Александр Светлый – Драконоборец (страница 33)

Когда я окончательно понял, что не получается связаться с Каннон через духовное пространство, то отправился на поиски её текущего аватара. Его нужно было искать на верхних ярусах, где по ощущениям было немного теплее, а таких мест на внешнем поясе станции оказалось не так уж много. Все их я тщательно исследовал ещё примерно за три-четыре «земных» дня. Усилия в моём ослабленном, голодном и холодном теле были приложены огромные. Последствия обморожения резко обострились. Во-первых, я передвигался теперь на четвереньках, так как почерневшие ступни стали гнить и разваливаться при касании. У меня почернело и отпало левое ухо, а правое повисло на куске кожи, как уродливая черная серьга. Я боялся касаться потемневшего носа, но неприятный запах разложения стал моим постоянным, неприятным спутником.

Когда, наконец, нашёл зал с капсулами «Небожителей» и саму комфортно спящую в двухслойном ложе ракшассу, не смог сдержать слёз радости, но выразить её не позволяла навалившаяся усталость. Последние силы ушли на обрыв вмонтированной в пол проводки, вскрытие и удаление тяжелой крышки с капсулы гибернации, которая никак не хотела открываться после отключения оборудования от электропитания.

Я уже примерно шестые сутки находился без сна, нормального отдыха, воды и пищи. Боялся даже присесть и ненадолго прикрыть глаза, так как существовал риск заснуть и замерзнуть насмерть. Я был уже почти без сил, но специально размотал изоляцию на голове. Хотел припугнуть местный аватар Каннон лицом местного бога, но придя в себя после извлечения дыхательной трубки и катетеров-приемников, она почему-то совсем не испугалась и разговор сразу не задался.

Мощная, двухметровая, четырехрукая хищница с крепким, покрытым короткой рыжей шерстью, мускулистым телом, недовольно уставилась на меня, оскалив страшную, львиную  пасть, едва смогла занять сидячую позу. Чтобы не терять времени, я решил сразу же начать с главного.

- Привет, передай богине, что мне нужна её помощь. Спроси, может она зайти в тебя ненадолго, чтобы пообщаться?

Ракшасса поморщила нос и, как мне показалось, растерянно покачала головой. Я решил повторить и немного уточнить просьбу.

- Мне нужно, чтобы она передала мне инструмент, тот красный куб из Восточной Флавии, что я использовал перед тем, как сюда отправиться. Поняла?

В проекте «Башня» для упрощения межвидового общения, разность языков героев полностью нивелировалась встроенным в голову членов проекта универсальным переводчиком, но из-за грубой и принудительной замены личности аватара, эта функция в теле Каннон отключилась и сама автоматически не активировалась. Она не понимала ни единого произнесенного мной слова.

Более того, на богиню подействовали ограничения аватара, и она резко потеряла прямую связь с духовным миром, и большей частью накопленных ею знаний. Сознание Каннон всё сильнее обволакивал непроглядный, белый туман забытия. Таковы были установки создателя мира для любых гостей из высших сфер.

Всё для того, чтобы не позволять другим Демиургам хозяйничать в мире Примала Аяксалатура, а быть с ними на равных. Они очень быстро оказывались в конкурентных условиях с рядовыми «искрами». Заодно лишение памяти делало реальность этого мира неоспоримой и единственной, которая бы имела значение, отсекая все другие миры и знания, превращая их в эфемерные плоды богатой фантазии.

Каннон в мгновение ока сузилась сознанием до уровня, выбранного ею аватара, но была ограничена даже сильнее, лишившись и его скромной памяти. Таковы были ограничения Демиурга, а в чужом монастыре свои правила не устанавливают.

Будь ты хоть ученицей Демиурга первого уровня или хоть самим Демиургом пятого уровня матрицы, ты окажешься на одной ступени возможностей и знаний, что позволит опять окунуться в блаженное неведение, наслаждаться глупыми мелочами и совершать ошибки, дающие радостные или томящие эмоции.

Сама возможность ошибаться, чего-то не знать, жаждать открытий – величайшее из наслаждений, которые уже недоступны живущим по универсальному шаблону сущностям высших уровней матрицы. Их реальность совсем другая и цена ошибок слишком высока, чтобы позволить себе такую непростительную роскошь.

Для резко отупевшей Каннон, её текущее состояние было сродни лоботомии. Она не только не понимала ни слова, так ещё и понятия не имела, кто этот враждебный незнакомец. Она издала угрожающий рык, которым отпугивала врагов на родной планете и не узнала ни свой давно забытый язык, ни звучащий инородно голос.

Память текущего аватара содержала множество лиц и событий, но все они превратились в непонятную кашу. Одно дело, быть всезнающим Демиургом, посматривающим за своим отпрыском в чужом мире свысока, и совсем другое – оказаться в его шкуре, но опять с базовым багажом. Сравняться по уму и способностям с обычной, дикой хищницей ракшассой, каков её аватар был до того, как был отловлен в диких джунглях родной планеты, обучен и социализирован для участия в проекте.

И первое, что произошло с рядовой, дикой ракшассой – это подчинение её новой личности потребностям тела и инстинкту охотника. Двухметровое тело хищного монстра очень изголодалось после многолетней спячки в капсуле гибернации, и сейчас оно хотело лишь одного – кушать, а стоящий совсем близко, скалящийся кусок мяса не казался опасным противником и вполне мог сгодиться в пищу.

«Похоже, она всё же сильно обиделась», - подумал я, открывая глаза в своём самом первом теле, игрока-задрота, год пролежавшем в состоянии комы в «Центре исследования мозга» при Службе безопасности Седьмого региона. Никак не ожидал, что едва выбравшись из капсулы, четырехрукая львица навалится на меня всем телом и мертвой хваткой вцепится в горло зубастой пастью.

Прижала меня спиной к ледяному полу, блокировала руки и придушила за считанные секунды. Я был так измучен и слаб, что у меня даже не нашлось сил сопротивляться. Честно говоря, думал она не серьезно, просто поставит на место, покажет, кто тут босс, унизит беспомощностью, вызверится парой пинков по лицу и отпустит, но нет. Задушила меня злобная зверюка, как какой-то дикий хищник, но я почему-то даже не сильно расстроился.

Слишком тяжелой и изматывающей выдалась моя короткая жизнь на «Видящем». Я испытал там ужасные лишения и все возможные оттенки физической и душевной боли. Смерть стала желанным избавлением, а возвращение в родное тело - наслаждением. Ведь находиться в комфортном тепле – неописуемое счастье. Как я раньше этого не понимал? Кайф, когда легкие не содрогаются от режущей боли при каждом вдохе. Кислорода, так много, что я не мог надышаться, нос не гниёт и не отваливается, а ещё и кто-то приятно спинку массажирует. Благодать. Тёплое, кондиционируемое помещение с двадцатью градусами по Цельсию, тёплая, мягкая койка – это самый недооценённый и не замечаемый никем земной рай. Да уж, во истину всё познается в сравнении.

Конечно, сам я немного залежался и ослаб на скудном казенном питании через вену, но по сравнению с ужасными пытками на «Видящем», сейчас пребывал в райских условиях и куда лучшем состоянии. Сам мир вокруг был добр и дарил наслаждение. Прямо сейчас кто-то повернул меня на бок и разминал затёкшую спину и заднюю сторону ног ручным вибромассажёром. Ещё один кайф. У меня как раз там заметно чесалось, и массажёр кроме полезной разгонки крови доставлял мне ещё и чувственное удовольствие. А-а-а! Сейчас кончу копчиком, как же приятно. А судя по запаху духов, массаж делала заботливая медсестра. Молодчинка. Могла бы забить, но не спешит, делает свою работу хорошо. Интересно, та ли это медсестра, что ухаживала за мной в прошлый раз? Хм, сейчас и не вспомню, как её там звали. О! Вспомнил! Маргарита.

Хотя, обращаться сразу по имени не стоит, ведь меня сюда уже в коме доставили. Я не должен знать её имени. Надо с ней сначала заговорить и заново «познакомиться», но прерывать приносящую огромное удовольствие процедуру массажа разговорами я не стал. Как только обнаружится, что я пришёл в себя, меня тут же начнут допрашивать представители службы безопасности, всякие высоколобые профессора, врачи. Зачем ломать кайф? Незачем. Вот и я не стал, тем более, что для проведения массажа мои руки освободили от ремней, и я могу тихонько улизнуть, когда медсестра отвлечется.

Хотя, зачем эти сложности? Зачем постоянно плыть против течения, если можно достичь желаемого на гребне уже несущего меня потока? Я уже знаю, что со мной произойдет, знаю, что говорить, а что нет. Нужно сразу повести разговор в правильное русло и долго я здесь не пробуду. Вообще, для меня теперь главное не спешить. Я уже столько дров наломал спешкой, просто диву даюсь, как до сих пор регулярно наступаю на эти грабли. Спокойствие, только вдумчивое спокойствие. Анализирую семь раз и один раз делаю. Только так. Ведь если подумать, оказавшись здесь без уничтожения «Видящего», я уже решил множество проблем.

Теперь меня не подгоняло на второй этаж неведение и беспокойство за товарищей. Раз «Видящий» работает, то и Песочница продолжит работу, а как подойдет срок, Уна и остальные «пройдут» через портал в Амбере и начнут своё уникальное приключение, свой собственный путь на верхние «этажи». А может, как Адель и Виконта, осядут на севере в ведьмовском ковене. Кто-то из них, следуя за своим интересом пойдет дальше и доберется до Империи Тан, через «Запретные земли» ещё дальше, как это ранее делали другие герои «Башни».