Александр Шувалов – Притворщик-2, или Сага о «болванах» (страница 30)

— Хреново.

— Кто бы возражал, — я тоже закурил, — на меня наезжали три раза. Первый раз подсунули для пробивки какого-то чайника, просто бросили под танк, кого не жалко.

— …Или они элементарно были не в курсе, на что ты способен, — возразил Толя.

— Может и так, зато во второй раз постарались.

— И, все равно, — он взглядом указал на полупустую бутылку, я кивнул, — ни хрена они о тебе не поняли, — принялся разливать, — никто здесь не знает, кто ты такой на самом деле, и штатники не знали.

— Китаец знал, — я поднял стакан на уровень глаз. — За Лю! — и выпил, не чокаясь.

— Не возражаю, — Грек повторил упражнение. — Все-таки, выручил.

— Не в этом дело, — я принялся сооружать сложный бутерброд. После выпитого, как всегда, захотелось есть. — Просто, ушел, думаю, последний из прежних.

— Осколок эпохи, бывшая живая история, — подхватил он, — сколько, по-твоему, он положил наших?

— Думаю, что немало, но и мы, сам понимаешь…

— Вообще-то, верно, — согласился он. — Тот еще был народный умелец. А погиб как какой-нибудь депутат, бах, и готово.

— Всех нас когда-нибудь, может быть… — трагически молвил я и вгрызся в бутерброд.

— Одно странно, почему именно так?

— А как бы ты хотел, мечом по шее или стрелой в жопу?

— Ты прожуй сначала.

— Уже… — я встал, пересек комнату, открыл холодильник.

— Грека, ветчины хочешь?

— После того, что ты рассказал, нет.

— Вот, и я — нет. Так, о чем ты?

— Почему стреляли в грудь, а не в голову?

— Зонтик.

— Какой зонтик?

— Обычный, мы сидели на открытой веранде под зонтом. Если стрелок располагался на верхотуре… — и замолчал.

— Что?

— В радиусе пятисот метров зданий вообще не было.

— Значит…

— Работал ворошиловский стрелок.

— Видать, так и было, — согласился он. — Хлопнули Лю и хлопнули, с кем не бывает. Помянули и забыли. Давай-ка прикинем лучше одно место к другому. Что мы, как ты любил говорить, имеем?

— До сих пор люблю…

— Тем более.

— Имеем мы, дорогой товарищ, полную жопу огурцов. Центр дуркует…

— Как всегда, — меланхолично молвил Грек.

— В этот раз с удвоенным энтузиазмом, — возразил я, — в местной резидентуре явно протечка, боюсь, в столице тоже капает.

— Отлично! — воскликнул Толя. — Просто замечательно. А хоть кто-нибудь тебе помогает?

— Один паренек из здешних, по заданию Центра.

— Толковый?

— Вполне.

— Доверяешь?

— Частично, как учили. По крайней мере, об этой квартире он не знает.

— И это правильно, — он разлил остатки по стаканам. — За удачу!

— Присоединяюсь.

— Кстати, ты уже знаешь, где эта хреновина?

— Скоро буду знать.

— Последний вопрос.

— Ну?

— Что за группа поддержки в зеленом «Фиате»?

— Понятия не имею.

Глава 19

Мы в глаза друг другу глянем…

— Ну, вспомни еще что-нибудь, — продолжил ныть я. — Ты не представляешь, как это важно.

— Рад бы помочь, товарищ майор, — ему очень нравилось обращаться ко мне именно так. — Но мне действительно нечего добавить.

— Да, пойми же ты, — с последней надеждой в голосе проговорил я, — любая мелочь…

— У меня абсолютная память… — Славик поднял голову и с любопытством посмотрел на меня. — Все так плохо?

— Ты даже не представляешь, как… — тяжко вздохнул я и полез в портсигар за куревом, протянул сигарету и ему. — Будешь?

— Спасибо, я не курю.

— Молодец.

— Если у вас все, — он поднялся, — извините, очень много работы.

— Спасибо, Слава, ты мне очень помог, — я тоже встал на ноги и подошел к нему. — И последнее…

— Что? — сочувственно спросил он.

— Ладно, проехали, забудь… — молвил я и вдруг двинул ему кулаком под дых.

Добавил ладонью по почкам, уронил на пол и принялся бить ногами. Не так, чтобы покалечить, а чтобы сделать очень больно. А иначе с этими умниками просто нельзя.

На секунду прервался. Пауза, знаете ли, нужна не только в театре.

— Что вы делаете? — Славик поднял перекошенную от боли мордашку и удивленно на меня посмотрел. — За что?

— Он еще спрашивает, — прорычал я.

Схватив за галстук, поднял этого красавца на ноги.

— А сам не догадываешься, придурок? — и врезал ему по носу, кровь потекла на рубашку.