Александр Шавкунов – Эхо мёртвого серебра-2 (страница 19)
— Вот да, оно самое. — Закивала старуха. — Говорят теперь засуха не страшна будет.
— А как же зверства? — Осторожно спросил святой. — Я слышал, он почти чудовище, страсть как любит пытать.
— Не без этого. — Кивая, ответил старик. — Давеча был в городе, а там дворян вешали, а сам Элдриан ходил по помосту и речь говаривал с младенцем на руках, дворянчиком молодым значится.
Внизу живота стало холодно, Фрейнар стиснул кулак под лавкой. Старик же в красках рассказывает, как хрипели дворяне, пытаясь устоять на кончиках пальцев. Что так им и надо.
— А с ребёнком что? — Не выдержав, спросил святой.
— С каким ребёнком?
— Тем, которого он держал! Тоже казнил?
— А... ребёночка-то? Ни!... Сказал, что дети не в ответе за дела или что-то в этом роде, но сказал, что родственники должны расплачиваться. Да отдал на воспитание палачу и нарёк племянником или как-то так... вот...
— Не понимаю...
— Та, кто ж поймёт этих королей? Вот прошлый был мужик как мужик, по бабам бегал, да вино жрал. Но так и он король был так, по названию, помнится дед его в коровнике навоз выгребал... А господин Элдриан прям урождённый! Любо дорого слушать, а приказы умные-преумные!
— И это все зверства?
В целом, перебить прошлых хозяев города — разумный шаг. С ребёнком правда странно вышло. Но от наследника Тьмы ожидались реки крови и алтари Тёмных богов на каждом углу. Всё-таки с ним таскается порождение бездны.
Старик подвигал бровями и покачал головой.
— Ну, на прошлой неделе разбойников поймали, да конями разорвали. Ещё говорят посла покалечил, да тот ему в еду плюнул или вроде того. Всё, пожалуй.
— Ясно...
Ясно, что ничего не ясно. Фрейнар тяжело вздохнул и облокотился о стол. Кот ткнулся лбом в спину, потёрся и замурчал. Старуха достала из печи пирог и почти сразу сунула сырой. Готовый плюхнула на поднос и с улыбкой понесла гостю. Святой втянул густой аромат полной грудью, блёкло улыбнулся.
Ладно, про странности Элдриана будет думать завтра.
Глава 15
Ваюна сидит в повозке и смотрит на лжеотца. Тот прилип к окну и с интересом осматривает хмурый пейзаж. Похож на оригинал, как колено на пятку. Чёрные волосы блестят от краски, на лице застыло глуповатое выражение, а в глубине голубых глаз угадывается рыбий ум.
Девочка вздохнула. Несмотря на разницу в возрасте, она чувствует себя несоизмеримо старше.
— Я никогда не покидал деревни. — Признался парень и улыбнулся, улыбка у него нелепая, без одного клыка. — Даже не думал об этом.
— Не размыкай губ. — Фыркнула Ваюна, говорить она не любит и каждое слово, как удар ножом по нервам, но с этим идиотом невозможно молчать. — Ты отвечаешь за образ отца в этих краях.
— Х-хорошо...
Парень сомкнул губы, и улыбка из идиотской стала зловещей. Сердце Ваюны от неожиданности пропустило удар. Она поспешно отвернулась к окну и напряжено вгляделась в проплывающую мимо опушку. Серое небо давит на лес, а лысые ветви под тяжестью гнутся к земле. Собирается дождь. Под колёсами кареты расходится грязь, и лошади не катят, но волокут её.
— Я всё ещё не понимаю, зачем владыке понадобился двойник...
Пробормотал лжеотец, пригладил волосы и посмотрел на ладонь, не осталась ли краска на коже.
— Он всё ещё человек и не может быть в двух местах одновременно. — Устало пояснила девочка. — Меньше задавай вопросов и просто делай, что я говорю.
— Ладно...
Карету обогнал всадник из группы сопровождения. Впереди загремели голоса, но их заглушил дождь, мелкий, но плотный, как стена. Ваюна напряглась, и Тьма, живущая внутри, сместилась. Чувство странное, будто крупный орган решил переехать в грудь. Карета остановилась.
— Что там? — Спросил двойник, вытягивая шею и прижимаясь к окну.
— Не знаю... — Пробормотала девочка, сдвинулась на кресле и постучала в закрытое оконце к кучеру. — Эй, чего стоим?
Деревянная шторка сдвинулась, и проём перекрыло бородатое лицо.
— Не знаю, госпожа. — Прогудел кучер, виновато двигая усами. — Кто-то дорогу перегородил.
— Кто?!
— Дурак какой...
Вспышка ярчайшего света оборвала кучера, лицо дёрнулось, и он повалился на лавку. Ваюна несколько секунд смотрела в опустевшие глаза, резко повернулась к двойнику.
— Беги!
— К-куда?!
— Куда глаза гладят!
Дважды повторять не пришлось, парень набросил капюшон и выпрыгнул из кареты. Через распахнутую дверь внутрь ворвался холодный и сырой воздух, ударил Ваюну по лицу. Мелкий дождь осел на коже каплями росы. Вместе с ветром внутрь проник и мужской крик, полный боли и удивления.
Мимо кареты один за другим проносятся всадники личной гвардии. Она высунулась из окна, замешкалась, глядя, как впереди воины обрушились на одного-единственного человека. Промокшие светлые волосы незнакомца облепили шею и плечи, но над головой поднимается дымка водяного пара. Глаза же источают девственно белый свет.
Оружие ударяется о него, разрывая одежду, но не раня тело. Чужак поднял руку, и вспышка света выбила всадника из седла, бедняга в полёте распался пополам.
Кони, запряжённые в карету, валяются в грязи, и мелкий дождь стучит по стеклянным глазам. Ваюна судорожно выдохнула и, распахнув дверь, бросилась за двойником. Кем бы ни был напавший, она не хочет снова выпускать чудовище. В прошлый раз едва удалось загнать обратно... Кажется с каждым всплеском монстр становится неуправляемее и злее. Ещё несколько высвобождений и оно вместо защиты убьёт её и всех на тысячи лиг вокруг.
Жидкая грязь плещется под ногами, скользи и ей сложно удержать равновесие. Двойник уже дважды рухнул в грязь и перемазался. Вместе они достигли леса и понеслись по слою жёлто-красной листвы, заметались меж деревьев.
Ваюна на бегу оглянулась и вскрикнула. Незнакомец стоит, а воины разбросаны в грязи. Струи дождя смывают кровь с волос и лица убийцы, а свет из глаз направлен точно на неё. Ваюна прибавила шаг, оскользнулась и, потеряв равновесие, врезалась в дерево. Охнула, падая лицом вниз, но сильные руки подхватили, а мир вокруг затрясся.
Запоздало поняла, что её забросили на плечо. Убийца смотрит вслед, с некоторой задумчивостью. Словно пёс, растерянный поведением добычи.
— Что нам делать? — Крикнул двойник через плечо.
— Беги!
Лес поглощает их, сплетения ветвей закрывают от дождя, а тьма подступает, пряча следы. Убийца последовал, на вид небрежно, но стремительно. Ваюна внутренне сжалась, а Тьма рванулась наружу, врезалась в стену воли и отхлынула, рыча. Девочка бросила взгляд вперёд, на убийцу и прикусила губу. Если так продолжится, им не уйти. А у неё не останется выбора...
Если двойник доберётся до того поваленного дерева впереди, она не вызовет Тьму. Только если он добежит.
Двойник запнулся, замедлился, хватаясь свободной рукой за деревья. Ваюна застонала и крикнула:
— Оставь меня и беги, как можно дальше и не оглядывайся!
— Я не...
— Беги или сдохнешь!
Ваюна извернулась и пнула спасителя, тот окончательно потерял равновесие. Оба покатились по земле, собирая листья и грязь. Ваюна ударилась о торчащий корень плечом, взвизгнула от острой боли. Парень кое-как поднялся на ноги, схватился за меч на поясе.
— БЕГИ!
Голос Ваюны исказился, загремел, как помятая труба, вибрируя на высоких тонах. Глаза её вспыхнули Тьмой, и парень попятился, выронил меч и бросился бежать. Ведьмочка поднялась, сжимая плечо и кривясь. Убийца остановился в двух десятках шагов, глядя на неё с каменным лицом.
— Самопожертвование? — Спросил он, подходя и поднимая руку.
— Нет... не хочу случайно убить его.
Тьма рванулась наружу, разрывая зыбкие препоны, словно толстая змея. Тени вокруг ведьмы вздыбились и обрушились на убийцу. Деревья затрещали под напором потока тьмы, стволы гнутся и лопаются, выбрасывая острую щепу. Тьма разрастается, оформляется в Тварь, состоящую из жидкой мрака, клыков и когтей.
Ваюна рухнула на колени, мгновенная слабость ударила в голову. А вместе с ней ощутила всю кипящую ярость и жажду крови.
Ярчайший луч света вспорол мрак и Тварь, рыча, отхлынула от убийцы. Тот сгорбился, а глаза округлились, став похожими на две монеты. Свет стекает с кончиков пальцев, но Тьма сгущается, окружает и давит.
— Вот оно что... — Пробормотал убийца и утёр кровь из носа. — А я думал, дед сошёл с ума, приказав убить ребёнка вперёд Тёмного Принца. Теперь вижу, что нет.
Тварь окончательно оформилась, уплотнилась и, скалясь, шагнула на врага. Вспышка света ударила по ней, вырвав кусок из плеча, что сразу зарос. Убийца побежал в сторону и когти рассекли покосившееся дерево. Брызги щепы врезались в соседние деревья, уцелевшие от вихря.
Ваюна с трудом поднялась, пытаясь понять, что делать. Убийца шагнул к ней, и Тварь ударила лапой, как копьём, в грудь. Человека приподняло над землёй от силы удара, и на миг девочка испытала вспышку радости.