Александр Седых – Василиск. Книга 1. Беспризорник (страница 13)

Вдруг сильные руки доброго божества выдернули трепыхающегося бедолагу из удушающих холодных объятий смерти и вознесли в небо. Тёплые ладони закрыли мокрое тельце от пронизывающего колючего ветра. Великан, шагая по колено в бурном пенящемся потоке, вынес его на речной берег. Огромные голубые глаза заглянули в самую душу.

– Спокойно, герой, в этом сражении ты победил, – произнёс белокурый паренёк, а в голове рыжего котёнка удивительным образом возникли понятные ему мыслеобразы.

Мокрое продрогшее тельце оказалось прижатым к горячей коже на груди спасителя, складки его халата укутали котёнка, словно тёплая густая шерсть матери. Сознание охватило томное блаженство.

Первое видение исчезло, дав Василию возможность проанализировать события.

– Так вот, значит, котейка, как мы с тобой встретились, – погладил кота по голове ладонью Василий. – Похоже, мне тогда было лет тринадцать.

– Три зимы прошло с тех пор, – пришёл мысленный ответ от кота-телепата.

Он не транслировал слова, но мозг Василия так интерпретировал посылаемые образы. Очевидно, что и кот воспринимал информацию в понятном для него мысленном переводе.

– Васька, а ты не обижаешься, что я тебя теперь называю Рыжиком?

– Ты обращаешься ко мне как и прежде, – пришла ответная мысль от мудрого кота. – Для меня не имеет значения, как звучит зов на человеческом языке, ведь я воспринимаю посылаемый тобою образ, а он остался неизменным. Я есть я.

– А мысли других людей ты тоже читаешь? – с прищуром глянул на мохнатого телепата Василий.

– Конечно, и мне без разницы, на каком языке они говорят, ведь я понимаю возникающие у них в мозгу образы. Вот только никто не может услышать мои мысли. – Рыжик грустно понурил голову. – Я живу в мире глухих, лишь только ты, Хозяин, меня понимаешь. Только ты говоришь со мной по душам, показываешь многообразие чудесного мира и учишь чему-то новому, интересному. Без тебя жизнь пуста и тосклива.

– Так выходит, что это я обучил тебя телепатии, – озадаченно почесал затылок потерявший память чародей. – Интересно, как так получилось?

– Вот этого я поведать уж никак не смогу, – очень по-человечески пожав плечом, отправил благодетелю мысленный посыл Рыжик. – Спроси чего полегче.

– Покажи родные места, где мы с тобой жили.

Юноша склонился над головой кота, заглядывая в его зелёные глаза, словно подсматривая через волшебные оконца в покинутый мир. Перед мысленным взором возникли высокие горы со снежными шапками на вершинах, небольшой посёлок у подножия скал, узкая тропинка вдоль берега бурного водного потока, который, извиваясь, спускался с вершины каменной гряды. На фоне далёких заснеженных пиков, на гребне скалы пониже, отчётливо вырисовывались каменные строения с конусными крышами.

– Монастырь? – удивлённо нахмурился юноша, совершенно позабывший Бога. – И кому мы там поклонялись?

– Коту совершенно ни к чему человеческие предрассудки, – ехидно усмехнувшись в усы, послал кощунственную мысль безбожный зверёк. – Да и ты, Хозяин, поклонов богам не отбивал. Это лишь тёмные людишки у подножия горы молились своим божкам в сельском храме, а в нашей горной обители все поклонялись Вселенскому Разуму.

– Кто все? – С усилием наморщив лоб, юноша не мог ничего вспомнить самостоятельно.

– Полсотни бородатых адептов и дюжина учеников-подростков, – ответил Рыжик, посылая в мозг Василия образы в длинных чёрных халатах. – В горной обители ещё вертелись немые служки из местных, но их можно не учитывать, они даже заговаривать с хозяевами боялись.

– Ты же назвал их немыми, – уловил нестыковочку Василий.

– Между собой слуги болтали на местной тарабарщине, – презрительно фыркнул в усы кот. – Но хозяева общались исключительно телепатически – и между собой, и с прислугой, и с тотемами.

– А это что ещё за звери? – мельком уловил Василий размытые образы животных рядом с фигурами в чёрных халатах.

– Не только звери, но и крупные хищные птицы, и даже рептилии разные, – недовольно прошипел Рыжик, сузив глаза. – Каждый адепт выбирает себе живой тотем и сращивается с ним разумом. Выбор тотема и слияние с ним – это одна из форм обучения искусству телепатии. Ученик находит себе тотем, когда уже в достаточной мере овладевает силой передачи мысли и способен подчинить разум низшего существа. С помощью тотема хозяин может перемещать своё сознание в иные места, вести наблюдение за удалённым объектом или, если тотем достаточно смертоносен и силён, даже вступать в схватку с опасным противником.

– И какими выдающимися бойцовскими качествами может похвастать выбранный мною тотем? – скептически улыбнувшись, взглянул на симпатичного рыжего котейку Василий.

– Я хорошо вижу в темноте, отлично ориентируюсь на местности, умею незаметно прокрасться в труднодоступный район, – задрав мордочку и распушив усы, похвалился Рыжик. – Ещё меня легко спрятать за пазухой, пронести в охраняемое место или переместить на большие расстояния. Кстати, я сумел незаметно проследовать за твоими похитителями через полмира. Потому что я не только умён и сообразителен, но ещё и умею читать мысли любого живого существа, как настоящий телепат.

– А разве другие боевые тотемы такого не умеют?

– Птицы обладают острым зрением и далеко летают, хищные звери сильны и свирепы, а бесхребетные рептилии могут заползти в любую щель, но лишь я обладаю сразу всем комплектом физиологических достоинств, – горделиво повернул усатую голову в профиль выдающийся тотем современности. – И ещё я наполовину телепат. Остальные же – лишь дрессированные зверушки в руках хозяина, способные только беспрекословно выполнять команды и поддерживать с ним одним мысленный контакт. Ты бы видел, как они трусливо поджимали хвосты и драпали, когда я их гонял по двору.

– Ты же недавно мне признался, что не можешь телепатически транслировать мысли другим, – уличил хвастунишку Василий.

– Так то я без тебя немой, а в связке с хозяином я любую грозную тварь могу превратить в трусливую мышь.

– А другие адепты способны наслать страшные видения в твою голову?

– Про бородатых адептов ничего плохого сказать не могу, они нас с тобой не обижали, а у завистливых ученичков попытки проникнуть ко мне в мозг ни разу не вышли.

– И чего же нам с тобой, таким красавчикам, завидовали другие ученики? – улыбнувшись, почесал пальцем под подбородком котика Василий.

– Я был в глазах этих недоучек слишком маленьким и слабым тотемом, – довольно заурчав, послал новый пакет мыслеобразов кот. – А ты выглядел среди черноволосых мальчишек со смуглой кожей и раскосыми глазами белой вороной. Но главное – они завидовали твоему таланту. Мастер-наставник выделял тебя среди всех учеников и подолгу занимался с тобой индивидуально.

Василий мысленно увидел череду схваток белобрысого подростка с несколькими более старшими ребятами. Дрались и врукопашную, и с различными видами холодного оружия. В малом возрасте схватки были одиночные, а уже чуть постарше Василий выходил сразу против кучи противников – и всегда побеждал. Иногда он получал ушибы и порезы, но совершенно не кручинился по поводу травм.

Василий потрогал уже почти незаметный шрамик над бровью. Похоже, его организм обладал удивительной способностью быстро заживлять раны. Однако память не спешила возвращаться, и ему приходилось восстанавливать картины прошлого с помощью своего тотема.

– Теперь понятно, откуда у меня взялись мозоли на руках и как мышцы развили невиданную резвость. Но чему ещё, помимо рукопашного боя и размахивания убойным инвентарём, меня обучали мастера?

– Я могу показать лишь отражения физических упражнений твоего тела, – вздохнув, признал свою слабость кот-телепат. – Что творилось у тебя в голове, когда ты занимался с мастером-наставником, – того не ведаю.

– Вспомни, Рыжик, может быть, я сам делился какой-нибудь информацией ментально?

– Когда мы вместе бывали в Хранилище мудрости, где на длинных стеллажах плотными рядами стояли книги, ты мог, лишь прикоснувшись к корешку толстого фолианта, мысленно увидеть всю записанную на его страницах информацию. Иногда ты показывал мне красивые иллюстрации из книг. Но больше всего меня завораживали видения древних кровопролитных сражений, которые возникали перед твоим внутренним взором, когда ты дотрагивался до фрагментов старинного проржавевшего оружия.

– Так в нашей обители была библиотека или музей? – Как ни тужился, Василий не мог ничего вспомнить.

– Хранилище, – просто ответил Рыжик, отправляя визуальный образ огромной пещеры с бесконечными рядами стеллажей с книгами и тщательно рассортированными предметами: по большей части всевозможными обломками, осколками и обрывками.

– На старинных артефактах не видно никаких бирок с надписями, – заметил Василий и сделал логический вывод: – Значит, любой адепт или ученик умеет считывать информацию с предметов.

– Ага, считывать способен любой обученный в обители телепат. – Кот презрительно фыркнул. – А вот при этом ещё и моментально использовать знания – только избранный. Все ученики могли лишь увидеть сокрытые в предмете отражения информации, а ты, словно впитывая в сознание сразу всё содержимое, поглощал её полностью, до мельчайших деталей. Например, лишь на мгновение прикоснувшись к ржавому обломку сабли, ты не только узнавал все секреты кузнеца, ковавшего её, но и овладевал приёмами фехтования, известными её владельцам. Ты говорил, что подключался через астральное поле к хранилищу вселенской ментальной информации и мог пропускать её потоки через своё сознание. При этом умел выбирать то, что нужно – как выковать саблю, как умело владеть этим оружием, – или мог увидеть прошлое всех владельцев.