Александр Шаевич – Маршрут отхода (страница 12)
Среднего срока он не знал.
Но помнил: когда он ещё занимался подобными вещами, заявление коронера о признании мёртвым человека, чьё тело не найдено, могло породить переписку на полтора года.
Государство не любит объявлять людей мёртвыми.
Оно научилось этого не делать.
Потому что всегда остаётся возможность, которую не исключили.
Одиннадцать недель — не невозможно.
Но быстро.
Он записал.
Подчеркнул.
И не стал делать вывод.
Данных телефона нет.
Вот это остановило его по-настоящему.
В полицейском резюме было сказано, что телефон погибшей, предположительно, находился в машине и обнаружен не был.
Больше ничего.
Но последнее соединение телефона с базовой станцией хранится не в телефоне.
Оно остаётся у оператора.
И любой полицейский, расследующий внезапную смерть у водохранилища в восемь утра, запросит эти данные ещё до обеда.
Они покажут, откуда человек ехал.
Когда.
Останавливался ли.
Это самая дешёвая строка во всём списке проверки.
Но в деле не было запроса.
Ни отклонённого.
Ни ожидающего исполнения.
Никакого.
Не было и ANPR.
От Челтнема до Килдера — двести шестьдесят миль через центр Англии по дорогам, покрытым камерами почти непрерывно.
В резюме имелась единственная строка: относящихся к делу данных автоматического распознавания номерных знаков не обнаружено.
Под строкой — ни номера запроса.
Ни даты.
Ни фамилии.
Второе:
что здесь есть, но выглядит странно?
Автомобиль обнаружили сонаром на второй день.
Подняли на четвёртый.
Но не силами полицейского морского подразделения.
Работу выполнила компания Whitley Marine Services Limited, обозначенная в отчёте как «оказывающая содействие».
Ни номера закупки.
Ни строки расходов.
Ни показаний человека с баржи.
Лиам записал название.
Третье:
что здесь есть и что здесь неправильно?
Техническое заключение по автомобилю.
Четыре страницы.
Фирменный бланк.
Подпись.
Причиной потери управления указан периодический сбой подачи топлива, способный вызвать кратковременную потерю тяги на малой скорости.
Документ составлен профессионально.
И это был единственный технический документ в деле.
Несущая стена всего заключения.
Потому что без него оставалась женщина, которая сухим утром съехала с почти прямой дороги в водохранилище без какой-либо известной причины.
Бланк принадлежал гаражу в Беллингеме.
Дата отчёта — одиннадцатое февраля.
Лиам прочитал четыре страницы дважды.
Потом откинулся и посмотрел в окно на парковку.
Что-то в шапке документа не давало покоя.
Понадобилась минута.
Когда он нашёл, сначала не поверил.
Прочитал снова.
В шапке стоял регистрационный номер компании.
В половине четвёртого Гейл Моубрей заглянула в дверь.
— Если хотите что-то откопировать, есть ксерокс. Двадцать пенсов за лист. Аппарат старше меня.
— Можно спросить?
— Можно.