Александр Шавкунов – Эхо мёртвого серебра-2 (страница 21)

— В твоих словах столько неуверенности. — Сказал Его Святость и сложил пальцы в замок. — Ты сомневаешься в силах Святого?

Люстра, горящая магическим огнём, бросает голубые блики на белый фарфор маски. Отчего прорези глаз не проницаемо темны. Если так подумать, то Геор никогда не видел иерарха без маски. Сложно сказать, тот ли это человек, что короновал героя почти столетие назад.

В конце концов, люди столько не живут, а он и тогда был стар.

— Я скорее знаю, на что способен Элдриан.

— О, а не вы ли называли его... дайте вспомнить... заносчивой сволочью с мозгом таракан?

— Я был молод. — Геор скривился и отвёл взгляд. — Не понимал, что, унижая врага, унижаешься сам. Элдриан сражался с нами в открытом бою, не имея благословений, ни Тьмы, ни кого-либо другого. Только мечом и щитом, противостоял Свету. Это достойно уважения и опаски. Хотя я до сих пор не понимаю, почему Тьма не благословила своего Чемпиона.

— Не было нужды? — Спросил Его Святость.

Геор скривился ещё сильнее от такого неприкрытого плевка в лицо. Ну да, нужды действительно не было. Сколько раз они сходились с Элдрианом в прямом бою, не счесть. Сколько раз он проигрывал один на один? Геор невольно коснулся рёбер, слишком хорошо помнящих холод мёртвого металла.

Вот только сейчас не тогда.

Он не просто молодой герой, обрётший силу, нет, он столетний король. Что прошёл через бесчисленные сражения против монстров и людей. Теперь Элдриан не более чем неприятное воспоминание.

И всё же, мышцы напрягаются стоит представить новую встречу.

— Ты боишься. — Заключил Его Святость, склонил голову, будто имитируя улыбку. — Только сам забыл, какого это страшится чего-либо. Вспоминай, король, ведь страх — это жизнь. Только мёртвые ничего не боятся.

— Чего тебе надо? — Прорычал Геор. — Говори или убирайся! У меня полно дел.

— О, сущий пустяк. Вместе с твоим войском в Новые Королевства отправлюсь и я, не один, со своим отрядом.

— Решил на старости лет повоевать?

— Да. Мне уже недолго осталось и умирать... в кровати, так не хочется. Мои жрецы обеспечат уход лучше войсковых, и ты можешь вычеркнуть этот пункт из расходов.

— А что ты хочешь в замен?

— Пустяк. Видит Свет, сущую мелочь.

— Говори!

— Мёртвое Серебро, которое скопил Сквандьяр. Говорят, у него приличные запасы... ну и рудник с жилой. Всего один.

— Зачем тебе оно на том свете?

— Мечта детства. — Его Святость пожал плечами. — Всегда хотел ванную из этого металла и, что ни будь ещё... так ли это важно, Геор?

— Нет, неважно. Я согласен. Пришли мне список людей, которых берёшь с собой. Я должен оценить масштабы и распределить их по отрядам для эффективного лечения.

— Всё уже готово. — Его святость достал из складок мантии свёрнутый свиток и положил перед королём. — Тут и люди, и снаряжение, и всё это будет под твоим контролем. За эту малую цену.

Геор опустил свиток и сжал кулак под столом. С такой силой воздух вокруг завибрировал. Старик явно задумал нечто, что никто не одобрит. Но что?

— Я уже согласился. Не заставляй меня жалеть об этом.

— О, клянусь Светом, ты будешь рад.

Его Святость медленно поднялся и вышел, не оборачиваясь и не прощаясь. Геор стиснул зубы и грохнул кулаком по столу. Кубок подскочил, и на документы плеснуло рубиновое вино.

***

Двойник запнулся и влетел плечом в дерево, охнул и закрутившись, упал. Попытался встать, но локти подломились, и он зарылся лицом в сырой мох. Кое-как перевернулся и увидел стремительно приближающуюся девочку... Вспышка света ударила над ней, сожгла дерево. Ваюна упала и покатилась по земле, срывая слой опавшей листвы и пачкаясь грязью.

Убийца приближается медленно, дождь разбивается об окаменевшее лицо, и, кажется, будто он плачет. Двойник поднялся и стиснул рукоять. Грудь ходить ходуном, а дыхание обжигает глотку, дождь смешивается с едким потом. Меч слишком тяжёл, выворачивает пальцы и тянет к земле. Ноги мелко трясутся, и дрожь перекидывается на хребет.

Он шагнул на встречу, встал над девочкой. Та зашипела, хлопнула по голени:

— Беги!

— М-м-м, решил защитить отродье? — Подал голос убийца, поднимая руку. — Тем лучше.

Он в два шага оказался в упор к Двойнику, меч дёрнулся в замах... рука пробила грудь как копьё. Парень захрипел и выронил меч, опустил взгляд на рану. Внутри разгорается свет, просвечивает плоть и одежду, выделяя тёмные кости. Остро запахло жареным мясом.

Фрейнар выдернул руку, и брызги раскалённой крови попали на Ваюну. Девочка закричала, поползла, хватаясь за грязь и корни, как дикий зверь, отчаянно ищущий спасения. Тьма внутри неё ослабла, она чувствует её ошмётки, разбросанные по лесу.

Убийца с некоторой растерянностью смотрит на кровь, засыхающую на кисти. На труп под ногами. Удивление и разочарование смешиваются на лице. Дождь срывает с пальцев высохшую кровь, а та рассыпается бурой пылью, что смешивается с водой, вновь превращаясь в кровь.

Отойдя от удивления, убийца шагнул за Ваюной. Девочка перевернулась на спину, вперила в него взгляд, полный ужаса. Святой прикусил губу, прошептал:

— Не усложняй... пожалуйста...

Позади зашуршали шаги по сырой листве... чудовищный удар обрушился на спину. Фрейнара бросило через девочку и убитого парня. Покатило по грязи.

***

Двойник умер, защищая Ваюну, видимо, за мной теперь должок неоплатный. Я опустился на колено перед девочкой. Она всхлипнула и заревела навзрыд. Бросилась в объятия, бормоча через сопли и слёзы. Лоскут Тьмы втянулся в неё, а я властно задвинул её за спину и сжал меч.

Убийца медленно поднимается из грязи, что на коже мгновенно высыхает и осыпается чешуйками. Увидев меня, вздрогнул и посмотрел на труп.

— Я же...

— Да ладно, — буркнул я. — Он даже непохож.

— Пап... — Начала Ваюна.

Я опустился на колено, взял её за плечи и повернул к лесу.

— Иди к карете, я скоро буду.

— Ты скоро будешь мёртв!

Убийца сощурился и медленно надвигается, источая белый свет. Ваюна нехотя попятилась, бросилась бежать. Я проводил её взглядом и повернулся, доставая меч. Рука вскинулась и с пальцев сорвался пучок света, ударился в подставленный клинок и... рассеялся. Парень растерянно тряхнул кистью.

— Этого я не ожидал... Погоди, а ведь я тебя знаю! Та ночь у костра!

— А ты совсем... несообразительный?

В моей груди разгорается чёрное пламя, и его жар наполняет мышцы, растекается вдоль хребта. Меч кажется невесомым, а мир вокруг будто увяз в мёде. Эта сволочь пыталась убить мою дочь, мой главный козырь!

Мы одновременно рванулись друг на друга. Светящаяся рука устремилась в грудь, но меч опередил и отбил. Остриё врезалось в живот и парня сложило пополам. Я торопливо отступил, растерянно глядя на затупившееся остриё.

— А вот этого я не ожидал...

Глава 17

Острие меча из мёртвой стали, способное прокалывать любой металл, крошить камни... затупилось. Я растерянно смотрю на сплющенный кончик, будто у гвоздя, по которому ударили молотком. Убийца массирует живот, на коже едва заметная красная точка. Дождь разбивается о тощую фигуру, пропитывает лоскуты одежды.

— Да что ты такое... — Пробормотал я.

— Очищение и воплощение Воли Света.

Он выпрямился, расправил плечи, и глаза вспыхнули, как два маяка. Свет озарил дождливый лес столь ярко, что на миг я увидел каждую отдельную каплю. Передо мной стоит нечто большее, чем потомок героя, значительнее самого слова «герой». Полная противоположность Тьме. Истинный Чемпион Света. Рядом с которым Орсвейн кажется не опаснее котёнка!

Меч со стуком влетел в ножны и обиженно затих, зализывая травму. Святой не выглядит физически сильным, мышцы едва развиты, их рельеф скорее заслуга худобы. Только его сила не зависит от размеров, думаю он с лёгкостью порвёт пучок стальных прутьев или мой хребет.

Можно бить по глазам, но чутьё подсказывает, что меч оплавится до рукояти. Я оскалился, выискивая пути к победе и не находя ничего вменяемого.

Стоп.

Он отлетел от удара в спину! Урона не понёс, но сам факт означает, что силы света не добавили веса. А вот с этим можно работать.