Александр Сих – Фатальный диагноз (страница 7)
- Вы что, псих? Там же негде построить взлётно-посадочную полосу. Сплошные торосы. Какие могут быть авиарейсы к полюсу?!
Он начал не меня регулярно поглядывать и нетерпеливо топтаться на месте, ожидая, видимо, новых вопросов. Я принципиально молчал. Не дождавшись интереса с моей стороны, пан взял инициативу себе и прояснил ситуацию:
- Ждём нашего чемпиона, чтобы проводить его на чемпионат мира в Даллас. Наша гордость.
Тут уж и я поддержал разговор, поинтересовавшись:
- А чемпион мира в каком виде спорта?
- По поррозету, - ответил пан кратко, но непонятно.
Я знал, что человечество придумало уже столько видов спорта, что вспомнить и перечислить их все человек попросту не в состоянии. Мне стало любопытно
- И что это за новый вид спорта? – спросил я, показывая всем своим видом удивление.
Пан неожиданно с удовольствием пустился в пространные объяснения:
- Ну, вообще-то, этот вид спорта пока ещё не признан на официальном уровне. Хотя ему уже семь лет. Так что, все чемпионаты проводятся на общественных началах и официально результаты не фиксируются. Но все мировые спорткомитеты и вся мировая общественность громогласно стучит в двери НОКа. Мы требуем официального признания поррозета не только видом спорта, равным другим спортивным дисциплинам, но и участия в Олимпийских играх. И у нас есть хорошие шансы этого добиться. Нас не так уж и мало. Наши лоббисты уже заинтересовали многих чиновников самого высокого ранга. И не только в НОКе. Они добрались и до ГСМ. У нас хорошие спонсоры.
Получив информацию, я не получил ответа на свой вопрос. Я спросил ещё раз:
- Так в чём же суть этого вида спорта?
Впервые пан радостно улыбнулся и кратко, но точно и доходчиво объяснил:
- Суть в том, что все ссут. – Потом, смягчив жёсткость последнего слова, пояснил, - Писают. Кто дальше, тот и чемпион.
- Вы серьёзно? – спросил я ошарашенно.
- Конечно, - горделиво ответил пан. – А чем наш вид спорта хуже других? Он ничуть не хуже, чем толкание ядра, например, чем бросание копья или молота. А дартс и в подмётки не годится поррозету. Зрители определяют популярность. А они в большом восторге. Особенно прекрасные наши женщины. Они кричат, вопят и неистовствуют, размахивая биноклями. Кстати, спрос на бинокли по всему миру возрос в три раза. И всё благодаря активным действиям популяризаторов этого вида спорта. – И вдруг лицо его омрачилось. Вместо радости появилось грусть. – Вот только МОФ ставит палки в колёса.
- МОФ, это кто? – спросил я, понимая, что отстал от жизни.
- Международная Организация Феминисток, - сквозь зубы ответил пан. – Они обвиняют нас в сексизме. Когда же мы предложили им организовать свой спорткомитет по поррозету, они обвинили нас в изощрённом издевательстве над всеми женщинами мира и грозят подать в суд, предъявив иск в умышленном попрании прав женщин и в нарушении равноправия. Бред. Они сами себе противоречат. – И опять улыбнулся. – Но большинство женщин на нашей стороне.
В это время подъехал минивэн. Из него вышли двое мужчин, три женщины и мальчик лет десяти. Все они улыбались.
- Ещё одна группа поддержки? – спросил я.
- Можно и так сказать, - ответил пан. – Высокий молодой человек, это наш чемпион. Рядом с ним его тренер, по другую сторону плеча его жена и сын, а девушки, идущие позади, врач и массажист.
- И что же она ему массажирует? – не удержался я от провокационного вопроса.
Пана, однако, мой вопрос не смутил и не оскорбил.
- В нашем спорте важны все части тела, - ответил он.
Он давал ответы на все вопросы.
- А вы кто, уважаемый? – задал я последний вопрос.
- Я председатель спортивной федерации поррозета, - ответил коммуникабельный пан и рванул к чемпиону с компанией.
Провожая взглядом делегацию активистов нового вида спорта, я увидел выходящих из терминала аэропорта людей. Значит, пока я мило болтал с председателем, благополучно приземлился самолёт «Амстердам – Варшава».
Большинство пассажиров направлялось к стоянке такси. Моё внимание привлекла брюнетка в брючном деловом костюме серого цвета. Достав из сумочки броского пурпурного цвета смартфон, она стала водить по экрану пальчиком. Я понял, что этот пальчик ищет номер моего телефона. Ещё я отметил контраст костюма и сумочки. Но делать выводы о характере на основании этого контраста не стал. Слишком мало улик. Нет, если бы я был известным психологом, то только по одной этой примете определил характер оной дамы. До мельчайших подробностей.
Я пошёл прямиком к ней. Подойдя почти вплотную, из моего внутреннего кармана пиджака заиграла мелодия «Лунной сонаты» Бетховена. Многие повернули головы в мою сторону. К такой реакции прохожих я уже привык. Это на рэп, рок и попсу никто не обращает внимание – у всех эти музыкальные стили на слуху. Мой взгляд и взгляд Наты встретились. Меня обдало холодом.
- Мистер Алекс Фидест? – спросила дама лет сорока, несмотря на ухоженность и макияж.
- Леди Ната Гарпа? – спросил я в ответ.
- Можно без «леди», - ответила она, протягивая мне ручку дорожного чемодана.
- Можно без «мистера», - ответил я любезностью на любезность, послушно хватая ручку.
Мы подошли к моему «Пежо».
- Играете в демократичность? – безучастно спросила Гарпа.
- Я уже давно ни во что не играю, - ответил я, запихивая чемодан в багажник.
- Главная игра вашей жизни ещё впереди, - обыденном тоном сообщила мне важную новость.
- Вы ясновидящая? – съязвил я.
Ответ прозвучал, как взмах сабли – хлёстко и без шансов увернуться.
- Ясновидящий тот, кто владеет полнотой информации и способен эту информацию правильно сортировать и анализировать.
- Чтобы владеть полнотой информации, надо иметь доступ к первоисточнику, - парировал я. – Но ведь и первоисточники могут быть намеренно искажены. Будь этим первоисточником человек, компьютерный файл или бумажный документ.
Госпожа Гарпа не осталась в долгу:
- Вот для этого и нужен талант аналитика. С его знаниями, опытом, интуицией.
Я задержал одно весло, крутанул другим и перевёл разговор в другое русло:
- А вы с задания на задание? Без отдыха и релаксации?
Мы уселись в автомобиль.
- Я люблю свою работу, - сказала Ната, поправляя пальцами причёску «каре». – Но не до такой степени. В Амстердаме я отдыхала. – И с вызывающей откровенностью добавила. – Снимала стресс и получала заряд бодрости в сексуальных утехах. Для меня это лучший отдых. А для вас?
Я тоже ответил откровенно:
- Если бы я так сексуально насыщенно отдыхал, то, если бы и не умер в экстазе, как минимум полгода был бы недееспособен. Предпочитаю природу, животных, уединение. – И, следуя откровенности, граничащей с развязностью, которая давно считается нормой общения, спросил в лоб. – Ната, вы замужем?
Зачем я это сделал, не знаю. Она мне не понравилась и мне не было никакого дела до семейного положения и сексуальных утех. Но что сделано, то сделано. Слово не воробей…
Ещё чего! – возмутилась дама, будто я её чем-то оскорбил. – Зачем мне эта обуза в виде мужа и детей?! В лучшем случае. А в худшем – «наручники» и «кандалы». – И следом выдала ещё одно откровение. – К тому же, Алекс, я предпочитаю молодых крепких девушек.
Я радостно воскликнул:
- Надо же! Представьте, я тоже! А у нас с вами, оказывается, много общего.
- Поехали уже, шутник, - иронично улыбнувшись, скомандовала уже просто женщина.
- Меня это здорово бодрит, - сказал я и нажал на газ. – К нашему любимому боссу Юзику.
Глава 5
- Вы можете остаться в вашем раритете, - сказала мисс Гарпа, когда я остановил автомобиль на парковке офиса ОРГАЗМа. – Ваш босс хочет о чём-то поговорить именно со мной. Если, конечно, вы не хотите что-то уточнить или что-то взять из своего кабинета.
- Я в курсе вашей предстоящей беседы, - нагло соврал я. – Мой босс уже советовался со мной по этому вопросу. А в свой кабинет я захожу только в случае крайней необходимости.
- Можете раскрыть вопрос, чтобы мне подготовиться к ответу? – попросила хитрая Ната.
- Нет, - отрезал я. – Это нарушение субординации и корпоративной этики.
Она рассмеялась и направилась к входу в здание.
Вместо того, чтобы поразмыслить над действительно важными темами, я глупо и эгоистично стал себя оправдывать и возвышать. Тешить своё самолюбие. Со мной давно такого не было. Но у меня давно не было и напарника. С тех пор, как я стал мастером своего дела. Неужели возможное соперничество меня так задело?
Операция поручена нашему отделу, а Юзик, естественно, является руководителем и куратором. И пусть эта Гарпа выше меня по социальному классу и считается формальным руководителем нашего дуэта, но на деле-то я буду вести главное расследование. А она всего лишь подсобник. Даже мельче – прикрытие, декорация, антураж. Я убедил себя, что именно этот постулат в тактичной форме и хочет донести мой босс моему кратковременному напарнику. Ещё в своё оправдание приведу знаменитую фразу: «Эрраре хуманум эст». Только применимо к глупцу это выражение возводится в квадрат, а применимо к эгоисту – в куб. А я себя повёл как эгоистичный глупец. Мальчишка!
И тут моё натренированное боковое зрение зафиксировало выходящего из офиса моего коллегу из статистического подотдела «Перечень опасных преступных ассоциаций» (Попа) Алопека Куриосуса. Типа мерзкого, мелочного, подлого и хитрого, мечтавшего о повышении своего статуса и о переводе в другой подотдел, чтобы иметь возможность из всего этого извлекать дополнительные ресурсы для своей ничтожной жизнедеятельности. Неустанный собиратель всякого рода информации обо всём и обо всех, включая, в первую очередь, сослуживцев из ОРГАЗМа, и не брезгующий сплетнями всех уровней. Впрочем, подобные типы были типичны для всей мировой чиновничьей номенклатуры. Они не являлись эндемиками. Их ареал обитания – все Структуры Огромной Системы (СОС).