Александр Шохов – Черти и все остальные (страница 7)

Мы вынесли гостям чай и тортик. Фаиза рассказывала Гавриилу про клуб любителей живописи и, кажется, настолько вошла в роль, что Гавриил слушал её с живым интересом. Он даже рот приоткрыл и, похоже, полностью попал под женское обаяние этой чертовки. Кирилл уже начал бросать на них ревнивые взгляды.

− Мазки кисти в «Менинах» Веласкеса называют свободными, − говорила Фаиза, красиво двигая обнажёнными до плеч руками, от чего её колье поблёскивало, привлекая внимание к полуобнажённой груди. − Это было очень большим новшеством в искусстве, за счёт такого приёма художник передавал текстуру и фактуру одежды персонажей. Но главная загадка картины состоит в том, что внимание зрителя, стоящего перед ней, разделяется, и зритель как бы распадается на несколько одновременно существующих зрителей.

− Никогда не смотрел на Веласкеса с этой точки зрения, − признался Гавриил.

− О, я могу тебе показать как писать в стиле Веласкеса, − сказала Фаиза. − Я когда-то брала уроки у одного из лучших мастеров.

− Я буду очень, очень благодарен, − проблеял Гавриил.

Больше я не могла терпеть этот флирт, поэтому подошла и демонстративно встала между Гавриилом и Фаизой.

Лучия, как будто бы не замечая всего этого, разливала чай по чашкам. Я взяла чашку и подала её Гавриилу, а себе взяла ещё одну. Вкус чая был совершенно потрясающим. На какое-то время беседа угасла, сменившись позвякиванием чашек и звоном десертных вилок.

С каждым глотком чая картина, висящая на стене, всё больше оживала.

− А это та самая картина? − спросил Гавриил, проследив направление моего взгляда.

− Да. Она буквально притягивает меня.

− С тобой всё хорошо? − спросил Гавриил.

Должно быть, я побледнела и начала падать в обморок. Картина тянула меня к себе всё сильнее. Я услышала крик Фаизы:

− Кирилл, идём за ней!

И всё исчезло. Мир как будто выключили. Когда я очнулась, надо мной шелестела крона большого дерева, а Гавриил делал мне непрямой массаж сердца.

− Ффу! Ты жива! Я думал, у тебя сердце остановилось! − с облегчением воскликнул он.

Я приподняла голову. Из-за высокой густой травы ничего не было видно. Я села. Голова чуть кружилась, но в целом я чувствовала большую телесную радость, какая бывает при выздоровлении после тяжёлой болезни или когда чудом избежал смертельной ловушки. Когда я прыгала с парашютом, радость от удачного приземления была примерно такой же.

Кирилл и Фаиза стояли неподалёку от ствола дерева, они были к нему ближе, чем я.

− Как мы здесь оказались? − спросил Гавриил.

− Так бывает, в клубе любителей живописи, − сказала я, стараясь его успокоить. − Многие входят внутрь картин.

− Кажется, ты бредишь, Ксюш.

− Посмотри вокруг, Гаврюш. Ты внутри картины. Видимо, я утянула тебя за собой.

Гавриил огляделся. Воздух в этом мире был потрясающе сладким и приятным.

− Наверное, в чай что-то добавили, − сказал Гавриил. − Это галлюцинация.

− Думай что хочешь, − сказала я, поднимаясь на ноги.

− Фаиза, Кирилл! − крикнула я, но они не отозвались.

Я подошла к ним. Гавриил всё ещё оставался на месте и оглядывался по сторонам.

− Ксюша! Смотри на ствол, − крикнул Гавриил.

Около ствола действительно что-то происходило, там клубился то ли дым, то ли тёмный туман, который оформлялся в силуэт фигуры.

− Я подойду посмотрю, что там происходит, − сказал Кирилл. − Вы оставайтесь здесь, пожалуйста.

− Нет уж, мы с тобой! − решительно заявила Фаиза.

− Гавриил! Оставайся на месте! − крикнула я.

Он посмотрел на меня и кивнул.

Фаиза взяла меня за руку, и тут я заметила, что на ней уже было не ослепительно красивое платье с ошеломляющим колье. Фаиза была одета в джинсы, клетчатую фланелевую рубашку и кожаный жилет, на ее ногах были удобные кожаные сапожки, а на голове кокетливо красовалась тяжелая кожаная шляпа.

− Как ты успела переодеться так быстро? − спросила я.

− У чертовок свои секреты, − улыбнулась Фаиза. − Давай-ка я тебя тоже переодену, а то ты в домашних тапочках, это очень неудобно.

Не прошло и секунды, как я оказалась одетой в удобные джинсы, ботинки, футболку и лёгкую кожаную куртку. Я подумала, что внутри картин действует какая-то особая физика, похожая на магию, которая позволяет исполнять такие фокусы.

Мы двинулись следом за Кириллом. Каждый шаг давался с трудом, как будто само пространство сопротивлялось нашему движению. Дым у ствола клубился всё сильнее. И вдруг, в какой-то момент он двинулся навстречу Кириллу. Кирилл шёл к нему и не отрывал взгляда от расплывающегося нечёткого образа. Когда они сблизились, Кирилл протянул руку и коснулся дымного сгустка. В тот же миг дымный сгусток быстро двинулся к Гавриилу. Я закричала. Бесформенный дым вошёл внутрь тела Гавриила, и он упал.

В тот же миг исчезло сопротивление, которое мы с трудом преодолевали. Мы подбежали к Гавриилу. Он был очень бледен, но дышал, его сердце билось, но в себя он не приходил.

− Давайте вытащим его отсюда, − сказала Фаиза.

Я оглянулась вокруг и увидела неоднородность в пространстве, − дверь, ведущую из мира картины в наш мир. Мы втроём подняли бесчувственное тело Гавриила и понесли его к выходу. Минута − и Гавриил уже лежал на полу в бывшей гостиной, а мы пытались привести его в чувство. Лучия принесла лёд из морозилки, тёрла ему прозрачными и источающими капли кубиками виски, Кирилл бил его по щекам. Наконец, лицо Гавриила стало розоветь. Он глубоко вдохнул и открыл глаза.

− Гаврюш, как ты? − спросила я.

− Вроде хорошо, Ксюш, − сказал он. − Что это был за дымок? Наверное, я немного отравился, голова кружится.

− Сейчас станет легче, − сказала Лучия, подавая ему чашку остывшего чая.

Гавриил жадно выпил чай. Господин Марр пристально смотрел на Гавриила.

− Это ты, Эльдин? − спросил он.

И тут вдруг Гавриил заговорил чужим голосом:

− Да, это я. Моё сознание свободно.

− Гаврюш, что с тобой?

− Я здесь, Ксюш, − ответил Гавриил своим голосом. − А что случилось?

− У его тела сейчас два сознания, − сказал Марр. − И одно не знает, что делает другое.

Я с ужасом посмотрела на Марра.

− Верните мне моего Гавриила, − сказала я. − Мне ничего не нужно вашего, забирайте всё! Но верните его!

− Тихо, тихо, − сказала Лучия, гладя меня по спине.

− Ксения, успокойся, − сказал Марр. − Нам надо спокойно разобраться в ситуации.

− Мы будем искать решение, − заверила меня Фаиза. − Мы не знали, что это произойдёт и не планировали подселять сознание Эльдина Энгрикенна в тело твоего друга Гавриила. Мы разделим их как только поймём, как это сделать.

Я обняла Гавриила и начала его целовать. Мне показалось, что я смогу таким образом вернуть его. Но чужой голос спросил меня:

− Как твоё имя, красотка?

И тут моё сознание совершенно помутилось.

Запись о событиях 12 февраля 2024, понедельник

Дорогой дневник, события последних дней, можно сказать, сломили меня. Утром в понедельник, когда я проснулась, я почувствовала себя совсем без сил. Хорошо, что Лучия оказалась рядом и позаботилась обо мне, без её помощи я даже с кровати встать не могла.

Лучия рассказала, что вчера Марр, Фаиза и Кирилл увезли Гавриила в лабораторию Марра, чтобы понять, что произошло. Возможно, они найдут как вытащить из тела Гавриила сознание древнего бога Эльдина, но в мире чертей такого ещё никогда не происходило, поэтому на самом деле никто не знает, что нужно делать.

Я совсем слаба. Мне тяжело даже повернуться в постели. Видимо, моя психика не выдержала перегрузки. Это можно понять: весь привычный повседневный мир вдруг оказался разрушен и перевёрнут. Я сейчас смотрю на нотариально заверенные документы, лежащие на прикроватной тумбочке, на пакеты в углу рядом со шкафом, в которых ещё не распакованы мои вчерашние покупки, и ощущаю насколько вся эта материальная сторона жизни лишена смысла. Оказавшись в мире чертей, я получила явный материальный выигрыш, но утратила что-то очень-очень важное, ценнейшую частичку себя. Может быть, это и называется «продать душу дьяволу»?

Я была полной надежд и стремлений молодой женщиной ещё несколько дней назад. А кто я теперь? Слабая, больная, обесточенная почти старуха в теле молодой женщины. В теле, которое стало оболочкой для пустоты, воцарившейся внутри меня. Могла ли я отказаться, не соглашаться на предложения Марра? Могла. Или нет? Всё так завертелось, что у меня даже не было времени остановиться и подумать. Зато сейчас его избыток. А я даже ручку в руке с трудом держу. Надо поспать.

Запись о событиях 13 февраля 2024, вторник

Дорогой дневник, мне стало лучше. Лучия напоила меня горными травками вчера вечером, и я сегодня утром встала с постели уже без труда. Лёгкое головокружение осталось, есть и слабость, но уже не такая как вчера. Я выздоравливаю. И даже не знаю, что это была за болезнь. Лучия говорит, что я потратила много санты, когда уходила в картину и возвращалась обратно. Но что такое санта, толком не объясняет. Или я просто слишком слаба, чтобы понять. Она говорит, что сейчас общество чертей для меня не очень полезно, и обещает сегодня вечером напоить меня чудесным эликсиром, который она заказала у какого-то учёного чёрта по имени Автан.