Александр Шохов – Черти и все остальные (страница 6)

− Привет, Ксения! Как ты похожа на свой портрет! − воскликнул Кирилл, глядя на меня. − Я Кирилл, если ты ещё не догадалась.

− А я Фаиза. Жаль, что ты отказалась от предложения моего братца Эмеркара. Возможно, мы бы с тобой уже давно открыли Большую Дверь, и сейчас все собравшиеся не мучились бы неопределённостью.

− Не очень понимаю, о чём ты, Фаиза, − сказала я.

− Я о Большой Двери, которая выводит из этого Универсума вовне. О чём же ещё! Мой брат Эмеркар и Марр − давние соперники. Каждый из них хочет освободить Эльдина, и выйти за Большую Дверь, чтобы с его помощью получить самую-самую великую власть из всех возможных в нашем Универсуме. Игры мальчишек всегда одинаковы: они соревнуются, кто будет царём горы. Нам, девушкам, это не свойственно. Но забавно видеть, как двое чертей пытаются обогнать друг друга в стремлении угодить старому богу, которого, кстати, посадили в тюрьму, потому что он разрушал созданные другими богами миры. Недаром же его называют Эльдин Разрушитель Миров. Что он натворит, когда его сюда вытащат, трудно даже себе представить. Я каждый день говорю Эмеркару, что Эльдин не будет плясать под янтарную скрипку. Кроме того, у него за миллиарды лет одиночного заключения крыша точно поехала.

− Фаиза, ты остаёшься по-прежнему очаровательной и совершенно невыносимой, − улыбнулся Марр. − С другой стороны, я рад, что наконец-то ты признала, что именно Эмеркар выкрал янтарную скрипку из моего тайника в горах Алатау.

− Ну а кто ещё это мог бы быть? − спросила Фаиза. − Не будь наивным! Налей мне шампанского из твоей бесконечной бутылки!

Лучия принесла ещё два бокала и поставила их на стол. Марр налил всем шампанского.

− За знакомство с Ксенией! − провозгласил тост Кирилл.

Мы соприкоснули бокалы и выпили.

− Что собираешься делать, Марр? − спросила Фаиза. − Все, кто был на картине, сейчас здесь, в этой комнате. Но Ксения с тобой, я со своим братом Эмеркаром, а Кирилл со мной. Нам нужно действовать вместе, если вы с Эмеркаром действительно хотите освободить Эльдина. Хотя я этого совсем не хочу и, честно говоря, готова просить вас не делать этого, но ведь вас обоих это не остановит.

− Ну а какой выход у нас есть? − спросил Марр. − Если картина, написанная Ал Рокусом, создателем этого Универсума, разрушится окончательно, мы, скорее всего, просто растворимся в великом ничто. Даже если мы найдём Большую Дверь, кто из нас обладает достаточным мастерством, чтобы реставрировать этот шедевр? Один неверный мазок кистью − и законы Универсума изменятся, целые галактики исчезнут или появятся, да и сами мы с высокой вероятностью исчезнем…

Фаиза взглянула на Марра насмешливо:

− Ага. Если картину Ал Рокуса едят крысы, пожирает плесень, или она трескается от древности, то, наверное, нам всем будет плохо. Но если разрушитель миров Эльдин прикоснётся к ней своей кистью, возможно, он уничтожит всех нас и весь этот Универсум просто чтобы мы не путались у него под ногами. Его главный мотив, насколько я понимаю, − месть Ал Рокусу и другим старым богам. А мы − всего лишь расходный материал, допустимый ущерб.

− У меня кончились аргументы, − сказал Марр. − Я понял, что вся ответственность за последствия освобождения Эльдина Энгрикенна лежит на моих плечах и на плечах Эмеркара. А ты невинная овечка, как обычно, которая всех предупреждала. Довольна ли ты такой ролью?

Фаиза рассмеялась приятным мелодичным смехом.

− Я не боюсь исчезнуть, − сказала она. − По крайней мере я исчезну влюблённой. Ещё шампанского!

Фаиза поцеловала Кирилла, и было видно, как Кирилл буквально растаял от её поцелуя. Вот чертовка!

Мы вновь осушили бокалы. Шампанское в бутылке и впрямь даже не думало заканчиваться. Впрочем, на фоне всего происходящего меня это уже не удивляло. Опьянение охватывало моё сознание мягкими лапками всё крепче.

− А что же мы должны сделать, чтобы освободить Эльдина? − спросила Фаиза.

− Понятия не имею. Надеюсь, всё произойдёт само собой, − сказал Марр. − Будущее сформирует настоящее, как это обычно и бывает.

− А если всё само собой не произойдёт? − спросила Фаиза. − Что вы с Эмеркаром будете делать тогда?

− Не знаю, − пожал плечами Марр. − Будем искать другие варианты. В конце концов, есть ещё Рамсахеш.

− О! Этот сумасшедший джинн совсем помешался на своих контактах с шуатри, − сказала Фаиза. − А Вы ему доверить главный секрет Универсума собрались!

− Тем не менее, он установил контакт с Эльдином, − сказал Марр. − Мне известно, что Эмеркар получил от Эльдина некоторые инструкции через Рамсахеша и Кирилла.

− Думай что хочешь, Марр. Я об этом ничего не знаю. Кстати, я привезла ту картину, − сказала Фаиза. − Она на кухне. Может быть, поможет, если повесить её здесь?

− А принеси-ка её сюда, − попросил Марр.

Фаиза вышла из комнаты и через несколько секунд вернулась с той самой картиной, которую мне показывал Павел.

Марр взял картину и повесил её на место морского пейзажа, который так и стоял прислонённым к стене. То ли освещение сыграло свою роль, то ли шампанское, но мне показалось, что листья в кроне дерева колышутся под дуновениями лёгкого ветра.

В это время у меня зазвонил телефон. Гавриил.

− Привет, Гаврюш.

− Привет, Ксюш. Как ты?

− Даже не знаю, как сказать. В целом всё хорошо.

− Решила вопрос с квартирной платой?

− Да, всё решилось само собой.

− У девушек всегда так, − сказал Гавриил. − Хочу к тебе зайти на чай. Тортик несу.

− Заходи, − сказала я и положила трубку. − Ко мне друг сейчас придёт. Гавриил.

− Очень хорошо, − сказал Марр. − Возможно, будущее уже начало менять настоящее. С удовольствием познакомимся с твоим другом.

− А как мне всех вас ему представить? − спросила я.

− Мы твои новые друзья из клуба любителей живописи, − сказал господин Марр. − Собрались, чтобы обсудить новые картины в коллекции клуба, и сделали у тебя импровизированную выставку.

− Мне эта роль очень нравится, − засмеялась Фаиза. − Ты стал настоящим выдумщиком, Марр! Просто театральный режиссёр, и сценарист заодно.

Было видно, что Марр не очень реагирует на эмоциональные выпады Фаизы. Но она не унималась.

− Марр, − продолжала она. − Как думаешь, мне стоит сыграть роль соблазнительницы друга нашей Ксении? Ты же у нас режиссёр.

− Фаиза, что ты вообще делаешь? − спросил Кирилл.

− Я же просто играю, дурачок… углубляю театральную интригу, − Фаиза вновь поцеловала Кирилла, но он уже был не в романтическом настроении и отстранился.

Мне тоже не очень понравилась мысль о том, что эта чертовка начнёт строить глазки моему Гаврюше. Мы выпили ещё по бокалу, а потом раздался звонок в дверь. Это был Иннокентий, который привёз документы от нотариуса.

− Твой экземпляр, Ксюша, − сказал он, протягивая мне файловую папку. − Господин Марр, я нужен Вам здесь или подождать в машине?

− Иннокентий, ты вообще свободен на сегодня, − сказал Марр. − Только машину завези на СТО, пусть посмотрят свечи. А я сам до особняка доберусь.

− Будет сделано, господин Марр.

Как раз, когда из двери выходил Иннокентий, пришёл Гавриил с тортиком. Гавриил удивлённо взглянул на Иннокентия, но тот только кивнул ему с улыбкой, и сбежал вниз по ступенькам лестницы.

− Привет! − сказал Гавриил. − Держи тортик. Ух ты, у тебя тут радикальные перемены!

− Проходи, рада тебя видеть. Сейчас познакомлю с новыми друзьями.

− У вас что, вечеринка? Я удачно заглянул на огонёк…

Я проводила Гавриила в бывшую гостиную.

− Знакомьтесь, это Гавриил, мой хороший друг. А это господин Марр, Фаиза, Лучия и Кирилл.

Лучия уже наливала шампанское из бесконечной бутылки:

− За знакомство, − сказала она, протягивая бокал Гавриилу.

Мы выпили.

Потом мы с Лучией пошли на кухню, чтобы нарезать тортик и приготовить чай.

Лучия посмотрела на меня с улыбкой.

− Гавриил в тебя влюблён.

− Мы были вместе, но потом расстались. Из-за всяких глупостей. Но он хороший, да.

− Ты готова войти в ту картину? − спросила Лучия. − Не побоишься?

− Когда я смотрю на полотно, мне кажется, что листья в кроне дерева шевелятся.

− Ну тогда попробуйте войти в картину втроём, − сказала Лучия. − Держись ближе к Фаизе. В случае опасности она − твоя лучшая защита.

− Спасибо, Лучия, − кивнула я.