Александр Скопинцев – Кровь среди звёзд. Клятва древнее стали. Глубже крови. Сильнее смерти (страница 2)

Главный зал Центра поражал своими масштабами – восьмиугольное помещение с высоченными, уходящими под купол потолками, где небесно-синие полосы света пересекали пространство, выхватывая из полумрака элементы футуристического интерьера. Стены из темного полимера, напоминающего обсидиан, отражали проекции звездных карт, статистических данных и трехмерных моделей соседних систем. В центре зала возвышалась круглая платформа с гигантским проектором, демонстрирующим величественное изображение планеты Сэко – изумрудного шара с бирюзовыми океанами и россыпью коралловых островов, окруженного двумя кольцами из космического льда и пыли.

Вокруг платформы располагались сегментированные сектора для проекций участников совещания – крупнейших акционеров Межгалактического Консорциума, чьи полупрозрачные фигуры мерцали в пространстве. Их тела находились за световые годы отсюда – на роскошных виллах Земли, Марса и колонизированных лун Юпитера, но технологии позволяли им присутствовать на собрании в реальном времени.

Каэл Ворон только что закончил свою презентацию и теперь стоял, опустив глаза, пока вокруг него перешептывались фигуры «толстосумов» Консорциума. Он ощущал странную пустоту внутри – будто часть его души осталась там, в прошлом, среди кровавых песков и обугленных тел.

– Дамы и господа! – раздался громкий голос, прерывая тягостную паузу. – Перед вами настоящий герой Земной Конфедерации! В составе Седьмого Кавалерийского полка он участвовал в триумфальном походе против самых свирепых племен Колонии Арес! Позвольте представить инструктора Каэла Ворона!

Зал наполнился звуками вежливых аплодисментов, но Каэл почти не слышал их. Его взгляд был устремлен в никуда, а перед глазами проносились совершенно иные картины – горящие поселения, изувеченные тела, крики умирающих. Он машинально поднял руку, демонстрируя винтовку новейшей модели – последнее достижение земных оружейников.

– А это, дамы и господа, АШ-9 «Гроздень». – Он положил ладонь на приклад, будто представлял её как живое существо. – Семисекторный газоплазменный модуль, дальность – четыреста ярдов, скорострельность – пять выстрелов в секунду. Но цифры – это не главное.

Он обвёл взглядом тех, кто ещё сомневался, и понизил голос:

– Она стреляет везде. Хоть в азотной дымке, хоть в вакууме, хоть в кислотном тумане. Ей всё равно, дышите вы воздухом, метаном или вообще не дышите. Она не зависит от горючего, не боится перегрузок, не срывает импульс на чужих гравитациях.

Он дернул затвор с лёгким щелчком – чистым и уверенным, как обещание.

– Нет магазинов, нет перегрева, нет осечек. Только передёрнул и стреляй. И каждая пуля – прямая инвестиция в построение колонии.

Каэл замолчал, чувствуя, как внутри разрастается знакомая пустота. Его глаза – темно-серые, с металлическим отблеском – утратили живой блеск, став похожими на два осколка обсидиана, вставленные в измученное лицо с резкими чертами. Глубокий шрам, пересекавший правую бровь и уходивший к виску, побелел – верный признак нахлынувшего напряжения.

Он не был похож на героя из голофильмов – среднего роста, с жилистым телом под черной форменной одеждой, с коротко остриженными темными волосами с проседью на висках, хотя ему едва исполнилось тридцать пять. Военная выправка и натренированная уверенность движений контрастировали с потухшим взглядом человека, повидавшего слишком много смертей.

– Примите благодарность за всё это с полей планет-полигонов… – голос Каэла стал тише, в нем появились хриплые, надломленные нотки. – От имени убитых ради совершенствования этих славных игрушек.

В зале повисла тягостная тишина. Фигуры акционеров переглядывались с недоумением.

– Мистер Ворон, мы приняли ваш доклад по снабжению колоний, – холодно произнес председатель Консорциума, полный мужчина с седыми бакенбардами. – Комиссия по регулированию отношений рассмотрит ваши рекомендации относительно дальнейших действий по снабжению на планете Сэко. Вопрос стоит принципиально: укреплять дипломатические отношения с аборигенами Кай'нао или начинать полномасштабную военную экспансию? Акционеры Консорциума примут решение после детального анализа ситуации основываясь на ряде показателей.

Каэл молча кивнул, ощущая, как тошнота подкатывает к горлу. Он понимал, что его выступление было фарсом – решение уже принято в кабинетах, где подсчитывают прибыль, а не человеческие жизни.

– Актерские способности у тебя никудышные, инструктор, – с насмешкой произнес Грейнджер, когда Каэл вышел из главного зала в боковой коридор Административного Центра.

Они стояли у панорамного окна, выходящего на посадочную площадку, где десятки транспортных и военных кораблей мерцали в лучах искусственного света. За ними, в суете центрального коммуникационного узла, сновали офицеры и техники, передавая друг другу данные, отдавая приказы, готовя корабли к вылету. Стены коридора были облицованы серебристыми панелями с пульсирующими индикаторами, отражающими активность систем жизнеобеспечения станции.

Грейнджер, высокий, подтянутый мужчина с идеально выбритым лицом и холодными голубыми глазами, выглядел как образцовый офицер Земной Конфедерации – строгая темно-синяя форма с золотыми нашивками, ровная осанка, властный взгляд. Он был старым другом Каэла – если в их профессии вообще можно было говорить о дружбе.

– У тебя и в жизни всё не так просто, – Грейнджер положил руку на плечо Каэла. – Но поверь, у меня есть еще хорошая работа для нас двоих.

Он обнял старого товарища за плечи, чувствуя, как напряжены мышцы Каэла. Тот стоял молча, погрузившись в упадническое состояние после недавнего выступления.

– Что за работа? – наконец спросил Каэл, даже не взглянув на собеседника.

– Единственная, подходящая для тебя, – с улыбкой ответил Грейнджер. – Мужская работа. Стоит завершить карьеру продавца и вернуться к тому, что ты умеешь лучше всего.

Каэл повернулся к нему, и Грейнджер увидел в его глазах отблеск той ярости, что когда-то сделала его лучшим военным стратегом Седьмого полка.

– Я видел достаточно смертей, – голос Каэла звучал глухо, будто доносился из глубины колодца. – Каждую ночь они приходят ко мне – мужчины, женщины, дети. Их лица, искаженные ужасом и болью. Их крики. Их кровь на моих руках.

Он поднял ладони перед собой, рассматривая их так, словно они были покрыты невидимой для других алой жидкостью.

– Эти руки умеют только убивать, Грейнджер. Я думал, что смогу искупить хоть часть своей вины, если расскажу правду о том, что происходило на Аресе. Но им, – он кивнул в сторону зала заседаний, – нужна лишь ресурсы. Им плевать на жизни существ, населяющих Сэко.

– Ты слишком много думаешь, Каэл, – Грейнджер достал из внутреннего кармана плоскую металлическую фляжку. – Нам нужны ресурсы. Наша Земля истощена, колонии требуют всё больше и больше. Это простая математика выживания.

– Математика, – Каэл горько усмехнулся. – Я тоже когда-то считал так. Но знаешь, что я понял, глядя в глаза умирающих? Они не числа. Они чувствуют боль, страх, отчаяние – точно так же, как мы.

Он взял протянутую фляжку и сделал глоток обжигающей жидкости.

– На Сэко живет раса – Кай'нао, – продолжил Каэл после паузы. – Их цивилизация существовала задолго до того, как мы научились выходить в космос.

– Ты слишком романтизируешь ситуацию, – Грейнджер забрал фляжку и тоже отпил. – Кай'нао – воинственная раса. Их клановая система управления, их ритуалы, их кодекс чести – всё это делает их никудышными противниками, но ужасными союзниками. Они никогда не примут наши условия мирного сосуществования.

– Потому что наши условия – это завуалированное рабство, – резко ответил Каэл. – Мы предлагаем им уничтожить свою культуру, отказаться от своего образа жизни, своих традиций – ради чего? Ради возможности добывать для нас редкие металлы и обрабатывать наши плантации?

Грейнджер внимательно посмотрел на друга.

– Ты хочешь знать, какую работу я тебе приготовил? – он понизил голос. – Уилджи хочет, чтобы ты возглавил отряд инструкторов. Нам нужно модернизировать армию Кай'нао, обучить их использованию современного оружия, тактике. Эн'Даран Таэрис, их правитель, запросил нашу помощь.

Глаза Каэла расширились от удивления.

– Зачем им это?

– Потому что среди них зреет восстание. Тай'шар, один из лидеров Тар'Вэлай Кай'нао, собирает армию в горах. Он отвергает любые контакты с землянами и призывает к войне. Эн'Даран понимает, что без нашей помощи его режим падет.

– И что потом? – спросил Каэл. – Когда Тай'шар будет повержен, мы просто случайно «забудем» уйти с планеты?

Грейнджер пожал плечами.

– Это вопрос большой политики. Наше дело – выполнять приказы.

– Не в этот раз, – Каэл покачал головой. – Я больше не пешка в их играх.

– У тебя нет выбора, – голос Грейнджер стал жестким. – Трибунал по делу о превышении полномочий на Аресе отложен, но не отменен. Один их звонок – и тебя ждет военная тюрьма.

Каэл застыл, сжав кулаки так, что побелели костяшки пальцев.

– Ты меня шантажируешь?

– Я даю тебе шанс искупить вину, – ответил Грейнджер. – Обучая Кай'нао, ты можешь спасти жизни. Если начнется полномасштабная война, погибнут миллионы. С обеих сторон. Поэтому слушания Комиссии.

Каэл отвернулся, вновь глядя на звездное небо за иллюминатором. Внутренняя борьба отражалась в его напряженном лице, в судорожно сжатых челюстях, в пульсирующей вене на виске.