Александр Седых – Василиск. Книга 1. Беспризорник (страница 7)

У Марты с её подопечным дела были ещё хуже. Уж неделя минула с памятной кровавой ночки, а спящий красавец так и не очнулся, хотя шрамы под подбородком и на лбу удивительно быстро зарубцевались, словно давнишние. Вечерами Марта нежно гладила пальчиками белую звёздочку над бровью, однако пробудить соню это не помогало.

По ночам в дверь спальни кухарки требовательно царапался кот, входил и пушистым комочком укладывался в изголовье кровати рядом с лицом любимого хозяина. Днём же жирный рыжий симулянт прикидывался беспомощным инвалидом и возлежал в ивовой корзине, вылезая только пожрать вкусняшек. Но однажды Рыжик резво выпрыгнул из корзинки и беспокойно заметался по подсобке. Потом как заорёт: «Полундра-а-а»! – ну, так показалось Марте с Бедолагой – и давай когтями дверь в спальню девицы скрести.

Испуганная девушка запустила кота внутрь, дверь опять заперла ключом и повесила его себе на шею.

– Бедолага, поди наружу, глянь, кто пришёл. Слышишь, голоса во дворе?

– Да, Рыжик зря тревогу поднимать не стал бы. – Разжалованный вожак-десятник это уже уяснил из прошлых трагических событий.

Обеспокоенный поведением учёного кота Бедолага накинул плащ, сунул заряженный пистолет за спину, под ремень, и вышел на разведку.

Накануне море штормило, но сейчас ветер стих. К вечеру небо прояснилось. Под козырьком парадного входа в таверну стояли двое. Хитрован Билл в плохом расположении духа и монах, закутанный в чёрный плащ с капюшоном, – инквизитор, судя по вышитому сзади на одежде белому кресту.

– Не соблаговолите ли, падре, назвать настоящее имя вашего компаньона? – уперев кулаки в бока, выпятил грудь разгневанный Билл.

– Повторяю: я не знаю, под каким именем у вас остановился синьор из метрополии, – скромно сложив ладони на груди, смиренно глаголал средних лет монашек. – Но сия личность весьма приметная: чёрная повязка на глазу не скрывает шрам через всё лицо.

– Тут полно одноглазых бойцов, и кривые шрамы в изобилии украшают страшные морды, – рассмеялся в лицо инквизитору хозяин Пустого острова. – Однако лихие люди ищут в наших краях покой, – Билл зло усмехнулся, – и многие здесь обретают… вечный.

– Это угроза служителю Святой инквизиции! – нахмурив брови, поднял ставку наглый чужак.

– Надо мною власти метрополии нет! – вскинул подбородок мятежный лорд. – Если хоть одна пушчонка тявкнет с твоего фрегата – живым с Архипелага не уйдёшь. Северная братва потопит деревянную лоханку в первом же узком проливе.

– Святые отцы знают про береговые батареи, – укротил гордыню монах, лишь слегка склонив голову, – поэтому я пришёл один и с миром.

– А ты, крыса святая, знаешь, что учинил твой засранец-компаньон?! Сколько душ невинных загубил, ночной упырь?!

– Но с чего вы решили, что он мой компаньон? Это всё происки лукавого, – почуяв неладное, вывернулся хитрый инквизитор. – Я не хотел спугнуть беса, а лишь найти его тайное логово.

– А ведь злыдень ждал-то тебя-я, – прищурив глаз, погрозил пальцем хозяин таверны.

– Прохиндей ввёл вас, уважаемый, в заблуждение, – отгородившись выставленными ладонями, нагло отпирался чужак.

– Ваш синьор ввёл меня в большие траты! Десять честных парней загнал в гроб, а невинную девушку – в обморок, – стал разгибать пальцы на кулаке деловой хозяин. – Не заплатил за постой. Не заплатил за свои пышные похороны и похороны им же убитого слуги…

– У беса и прислужник был? – подавшись всем телом вперёд, очень заинтересовался падре.

– Всех за мой счёт хоронили! Всех! Дюжину душ отпевать пришлось, – тряс растопыренными пальцами обеих рук благочестивый Билл, недвусмысленно намекая на значительную денежную компенсацию.

– Святой престол затраты на погребение возместит, – понимающе улыбнувшись, чинно кивнул монах.

– А потерю кормильцев? Десять вдов, и по двое малых деток… у каждого, – бессовестно накручивал цену Хитрован.

– Всех сирот не накормишь, – превратив слащавую улыбку в оскал, змеёй зашипел из-под капюшона скупой представитель церкви.

– Ладно, начнём с малого, – раскрыл ладонь для первого пожертвования Билл.

Монах долго шарил под рясой, но выудил из прорехи в одёжке лишь одну серебряную монетку.

– На сдачу купите сироткам леденцы, – облагодетельствовал паству падре.

– Всенепременнейше, святой отец, – зло прошипел поражённый столь невиданной щедростью Билл.

– Позвольте бедному служителю церкви согреться у камина и исповедать рабов божьих, очистив их души от скверны, – попытался проскользнуть инквизитор в дверь.

– За постой отдельная плата, – уяснив, что больше серебра за упокой загубленных душ из высокопоставленного святоши не вытрясти, загородил пузом проход жадюга Билл.

– Я уйду задолго до темноты. Погода может опять испортиться, а мне не хотелось бы задерживаться среди еретиков Севера дольше необходимого, – опять прозвучали угрожающие нотки в стальном голосе смиренного слуги господа.

Лорду Пустого острова тоже не нравилось долгое пребывание двадцатипушечного фрегата в водах его гавани.

– Часик можете погреть кости у огня и почесать языком… бесплатно, – скрипя зубами, вынужденно уступил хозяин.

«Стало даже любопытно: зачем важный поп припёрся из метрополии на Пустой остров? Не зря же пригнал скоростной корабль лишь за одним человеком? И почему монашек в одиночку на встречу с бешеным берсерком прийти рискнул? Может, покойный заранее такое условие поставил? Тогда, видать по всему, великую тайну чёрный синьор в могилу унёс. Ну и поделом таким жадинам в сутане! Одну серебряную монетку только и удалось вытрясти из сквалыги! Пусть учинит допрос свидетелей – ничего не выведает».

Инквизитор наконец-то проник на место преступления. Сам, без подсказки, уселся за столик у окна, где синьор зарезал слугу, а ведь от оговорённого ранее местечка у камина было далече!

– Уважаемый, велите принести сюда все вещи покойного синьора и его слуги, – опять прорезался командный голос у заезжего падре.

– Ага, сей момент, бегу и падаю, – встал недвижимой скалой рядом с ушлым дознавателем Хитрован. – Бесплатно в наше время даже блохи не скачут.

– Я заплачу за вещи… золотой дублон, – неожиданно ошарашил щедростью меценат и с прищуром посмотрел в глаза Билла, будто в душу заглянул. – Только тащите всё, без утайки.

– Денег не было, – не поддавшись гипнотическому воздействию, заступился за нажитое добро бывалый пират.

– Всё, кроме денег, – понимающе улыбнулся родственной душе инквизитор.

– Золотой вперёд, и я из челяди даже чужеземную пыль вытрясу! – показав кулак, клятвенно обнадёжил бережливый хозяин. Билл лично прикарманил все пожитки покойников. Теперь аж самому стало интересно, что ещё могли слуги без него умыкнуть? Пускай инквизитор выпытает, а уж Билл потом накажет «крыс».

По команде хозяина из чулана принесли все пожитки чужестранцев и свалили на стол.

– Почему одежда слуги в наличии, а синьора – не вся? – перебирая тряпки, проворчал под нос дознаватель.

– Так у слуги она была целёхонькая, а синьор свою вдрызг изорвал на камнях, – оправдывался Билл. – Ну, сейчас ещё дырявый колет принесут, что гробовщику за работу отдали.

– Пусть несут, – потребовал полного исполнения контракта заказчик.

Пока бегали за кожаным колетом, сыщик извлёк из-под сутаны пузырёчек со «святой водой» и обрызгал одежду слуги. На рубашке и камзоле явственно проступили следы от пролитой крови. С пробитым в районе сердца колетом синьора попик так тщательно возиться почему-то не стал.

– Ещё в багаже синьора, – падре упорно не раскрывал его настоящего имени, – должны были лежать стеклянные бутылочки.

– Вонючие такие? – не отходил от стола внимательно контролирующий процесс Билл. Ему самому была крайне интересна эта таинственная история. – Их закопали за домом в мусорной куче.

– Откопать и принести, – последовала лаконичная команда.

Пока в таверне собирались все причастные к делу свидетели, слуга принёс грязные стекляшки. Попик осторожно, далеко отстранившись от острых осколков, помахал ладошкой, понюхал воздух. Потребовал подать деревянный короб с плотно прилегающей крышкой. Велел служке тряпкой смахнуть битое стекло в ёмкость, закрыть крышку и расплавленным воском свечи залить щели.

– Пузырьки разбились до того, как синьор… сбесился? – сделав паузу, подбирая подходящее определение, глянул исподлобья следователь.

– Так это от пролитой отравы крепкий мужик умом тронулся?! – хлопнул себя по лбу Хитрован, разгадав одну загадку.

– Ну да, ну да, – задумчиво качая головой, прогнусавил попик. – А не видели – слуга синьора пил микстуру из зелёной бутылочки?

– Ром он пил, бутылками! – криво ухмыльнувшись, заржал один из свидетелей драки в таверне.

– Сколько штук? – напрягся служитель Господа.

– Кажись, три – залпом! – вспомнил удивительный фокус другой участник.

– А парнишке хоть бы хны! Будто колодезной воды напился! – поддержал голос из толпы знатоков.

– Поня-я-ятненько. – Инквизитор жестом ладони пригласил первого свидетеля за «стол пыток»: – Смотрите прямо мне в глаза и честно отвечайте…

И завертелась круговерть следственной машины. Профессионал задавал вопросы, свидетели истово крестились, целовали крест и испуганно блеяли в ответ. Биллу показалось странным, что Святую инквизицию, похоже, больше волновала судьба слуги, чем преступления синьора из метрополии.