Александр Шляпин – Хроники ГСВГ (страница 2)

Боевой кураж держал лейтенанта Демидова на пределе напряжения. Остаток пустой пулеметной ленты выскочил из пулемета и, черной змеёй скользнул на пол. Виталий присел на стул спиной к стене, и поставил рядом дымящийся ПК.

– У тебя воды нет, -спросил он Русакова. Бля…. у меня в горле «кошки насрали»….

– Аналогично…

На какой–то миг он закрыл глаза, стараясь проглотить ком из кирпичной пыли, пороха и тротила.

– Что ты хотел, –спросил он, плюнув на раскалившийся ствол.

– Чё –чё, звезду на плечо! Прикрой – твою мать, – проорал Сашка.-Я спущусь на первый за БК. Ты про каких–то там двухсотых говорил. Что забыл?

Виталий закинул в рот жвачку. Ловким движением он вывернул пулеметный ствол, и бросил его на пол.

– Во видал, как «балалайка» раскалилась, хоть «тушенку» грей -сказал «Ташкент», стараясь проглотить вязкую слюну.

Он вставил новый ствол, подтянул к себе коробку с новой лентой. Передернув затвор, невозмутимым голосом спросил:

– Ну, что отдышался? Ну, тогда пошли, поработаем!

– А, быстрее работать можешь?

– Спешка Саша, нужна при ловле блох…. На край, когда чужую жену трахаешь….

Виталий поднялся со стула, и выплюнул жвачку.

– Ну вот, я готов – что дальше?

– Будь у меня в тылу, будешь прикрывать мой зад! Я спускаюсь на первый и помародерю по двухсотым, –сказал Русаков. –А ты смотри, чтобы меня «бармалеи» в подхвостье гранату не вставили. И наши, чтобы тоже с перепугу не подстрелили. У нас почти у всех магазины пустые. Патронов нет. Еще пять – десять минут, и побежим, как сайгаки по степям Казахстана.

Виталий в знак одобрения хлопнул друга по плечу.

– Действуй! –сказал он. –Твой папа тут, и он тебя любит….

– Только без лирики, – ответил «Химик».

Русаков присев на четвереньки, скользнул по школьному коридору в сторону лестничного марша. Вытащив из подсумка гранату, выдернул кольцо, и бросил её между пролета.

– Пехота, берегись – граната, – проорал он во весь голос.

– Береженого Бог, бережет, – за его спиной пробормотал «Ташкент», и вслед швырнул зажженную дымовую шашку.

Взрыв грохнул в фойе школы. Клубы черного дыма и цементной пыли поднялись вверх.

– Всё! Давай! Пошел!

Вдоль стены броском Русаков прыгнул, в цементно-дымовую пелену. Спустившись в предбанник, замер. Осмотрелся сквозь висевшее цементное марево. Запекшаяся кровь растеклась по площадке большой лужей.

Лейтенант на коленях и ползком скользнул по мрамору и, сходу, прикрывшись стеной, вцепился в «калаш» мертвого боевика. Дернул –освободив ремень. Отщелкнув магазин – есть патроны. На душе отлегло. Стягивая «разгрузку» с магазинами, перевернул тело и обмер. На него, из солдатского вещевого мешка смотрело несколько бутылок

«Советского шампанского». От удивления Русаков даже присвистнул. Тут до него дошло – до нового года оставались считанные часы.

– «Ташкент», ты меня слышишь, –сказал он по рации.

– Говори….

– Ты против шампанского что-то имеешь?

– Хочу так, аж скулы сводит, –ответил с шипением ресивер. –Горло надо промочить….

– Ты брат, не поверишь, но тут два жмура, и два десятка пузырей с «шампунем». «Бармалеи» в нору тащили, чтобы новый год встретить. А теперь по твоей милости, не дожили до этих радостных минут. Брать будем, или оставим пехоте, – сказал Русаков, с присущим ему сарказмом.

– Спрашиваешь! Давай хватай, и вали! Здесь разберемся, –прошипела ресивер.

Первый уровень, с его огромным коридором простреливается насквозь. Русаков, попрятав магазины в разгрузку, накинул на шею трофейное оружие, и, схватив мешок, крикнул:

– «Ташкент», будь готов -цыганочка с входом –иду….

Русаков прыгнул в сторону лестничного марша, в самое облако дыма, который расползся по всему этажу. В этот миг на улице стало тихо. Было слышно, как потрескивал огонь, пожирая боевую машину, которая стояла напротив школы. Когда поднялись в класс, парни из группы покрытые слоем пыли, сидели вдоль стены на усеянном гильзами полу. Кто, закинув голову назад, блаженно курил. Кто–то дремал, прикрыв глаза.

«Химик» и «Ташкент» появились в дверях.

– Где вас носит, – спросил майор Евсеев. –Готовимся к эвакуации!

– Тылы зачищали, – ответил Демидов.

– Ну, что приуныли -славяне? Принимайте подарок от дедушки мороза –сказал Русаков, стараясь поднять боевой дух.

– Саша, что за балаган, –спросил его майор Евсеев.

– За БК ходили, товарищ майор…. Да вот на гостинцы нарвались….

– Это что? – спросил Евсеев.

– Шампанское командир! Вероятно, что «бармалеи» себе к новогоднему столу перли, да «Ташкент» их к Аллаху определил….

За окном пока было тихо, лишь радиостанция голосом командира пехотного полка зажатого в «клещи», вопила на весь эфир. Он просил о помощи. Но это было где–то в районе вокзала. А здесь «духи» смиренно забились в подвалы, и зализывали раны. Русаков вытащил пару бутылок и поставил на школьную парту.

– Товарищ майор, может по глоточку, – обратился он к командиру, –сутки во рту воды не было. Разрешите. Без лютого фанатизма – в честь нового года….

– Ну –только по глоточку, и без лютого фанатизма, –сказал майор Евсеев.

Русаков ловкими движениями рук снял фольгу и раскрутил проволочку. Без «выстрела» открыл бутылку, и подал её командиру.

– Угощайтесь товарищ майор! В честь нового года, и за то, что мы пока без потерь!

– Сплюнь – накаркаешь еще.

Евсеев взял бутылку и влил вино себе в рот. Много пить не стал, а сделав всего лишь пару глотков и передал Демидову.

– Держи «Ташкент»…. Два глотка и передай другому, –сказал он, обозначив максимум.– Так мужики, вином не злоупотреблять! По паре глотков – горло промочили, и хватит. Шампанское на голодный желудок – это как фугас под броней!

Несколько минут передышки, да капли влаги, на какое–то время восстановили силы. Настроение поднялось, и даже появился боевой кураж. Пили, молча, стараясь сохранить боевой настрой и чувство меры. В ту минуту было трудно определить, что их ждет через несколько минут. Каждый понимал, что эти спасительные глотки вина могут быть последними.

– Шампанское, где взяли?! – спросил майор.

– Внизу, когда «Химик» за трофейным БК ходил…. Там два чеченца зажмуренных – они откуда–то мешок волокли. Ну, я очередь дал, когда мы этаж во время штурма занимали. Попал – однако, начальник, – сказал Виталий, как бы оправдываясь.–А, что не надо было?

Выстрел пробки и снайпера слились в один. Пуля, скользнув по шлему «Ташкента», рикошетом ударилась в стену. На улице вновь послышалась стрельба.

– Снайпер, –крикнул «Химик» и, прячась за простенком, оттолкнул Демидова с линии огня.

– Вот же, суки снова начали! Не дадут глотку промочить! –сказал Виталий, трогая на каске вмятину. –Хорошо, что хоть вскользь, –сказал он спокойно, будто это была не пуля, а бешеная муха, влетевшая в открытое окно. Виталий поперхнулся. Проглотить вино не успел. Щеки раздулись, как у жабы во время брачного сезона. Не удержав игристое во рту, он «взорвался» фонтаном.

– Тьфу ты бля…. чуть не захлебнулся на поле боя.

– Это все он сука – снайпер. Ты, когда глотаешь, оставляй рот открытым. А то ведь разорвать может, – пошутил командир.

– Ага, и полетят клочки по закоулочкам! –поддержал Русаков, заливаясь каким –то не совсем естественным смехом.

Перекур был недолгим. В это мгновение на улице опять началась стрельба и разрывы гранат.

– Так парни, перекур окончен –к бою! Пехота в атаку пошла – вот и «бармалеи» возбудились, – заорал командир.

Духи возобновили огонь. Они были на своей земле и поэтому в поднятии боевого духа особо не нуждались. Вопреки логике, «бармалеи» воевали из-за угла, старясь не ходить в открытые атаки. Дудаевцы не стремились переломить ход боя, поэтому напролом не лезли, но достаточно умело огрызались огнем, расставляя на улицах города ловушки для федералов.

– «Ташкент», давай, работаем! На полтретьего в окне. Вижу там снайпера, – крикнул Русаков. Он глянул в дыру, которую пробил снаряд. Поднялся, взял в прицел окно в противоположном здании. Насторожился, ожидая движение. В глубине мелькнул блик оптики. Не дожидаясь, когда стрелок выйдет на «передок», Русаков на опережение выстрелил из подствольного гранатомета. ВОГ–25 исчезла в оконном проеме. Через мгновение, где по его мнению бликовала оптика, грохнул хлопок.

– Есть –проорал Русаков.