Александр Сорокин – Системный Творец II (страница 15)

Рука и нога горели огнём. И тут перед глазами всплыло самое страшное за сегодня системное уведомление.

Внимание!

Обнаружено заражение: Лесная гниль (низкоуровневая)

Статус: Инкубационный период.

Эффект: Постепенное подавление жизненных функций, некроз тканей, отказ органов.

Прогресс: 0.1%

Рекомендация: Требуется срочное очищение. Без вмешательства летальный исход неизбежен.

Ледяная волна страха накатила на меня. Вот он, конец. Не в громкой битве с монстрами, не от старости в своей постели, а тихо, под землёй, от укуса крысы. Я умру здесь, в темноте, и моё тело станет частью этой гнили…

Нет. Чёрт возьми, нет!

Паника отступила так же быстро, как и накатила. Её сменила холодная, острая решимость. У меня было оружие против этой заразы. И именно за его усилением я и спустился сюда.

Я отступил ещё дальше в тоннель, подальше от жуткого свечения, и опустился на одно колено. К моему счастью, крысы не последовали за мной. Положив топор рядом, я закрыл глаза, отогнав последние остатки страха.

— Мимио. — прошептал я, сосредоточившись на связи с помощником. — Друг. Мне нужна твоя помощь.

Я ощутил знакомое тепло в ладони, в которой держал топор. Из рукояти показался крошечный зеленый росток. Он потянулся к моим ранам, истончился до почти невидимой нити и мягко коснулся рассечённой кожи. Ощущение было странным. Не больно, но и не приятно. Как будто из ран вытягивали что-то живое, цепкое и чуждое. По телу пробежала мелкая дрожь. Я видел, как крошечные чёрные точки, словно живая сажа, выходили из ран и впитывались в светящееся тело Мимио. Зелёный свет помощника на мгновение померк, стал болезненно-тусклым, затем снова вспыхнул — чистый и ясный.

Через несколько минут Мимио отстранился. Дрожь прошла. Жгучая боль в ранах сменилась глухой, но уже знакомой пульсацией заживления.

Системное уведомление

Заражение: Лесная гниль — нейтрализовано.

Путь Целителя: Прогресс +2.1%

Текущий прогресс: 52.6%

Я выдохнул с облегчением, которое трудно описать словами. Сработало. Да и общий прогресс Пути не мог не радовать. Теперь можно было подумать. Я поднялся и снова осторожно выглянул в зал. Крысы, насытившись, разбрелись по своей ядовитой плантации. Их не интересовал тоннель — их мир ограничивался этим залом и их пищей.

По всей видимости они и были причиной, по которой люди начали умирать внутри города еще до начала осады. Их кусали зараженные грызуны, что случайно, или нет, выбирались наружу.

Но откуда здесь, под городом, все это? Корни? Споры, занесенные водой? Ответа у меня не было.

Пока я размышлял, Мимио, сидевший на моей ладони, вдруг встрепенулся. Его листики-лопасти затрепетали, а крошечный росток вытянулся в сторону зала, словно указывая путь. В его обычно спокойной энергии я почувствовал нечто новое — ярость. Чистую, безоговорочную ненависть.

Не говоря ни слова, он спрыгнул с моей руки и побежал по полу тоннеля к ядовитой поляне. Я едва успел за ним.

Мимио ворвался в зал и без раздумий вонзил свои микроскопические корешки в ближайший «Гнилой побег». Зелёный свет помощника и свет растения вступили в схватку — они мерцали, вспыхивали, боролись. Я видел, как плоть побега темнела, сморщивалась и рассыпалась в труху под воздействием Мимио. Но это давалось ему нелегко. С каждым поглощённым стеблем свет моего помощника тускнел, его движения становились более вялыми, медленными. Он слабел на глазах.

Однако вскоре крысы заметили Помощника! Несколько тварей с визгом кинулись к нему, но я был начеку. Не входя в зал, я метнул в них обломок кирпича. Попадание было неточным, но отвлекло монстров. Их внимание переключилось на меня, но заходить внутрь тоннеля они не решались, ограниченные своим инстинктом защиты территории.

Так продолжаться не могло. Пока эта орда тут копошилась, я не мог ни подобраться к траве, ни нормально работать. Нужно было очистить периметр. Моей целью стала тактика: выманивать и дробить силы противника, не ввязываться в общую свалку.

Я сделал шаг вперёд, за линию, отделяющую тоннель от зала, и громко стукнул обухом топора о каменный пол.

— Эй, уроды! Сюда!

Это сработало. Ближайшие крысы ко мне крысы с визгом ринулись в атаку. Они неслись на меня, слепые от ярости. «Боевое Чутьё» уже не захлёстывало меня — теперь это был чёткий, холодный поток данных: дистанция, скорость, траектория прыжка первой твари.

Я не стал ждать, пока они соберутся вместе. Я пошёл навстречу. «Боевой Размах!»

Топор с низким свистом описал горизонтальную дугу, встречая первую прыгающую крысу прямо в воздухе. Её отбросило в сторону с тошнотворным хрустом. Вторая, бежавшая следом, получила обухом по голове и замертво рухнула на камень. Но третья и четвертая проскочили под дугой удара, целясь мне в ноги.

Вот что значило отсутствие опыта. В настоящем бою с опытным бойцом они бы не проскочили. Удар был бы короче, точнее, без лишнего размаха. Я рванул назад, пытаясь сохранить дистанцию. Одна из тварей вцепилась в голенище сапога, вторая промахнулась и начала отходить для нового прыжка.

Время замедлилось. Я не думал, действовал на автопилоте, доверяя телу и Системе. Левой ногой я резко дёрнул, сбрасывая крысу с сапога прямо на лезвие топора, которое я коротким движением подставил вниз. Раздался ещё один хрустящий звук.

Последняя тварь была уже в воздухе, и её зубы целились мне точно в горло. Рука с топором была занята. Но другая рука — свободна.

«Меткий бросок!»

Я не целился. Я просто швырнул в морду твари факел, что лежал у меня за поясом. Умение сделало всё само. Предмет врезался в крысу с такой силой, что отшвырнул её в стену тоннеля, где она и осталась, издавая предсмертные судороги.

Я стоял, тяжело дыша, среди трупов. Сердце колотилось, но уже не от паники, а от адреналинового подъёма. Тактика сработала. Подняв факел и брошенное ранее кресало, я продолжил.

Я повторил этот манёвр ещё несколько раз, уничтожая небольшие группы. Я не давал им скапливаться. С каждой новой атакой мои движения становились увереннее, точнее. «Боевое Чутьё» и «Боевой Размах» работали как часы. Я старался не получать новых ран — лишь одна крыса оставила царапину на рукаве, едва не добравшись до кожи.

Наконец, последняя группа была уничтожена. В зале оставались лишь единицы, слишком далёкие или слишком трусливые, чтобы атаковать. Они забились в дальние углы, шипя и сверкая зелёными глазницами, но не решаясь больше нападать. Путь к поляне был относительно свободен.

— Мимио, стой! — крикнул я, заметив, что он зашел слишком далеко. Однако Помощник не слушал, охваченный слепой ненавистью к порождению Леса.

Тогда я стал действовать инстинктивно. Высыпал в ладонь весь запас Крохотной Одухотворённой щепы, что добыл с таким трудом во время последних боев за город.

— Вот! Бери! Подкрепись!

Мимио мгновенно отреагировал. Он рванулся к моей ладони, и щепки начали таять, превращаясь в сияющие капли чистой энергии и впитываясь в него. Его собственное свечение вспыхнуло с невероятной силой, стало почти ослепительным. Он налился силой и с новым рвением кинулся уничтожать ядовитую траву.

Это было завораживающее зрелище. Он работал как крошечная, невероятно эффективная машина по очищению. Но даже этой энергии оказалось недостаточно. Поляна была обширной. Свет Мимио снова начал меркнуть, а темп его работы замедлился. Он уже не уничтожал побеги, а лишь обесцвечивал их, едва справляясь.

— Хватит! — скомандовал я уже жёстче, протягивая руку. — Возвращайся! Сейчас же!

На этот раз он послушался. С трудом отцепившись от очередного стебля, он побрёл ко мне, его свет был призрачным, едва заметным. Я бережно поднял его и вернул в слот топора. Он нуждался в отдыхе, в восстановлении. Очистить всё за один раз было невозможно.

Я стоял в зале, среди полуразрушенных ядовитых побегов, и пытался придумать план. Я так и не нашел причину осушения колодцев, однако мой поход был явно полезен. Как для города, так и для меня лично, ведь я нашел источник заражения и мог уничтожить его. Заодно это должно стать хорошей тренировкой для моего Пути Целителя, ведь Гнилые побеги представлялись мне идеальными тварями для его развития. Верно, я выжгу этот рассадник инфекции, пока крысы еще кого-нибудь не заразили. План был прост и надежен, как швейцарские часы.

И тут земля задрожала.

Сначала это был лёгкий гул, вибрация, от которой закачался факел в моей руке. Затем грохот нарастал, из-под земли донёсся скрежет камня о камень. В центре зала, прямо среди травы, каменные плиты пола вздулись и лопнули.

Из разлома, с оглушительным треском, рвануло вверх нечто огромное и живое.

Это было Дерево. Но какое! Ствол, чёрный, словно обугленный, покрытый шипами и сочащейся чёрной смолой. Ветви — извивающиеся, как щупальца, с острыми, похожими на кинжалы, наростами. Оно росло на глазах, с пугающей, неестественной скоростью, выламывая каменную кладку и уходя верхушкой в тёмный свод зала.

Воздух наполнился гулом, словно от работающей гигантской машины, и смрад усилился в сто крат. Перед моими глазами вспыхнуло системное предупреждение, алое, кричащее, какое я видел впервые.

ВНИМАНИЕ!

ОБНАРУЖЕНА КРИТИЧЕСКАЯ УГРОЗА!

Живая Древесина (Зрелая)

Уровень опасности: СМЕРТЕЛЬНЫЙ

Статус: Пробуждение

Особенности: Источник высокой Лесной инфекции. Генерирует монстров. Неуязвим для обычного оружия.