Александр Седых – Ронин (страница 25)

На низенький помост сцены, вслед за могучей фигурой факира, вышел щупленький ассистент и поднял руки, призывая к вниманию.

— Дамы и господа, этим вечером вам посчастливится лицезреть великого факира современности — несравненного Алекса Чёрного! — пафосный текст незамедлительно перевёл Оно Юраку, занявший позицию в еле освещённом углу, перед сценой. Грудной бас рослого бородатого айна доносился из тени, как голос беса из преисподней. Переводчик старался передать мистический настрой импресарио, сохранить таинственную и торжественную интонацию. — Корабль великого чародея Европы потерпел крушение у берегов Южного Сахалина, и только благодаря стечению обстоятельств факир очутился в порту Вакканай. Могучий колдун и его команда оказались без средств к существованию, поэтому вынуждены были драться на пирсе и в злачной таверне за чашку риса на ужин. Ну, достопочтенные граждане города уже, наверное, наслышаны о наших подвигах. Алекс Чёрный победил лучших воинов Вакканай. Трое самых прославленных мастеров единоборств признали высокий класс великого бойца и почли за честь подружиться с ним. Многие простые жители Вакканай приходят по выходным дням восхититься тренировками казака на рыночной площади. Но, конечно, негоже лучшим людям города толкаться в толпе черни, поэтому Алекс Чёрный решил уважить вас эксклюзивным представлением. И для особой публики приготовил специальную демонстрацию чародейского искусства. Кто-то из пессимистов посчитает наши чудеса хитрыми фокусами — пусть так. Тогда ему следует потрудиться раскрыть секрет для публики, ибо голословных оскорблений великий чародей Алекс Чёрный не потерпит. Впрочем, бояться, что маг превратит брехуна в жабу — не стоит… Казак просто свернёт охальника в бараний рог.

По рядам зрителей пробежал робкий смешок. Силу казака уже знали все — тайком наблюдали за цирковыми номерами на площади. Но субботним вечером от загадочного чужестранца ждали иных фокусов. Хвастливый трёп импресарио впечатлил лишь падких на дешёвые балаганные трюки женщин и детей — эти аж дыхание затаили в предвкушении чудес. Солидные мужи лишь слегка улыбались, изображая окаменевшие статуи Будды, — самураям нельзя «терять лицо».

— Довольно верещать, — решил выделиться из безликой толпы начальник полиции. У Минедзи Сукэ давно вырос зуб на русских, господину не терпелось указать казаку его место. — Давай, показывай свои фокусы, гастролёр!

Импресарио галантно поклонился и, отступая, прошептал сквозь зубы:

— Полицейская Сука нам сегодня чудесный вечер изгадит. Шаман, надо как-то поганому фараону рот заткнуть.

— Чуть погодя, — усмехнулся Алексей. Ему было пока выгодно использовать для своих целей ярого пессимиста. Пусть настраивает публику на критическое восприятие трюков, а то, и правда, всё творимое на сцене зрители за подлинные чудеса посчитают. — Андрюха, давай обязательную программу отработаем.

— Дамы и господа, сейчас Алекс Чёрный покажет трюк в стиле знаменитого господина Гудини.

Андрей взял из рук факира снятую шляпу и пиджак.

Алексей сошёл с помоста и переместился чуть вдаль, к натянутому между деревьев гамаку. Свет от фонарей лишь отчасти освещал странный реквизит. Однако когда факир улёгся в гамак, второй ассистент, Фёдор, разжёг под ним маленький костерок, подсветивший замершую фигуру.

— Прошу стражей закона сковать преступника наручниками! — громко воззвал импресарио.

Из темноты вышли двое полицейских и надели на, продетые сквозь ячейки сетки гамака, запястья и лодыжки факира наручники. Руки шамана оказались скованными за спиной, да ещё и верёвочные ячейки гамака не давали изменить положение тела.

— Неверующие могут проверить крепость пут, — призвал в свидетели зрителей Андрюха.

— Своим людям я доверяю, — вальяжно развалившись на стуле, небрежно отмахнулся Минедзи Сукэ. Оспаривать мнение начальника полиции никто не решился. — Ключи от наручников у меня в кармане. Дубликатов нет.

Ассистент набросил на скованного по рукам и ногам факира белое покрывало, словно могильный саван на покойника. Затем осторожно уложил в разгорающийся огонь костра бутыль с широким горлышком, причём пробкой вниз.

— В сосуд залита горючая смесь, — пояснил суть фокуса импресарио. — Когда прогорит тонкая пробка, бутыль взорвётся. Прошу зря не волноваться. Проверено — разлёт осколков не достигнет первых рядов зрителей… Ну, а насчёт факира — всё в его руках: освободиться от железных пут до взрыва — спасётся, а коли не успеет — судьба такая… На том концерт и закончится.

Услышав столь суровый приговор, публика беспокойно зароптала. Сердобольные мамаши попытались ладошками прикрыть деткам глаза. Но те норовили подглядеть в щёлочки между пальцев за шевелением белого савана над разгорающимся костром. Эдак скоро никакого взрыва не потребуется, лепестки огненного цветка уж до края савана поднимаются — поджариться факир, как поросёнок на вертеле.

Однако взрыв стеклянного баллона опередил жадные языки пламени. Яркая вспышка огня и чёрный клубок дыма поглотил белое покрывало. Разорванная ткань опала в огонь. Объятая верёвочная сеть гамака закачалась над полыхающим костром. Плотный тёмный кокон дыма слился с мраком ночи и, чуть погодя, на краткое мгновение затмил далёкие звёзды.

— А факир-то где?! — нарушил гробовое молчание хозяин вечеринки.

— Успокойтесь, уважаемый Ясухиро Тоетоми, факир уже давно разрезал верёвки и вылез из гамака, — развенчал чудо исчезновения потенциального покойничка Минедзи Сукэ. — В прошлое моё посещение Европы, я подобный трюк в театре Парижа видывал. Только там факира в ящике запирали.

— Так он же в воздухе подвешен был, да и наручниками ещё скован, — по — детски удивлялся хозяин.

— В темноте по верёвке уполз. Видели, как на площади этот циркач по натянутому канату расхаживал.

— Ну, а наручники как снимет? Ключей-то нет.

— Очевидно, над этим сейчас работает его ассистент Фёдор. Говорят, он неплохой механик. Мог хитрые отмычки заранее изготовить или, вообще, железо домкратом разорвать.

— Смотрите!!! — обратил внимание публики на очередное чудо хозяин дома.

Внезапно пылающие головешки костра разлетелись в стороны, явив из жерла огненного вулкана поднимающуюся в полный рост чёрную фигуру. Факир неторопливо перешагнул разбросанные горящие поленья и медленной поступью направился на покинутый помост. По пути он стряхнул с рук и ног разомкнутые, закопчёные железные браслеты.

Выходит, факир, всё — таки, свалился в костёр во время взрыва? Но как не сгорел?!

— Ловок гад, — скрипя зубами, признал полицейский. — Подполз в темноте, из глубины сада, и дрова слабым пороховым зарядом эффектно разметал. Только как теперь от гари отмоется, заморыш.

Действительно, некогда белая рубашка факира теперь чистотой отнюдь не блистала, да и брюки, хоть выглядели целёхонькими, но сильно пострадали от копоти. Но шаман умел удивлять: взойдя на помост, он щелчком пальцев стряхнул с плеча крошку пепла — и мгновенно со всего тела взметнулось тёмное облако, словно кто-то ударом палки с ковра пыль стряхнул.

— Электростатика, — недовольно крякнул образованный пессимист. — Каким-то раствором заранее одежду пропитали.

— Чудно — о — о, — выдохнул хозяин дома и присоединился к бурным аплодисментам публики. — А вы, что скажете, господин Мицумото?

— С нашей позиции не разглядеть, что творится во мраке ночи, — задумчиво качнул головой Сугинобо. Трюк, по его мнению, был выполнен мастерски. Момент вывода тела из опасной зоны никто не заметил. Может, и по натянутым верёвкам ускользнул смертник, однако схема простой не являлась, и самоучке — механику Феде вряд ли по силам такую рассчитать. Точная работа, тонкая. Мастер потрудился. С одним только подобным смертельным трюком можно в мировых столицах выступать — аншлаг обеспечен. А тут простые русские мужики такое творят — неувязочка. Да и со снятием наручников тоже не всё так просто. Надо потом будет хорошенько замки проверить. И не только на закопчёных наручниках. Пока русская труппа гастролёров бродит по городу, даже собственному сейфу нельзя доверять — лучше ценные документы схоронить куда подальше. Следует учесть: у господина Путилина сейф обчистили профессионалы. И скорее всего, «медвежатник» скрывается в труппе артистов. Кстати, почему-то товарищ Артём на людях редко показывается — боится, что опознает кто? Надо бы толкового доктора к болезному подослать, «позаботиться» о здоровье бедняги.

Долго мысленно рассуждать контрразведчику не позволило бурное развитие событий. Факир прилежно отрабатывал второе обязательное требование заказчика — левитацию предметов. Только вместо летающих денежных купюр, Алексей, на этот раз, решил использовать бумажные цветы.

Перед факиром лежал, на переносном столике, с левого края ворох искусственных цветов, с правого стоял стеклянный кувшин. Алексей, лёгкими взмахами рук, перемещал по воздуху стебли цветков в узкий кувшин, формируя красивый букет. Последним штрихом оказалось быстрое шевеление пальцев фокусника — и бутоны ярких цветов распустились, словно живые.

— Да шарлатан их за прозрачные ниточки дёргает, — небрежно отмахнувшись, изрёк знаток и, повернув голову к контрразведчику, дал своё объяснение лже — левитации: — Я ведь разгадал фокус: тогда в моём кабинете деньги не ветром сдуло, а за нитку потянул с улицы незаметно выброшенный в окно грузик. Говорю же, ловок шельмец.