Александр Шахов – Управленец (страница 42)
— Нам? — Гром уловил опрометчиво сказанное слово.
Бегающие глаза шпиона быстро остановились и с произвольной уверенностью уставились на мага.
— Конечно. Мне и моим людям. Или вы думаете, я один слежу за тем, что происходит в области?
— «Лукавишь, собака, — подумал Гром, — Кто-то стоит за тобой, или, по крайней мере, с тобой в одной упряжке».
— Ну-ну, — стольный маг встал из-за стола. — Полагаю, это всё?
Заставив собеседника ждать, пока он снова прожуёт, Отт сказал:
— Есть ещё кое-что. Вы должны обыграть дело так, чтобы любой дурак понял, кто это сделал.
Сделав шаг вперёд, чародей обогнул стол и навис над шпионом:
— Хочешь нас подставить?! Чтобы во время этого нас поймали?
Отт закатил глаза, но на этот раз от разочарования, смешанного с раздражением.
— Я же сказал: вы нужны мне не для одного дела, а для нескольких. Просто так надо. Это не несёт для вас никакой опасности. Одной жертвой больше, одной меньше. Твои друзья и так уже главное зло области, — сделав паузу, Отт поднял голову на собеседника. — Сейчас вы сядете и, встанете только выслушав меня до конца.
Двое начали зрительный поединок, победу в котором одержал Отт. Вскипая от злости, чародей подчинился. Беседа продолжилась, лишь когда собеседники снова могли смотреть друг другу в глаза, не прилагая особых усилий.
— Вы лично не должны принимать в деле участия. Вместо этого вы исчезнете на пару дней, пока всё не будет сделано. Астор уже получил доклад о том, что наши поджигатели были замечены на востоке и вы отправились их ловить, — поставив вторую тарелку поверх пустой, Отт принялся опустошать и её. — Всё это указано на бумаге. Всё, кроме того, что касается непосредственно вас. Теперь вы можете быть свободны.
Наградив шпиона злобным взглядом, маг гневно покинул заведение.
На следующий день
Наблюдая, как служители Талльма отправляются в путь, стольный маг мрачно проводил их взглядом, после чего пришпорил коня и помчался к заброшенной шахте.
Четверо всадников, получившие от мага чёткие инструкции и заветный свёрток, недовольно поднимали пыль на грунтовой дороге, попутно беседуя.
— И ты поставил всё под откос, лишь бы спасти свою неверную жёнушку? — поражённый рассказом о втором неудачном отравлении барона, Рурк не скрывал эмоций. — Как вас всех ещё не убили? Или хозяин уже вернул вас пару раз с того света? Вот в моё время никакой ерунды с воскрешениями не было. Сдох — значит сдох!
— Попридержи язык! — ответил Горий, ведущий коня по соседству. — Она носит моего ребёнка. Тебе не понять этого.
— Ну да, я не записывал брюхатую от меня бабу в свой список смертников. Любовь, не иначе…
Не выдержав, в разговор вступила молчаливая Азалия:
— Да не твой это ребёнок! Вернее, нет его вовсе, она обманывала тебя, а беременна теперь от Володора.
Горий бросил на неё взгляд, от которого девушке сделалось не по себе.
— Нет… Ты врёшь! Откуда тебе знать?
— Я слышала, как они говорили об этом. Забыл, кто понёс им отравленную говядину? — ответила Азалия.
Опустошение, поразившее Гория болью, отразилось в Гвенет, видевшей его остекленевшие глаза.
— Ты должен был это узнать. Хватит её щадить… — нарушив недолгое молчание, сказала Азалия.
— Нет, ну теперь она точно должна сдохнуть. Давайте ускоримся. Чем быстрее мы прикончим этого чиновника, тем быстрее нам отдадут эту стерву, — ошарашенный Рурк заразился ненавистью к упомянутой девушке и уже представлял, как её будет убивать собственный муж.
После этого повисла долгая тишина, лишь изредка нарушаемая байками Рурка:
— А вот однажды мне доводилось закалывать одного жирдяя, так мне длины кинжала не хватило, чтобы достать до сердца! Пришлось душить…
Через какое-то время группа сделала остановку, чтобы напоить коней у текущего здесь ручья. Пока животные громко хлебали воду, всадники разминали уставшие тела. С блаженным вскриком хрустнув спину, Рурк сделал несколько шагов в сторону и принялся расстёгивать пояс, чтобы удовлетворить малую нужду. Разделавшись с поясом, он оглянулся и, посчитав расстояние до женщин неприлично коротким, раздражённо хэкнул и отдалился ещё чуть-чуть. Уже взявшись за дело, он смутился порождаемыми им звуками и снова сделал несколько шагов. Отдалившись от товарищей достаточно далеко, мужчина встал у изгиба дороги, с которого открывался вид на длинную грунтовую змею уходящего вдаль тракта. Закрыв глаза от долгожданного и добытого столь большим трудом облегчения, Рурк не сразу заметил приближающийся патруль конных стражей. Когда же он открыл глаза, они были почти что перед ним.
— Э-э-э… девчонки! — крикнул Рурк, не отрываясь от дела, решив докончить начатое.
Когда соперник ручья выдохся, стражи уже проезжали рядом с ними и окидывали их внимательными взглядами. Заметив их нерешительность, Азалия не сразу выхватила клинок, но, когда показательно и медленно сделала это, командир патруля многозначительно кивнул ей и, махнув рукой, помчался галопом, унеся с собой подчинённых.
— И что это было? — спросила Гвенет.
— Обещанное нам покровительство, — тут же ответила Азалия.
— Это ж чего, — прибежал, застёгивающий ремень, Рурк. — Мы теперь неприкосновенные?
— Не нравится мне это, — сказал Горий.
— Почему?
— Представьте себе человека, которого стражи боятся больше, чем своего начальника и даже Астора.
Повисла недолгая задумчивая тишина.
— Ладно. По коням! — скомандовала Азалия и группа вновь отправилась в путь.
Спустя несколько часов
Грунтовая дорога сменилась вымощенным широким трактом, что в своей протяжённости пронизывал всё королевство, выступая его венами, по которым в разные области текли караваны с товарами. Подобные реки тканей, пряностей, драгоценностей и зерна нуждались в перевалочных базах. Одна из них ныне раскинулась перед глазами путников.
Вид торгового поста вызвал у Гория лёгкую сладкую ностальгию.
— «Интересно, Гаален всё также служит здесь помощником?» — подумал управленец, вспомнив старого знакомого.
Спешившись, товарищи схоронились за пригорком и принялись обговаривать детали плана. Уже бывавший здесь Горий поведал о многочисленной охране в двадцать-тридцать человек, помимо рабочих и потребовал свести ненужные жертвы к минимуму, чем вновь привёл друзей в раздражение. Было решено отвлечь большую часть стражей, приманив их к прилегающей к базе башне. После этого следовало устранить оставшихся воинов, убить цель и поджечь склад.
Услышав это, управленец выпучил глаза:
— Сжечь? Да вы что! Зачем? Да вы знаете, сколько там добра?!
— Нужно показать, что это именно МЫ его убили. А народ знает нас как поджигателей. Таково условия Отта, — монотонно пояснила Азалия, надеясь подавить сопротивление клиента-вредителя.
Поймав на себе окружающие его осудительно-угрожающие взгляды, Горий был вынужден утихнуть с дикой болью в душе.
— Рурк! — Азалия принялась раздавать указания. — Ты должен увести стражей к башне. Перемахни через пост, к тебе у них вопросов не будет, а потом придумай, как завладеть их вниманием. Мы с Гвен разберёмся с оставшимися, а Горий поможет нам найти начальника склада.
Убийцы закивали головой, а Горий исторгнул тяжёлый вздох, продолжая оплакивать содержимое склада.
Не спеша перебирая копытами, конь доставил Рурка до торгового поста, где внимание стражей к его персоне ограничилось мимолётным взглядом. По пути проходило много путешественников, пеших и конных, и лишь гружённые повозки были вынуждены останавливаться для досмотра. Караванщики предоставляли грамоту о наличии права на проезд или платили пошлину. Государственные же караваны разгружали привезённый товар из других регионов и, погрузив продукцию местного производства, отправлялись в обратный путь.
Медленно пройдя через пост, убийца сумел незаметно оценить количество вооружённых людей. Горий оказался прав. Приблизившись к окраине, всадник пустил коня в галоп, но даже это не вызвало особых подозрений у стражи. Спустя несколько минут, он оказался у небольшой деревянной башни. На её вершине виднелся дозорный, однако у входа вместо охраны были лишь облокоченные на брёвна копья.
Рурк осуждающе покачал головой и прошмыгнул внутрь. Крутая скрипучая лестница оказалась довольно неприятным препятствием, но несмотря на свои года, матёрому убийце удалось сохранить силу и здоровье. Во многом благодаря мощи Талльма.
Замедлив ход, Рурк сделал своё передвижение неслышным, и оказавшись на вершине, увидел перед собой спину воина, вглядывающегося вдаль.
— Извини, Горя, — сказал Рурк и пинком отправил дозорного в непродолжительное путешествие до земли.
Крик падающего поднял шумиху и вскоре к башне поспешили его сослуживцы. Расстроенный их малым количеством, Рурк посмотрел в угол, где на небольшом столике лежало несколько луков и, припасённые на случай нападения, стрелы.
Бегущие к башне воины не сразу поняли, что происходит, когда несколько товарищей упали на землю, сражённые метким выстрелом в голову — единственное незащищённое бронёй место.
Зазвенел колокол, и к башне устремились чуть-ли не все. От воинов, до, выдающего себя особой одеждой, начальника.
Пустившись на полной скорости, три всадника быстро преодолели расстояние от пригорка до склада и принялись распугивать обитавших там рабочих. При виде их их, работяги сломя голову побежали в разные стороны, угоняя казённых лошадей.