очередь, немного рассказал о себе.
Он происходил из знатного дворянского рода Оболенских. Однако вместо помещичьего образа жизни, предпочёл военную карьеру, где за отменные заслуги во время кампании на Кавказе дослужился до звания капитана-поручика. Особо Аркадий отличался во время рекогносцировок в тыл к врагу и допроса пленных черкесов. Но главная страсть его жизни, а именно любовь к женскому полу, вынудила оставить военную службу и перейти на службу гражданскую. Заручившись поддержкой светлейшего князя Воронцова, Аркадий попросил себе место помощника в Первом полицейском участке города Санкт-Петербурга, про которое ему рассказывал его боевой товарищ и бывший помощник следователя Иван Фёдоров.
– Как там у вас было? – спросил Григорий Иванович, выслушав историю Аркадия, и тут же добавил:
– Григорий Иванович! – обиженно произнёс Оболенский.
– Ладно, Аркадий, не обижайтесь! – сказал Бекендорф и толкнул помощника локтем. – Не удержался просто! Но позвольте дать вам один совет.
– Я слушаю!
– Жениться вам надо, друг мой!
Оболенский в ответ лишь многозначительно пожал плечами.
Дорога со всеми остановками на ночлег и смену лошадей заняла долгих три дня. И вот, наконец, полицейские въехали в Нижний Новгород. Этот город заметно преобразился за последнее время стараниями бывшего императора Николая I. Помимо зданий, дорог, здесь появился центральный водопровод. Открылись многочисленные начальные и средние учебные заведения, появился дворянский институт, а также институт благородных девиц. Была проложена железная дорога из Москвы, появились новые средства связи, в частности, электрический телеграф. А то, что Нижний Новгород выгодно стоит на слиянии двух рек, Волги и Оки, повлияло на развитие торговых отношений, благодаря чему его стали называть купеческой столицей России.
Однако центр ярмарок и торговли встретил столичных сыщиков сильным ливнем. Аркадий старался не выглядывать из закрытой кареты, а Григорий Иванович задумчиво всматривался в очертания города, хранившего тайну, которую им предстояло раскрыть.
Глава V
Начало смеркаться, и после недолгих поисков под проливным дождём карета с полицейскими, наконец, достигла особняка Разумовских.