Александр Стрельцов – Шлюз времени IV. Выжившая (страница 11)

Только разглядев, что мужчина пытается заплыть в грот со странной статуей у входа, женщина задергалась, выбросила камень и попыталась всплыть. Но потревоженные камнем акулы оказались рядом гораздо раньше. Иван заслонил женщину собою и, непрерывно подталкивая ее своею спиной в грот, стал постепенно всплывать, заметив, что вверху грота плещется огромная воздушная подушка.

– Почему вы не позволили мне всплыть? Я не хочу здесь оставаться! – выпалила женщина по-русски с акцентом, как только они оказались в верхней части грота и смогли дышать без аквалангов.

– Это хорошо, что вы понимаете по-русски! Говорите потише! Я не могу сейчас вернуться на поверхность! Меня арестуют! Мозо ограбил музей, а посадят меня! Мне надо найти его! Он был здесь несколько минут назад! Видите мокрые края на том круглом отверстии в своде грота? Вот вам моя маска! Возвращайтесь! Акулы не тронут! Только не говорите никому про этот грот, пожалуйста! – Иван сунул женщине в руки свою маску и поплыл к отверстию, подсвечивая себе фонарем.

– Какие акулы? – женщина рванулась догонять Ивана.

– Вы не видели акул?

– Нет! Я и вас плохо вижу без очков! Я не поплыву без вас! – лицо женщины выражало неподдельный ужас.

– Час от часу не легче! Давайте подсажу! Снимайте скубу, с ним в это отверстие пролезть проблематично! – Иван перешел на шепот.

Засунув в отверстие по очереди оба акваланга, Иван подхватил женщину двумя руками в районе талии и, интенсивно работая ластами, помог подняться ей через отверстие внутрь грота.

Отверстие находилось примерно на уровне одного метра над водой и ему пришлось потрудиться, чтобы, уцепившись руками за края «колодца наоборот», протиснуться в небольшое помещение с достаточной высоты сводом, где можно стоять в полный рост. Цепочка следов от мокрых ступней уходила к расщелине в стене.

– Ждите меня здесь! Вот вам – один фонарь! Я скоро вернусь! – Иван нацепил на голову шахтерский налобный фонарь, вытряс влагу из револьвера и, сняв ласты, направился по следам Мозо. Он уже понял, что если даже он завладеет тсанса сегодня, ни о каком перемещении не может быть и речи. Сестра Фабио панически боится акул и скорее умрет от голода в этой пещере, чем рискнет плыть одна.

– Меня зовут Марина! – услышал Иван за спиною ее перепуганный шепот.

– Очень приятно! А меня зовут Иван! Постойте! А откуда вы знаете русский язык? – Иван с любопытством посмотрел на Марину.

– Я руковожу клубом любителей поэзии Лермонтова в Шотландии.

– Почему именно Лермонтова, а не Пушкина или Есенина? – Иван выключил свой фонарь и заглянул в расщелину. Где-то далеко впереди мелькнул и погас свет фонарика.

– Многие члены клана Лермонтов считают за честь изучать русский язык и читать стихи нашего соотечественника Михаила Лермонтова в оригинале!

– Занятно! Но мы поговорим об этом позже! А сейчас мне надо идти! – его шепот прозвучал несколько обреченно.

– А если вы не вернетесь? – в голосе женщины появились еле скрываемые слезливые нотки. Этот вопрос остановил Ивана, уже наполовину протиснувшегося в щель. Он хотел что-то ответить, но промолчал и медленно, на ощупь, не включая фонарь стал пробираться вперед.

Иван считал про себя шаги и чутко прислушивался к звукам. Его интуиция подсказывала ему, что за ним кто-то наблюдает, но он гнал эту мысль прочь, резонно полагая, что никакой человек не может видеть в такой кромешной тьме.

– Детские страхи перед полной темнотой и неизвестностью! – сам себя успокаивал он, а откуда-то сверху за ним наблюдали сразу несколько злых, голодный глаз, совсем непохожих на глаза ни одного животного на свете. Их глаза видели, как пульсирует и движется кровь в артериях и жилах Ивана, чувствовали его страх и желание все бросить и вернуться назад.

Хруст под правой ступней раздался словно выстрел. Иван замер, стараясь укротить сердцебиение и боясь пошевелиться. Выждав пару минут, он присел и включил налобный фонарик. Сердце подпрыгнуло и заколотилось с бешенной скоростью: под его босой ногой, лежал раздавленный человеческий череп. Белые осколки и желтоватые, наполовину отсутствующие зубы, контрастно выделялись на фоне темного камня пещеры.

Три странных существа похожих на обезьян, покрытых редкой бурой шерстью и плоскими массивными хвостами, чем-то напоминающие выбритый наголо хвост утконоса, массивными уродливыми головами, с клыками, торчащими из приоткрытых ртов, бесшумно отпрянули и заслонили свои огромные, без зрачков глаза своими ручищами. Руки их, можно было с натяжкой сравнить с руками приматов, если бы не длинный, пятисантиметровый коготь на указательных пальцах рук и ног.

Эти три создания неопределенного пола висели вниз головой, словно гигантские летучие мыши, легко удерживаясь за скалы своими когтями на задних конечностях.

Иван выключил фонарик и стал вглядываться в дальний конец расщелины, надеясь увидеть свет от фонаря Мозо. В его голове роились мысли. Мало того, что он крадется за человеком вооруженным пистолетом, а еще этот, – невесть откуда взявшийся человеческий череп и странный запах.

– А где же остальные кости скелета? Не могла же голова попасть в пещеру отдельно от туловища? – не испытывая больше судьбу, Иван включил фонарик и, глядя под ноги, стал продвигаться вперед. Если бы он задрал голову, то, возможно, увидел бы странных существ, бесшумно передвигавшихся под сводом пещеры следом за ним.

Наконец узкий коридор, по которому передвигался Иван, расширился и разделился на два рукава, уходящие в противоположные стороны. Мокрые следы вели в правую галерею, и тут Ивана ожидал очередной сюрприз: на полу валялась высохшая шкура двухметровой акулы. Внутренности были либо давно съедены неизвестным животным, либо разложились от времени.

– Если допустить, что у пещеры есть выход на поверхность, дикое животное могло, конечно, затащить сюда свою добычу или, даже человека? Но поймать акулу мог только – человек! – Иван вспомнил, что на многих островах Океании был распространен каннибализм, и от этих мыслей по его спине прошла волна первобытного страха.

– Остается надеяться, что это дела давно минувших лет! Недаром мыс и водопад пользуются дурной славой! Как же Фабио назвал этих сущностей? Кажется, Вхиро?

Впереди, совсем недалеко, послышался звук осыпающихся камней. Иван мгновенно выключил фонарь и стал пробираться на ощупь.

Дойдя до очередного поворота, он различил неясный свет, идущий снизу. Распластавшись на каменном полу, Иван заглянул в большое отверстие, от которого вниз вели узкие ступеньки, заканчивающиеся в большом круглом помещении с продолговатым, плоским камнем посередине.

Вокруг камня с кулоном в одной руке и двумя тсанса в другой ходил Мозо, как бы примеряясь к одному ему известному ритуалу.

– Сдается мне, что он собрался переместиться вместо меня, и обман с кулоном вскоре может открыться. Но зачем ему это надо?

Что только не пытался делать Мозо: вешал кулон себе на шею и с тсанса в руках ложился на камень. Оставлял головы и кулон на камне, а сам, сидя в позе подчинения, обнимал его. Но ничего не происходило. Грязно выругавшись по-польски, он в отчаянии пнул свой большой фонарь ногой. Наступила полная темнота. Было слышно, как Мозо ползает на коленках, пытаясь разыскать погасший фонарь.

Неожиданно раздался испуганный вскрик, а затем звук, словно открыли большую бутылку шампанского. Ни с чем не сравнимый звук фонтанирующей и падающей на каменный пол жидкости привел Ивана в недоумение.

Через минуту эти звуки прекратились, и им на смену пришли низкие, чавкающие и скрежещущие звуки. Иван, несмотря на плохое обоняние, почувствовал знакомый с детства запах большого количества крови. Так пахло, когда дед, живущий в деревне, забивал свинью. Кровь из ножевой раны в сердце сцеживалась в чистый таз и затем шла на изготовление кровяной колбасы. И тут запах крови перешиб отвратительный, резкий запах неизвестного животного, идущий, как ему показалось, откуда-то справа. Иван физически ощутил, что совсем рядом с ним находится неотвратимая, смертельная опасность. Действуя на уровне инстинктов, он резко перекатился в другую сторону от запаха, одновременно включив фонарь и выхватив револьвер. Это спасло ему жизнь. Стоящая над ним огромная обезьяна, опиравшаяся на плоский хвост, с занесенной для удара лапой с когтем, издала высокий звук и с проворностью мангусты отпрыгнула в строну. Спасаясь от света, она бесшумно юркнула в одну из галерей пещеры. Прозвучал запоздалый выстрел: Иван, казалось, потерял слух от звука выстрела. Где-то в дальних галереях загрохотали камни обвала.

Иван направил луч фонаря вниз, на Мозо. На каменном полу зала лежало обезглавленное тело Мозо. Все пространство вокруг него было залито его кровью. За поясом шорт виднелась рукоятка пистолета. На камне, напоминавшем по размерам либо алтарь, либо место для жертвоприношений, стояли две высушенные головы, и одиноко блестел кулон, купленный сегодня в антикварной лавке.

Неожиданно по пещере, где лежал Иван заметался луч еще одного фонаря.

– Иван! Что случилось? Кто стрелял? – перепуганная Марина кинулась к Ивану.

– Не надо туда смотреть! Сейчас я кое-что заберу, и мы вернемся на поверхность. – Иван быстро спустился по ступеням в нижний зал и, схватив тсанса, тут же поднялся обратно к женщине, с ужасом смотревшей на обезглавленное тело Мозо.