Александр Сапегин – Жизнь на лезвии бритвы. Часть II (страница 90)
— Тебе чего шлея под хвост попала, есть виды на старшую Гринграсс? — лениво сплюнув вниз, спросил Виктор.
— Понимаешь. Я очень хорошо знаю её жениха, — обтекаемо ответил я. — Он просил приглядеть за невестой со стороны.
— А, ну, тогда, да. Что будешь делать, рыжие не успокоятся?
— Думать надо. С кондачка это говнецо из школы не убрать, за них директор моментально впишется. Есть одна мысль и я буду её думать. Пока рано говорить.
— Ладно, замнём для ясности, я своих попрошу обкашлять, как бы покультурнее выставить придурков полными идиотами и сделать так, чтобы они на люди не показывались.
— Бесполезно. Этим хоть ссы в глаза, всё божья роса, но мысль хорошая, француженок бы ещё подтянуть. Берешься?
— А почему бы пуркуа бы не па? Я же сказал — обкашляем.
— Добре. А скажи-ка мне, мил человек, ты уже кого-нибудь на бал пригласил?
— Шутишь? — возмутился Виктор. — Я с этим сумасшествием по школе и кораблю быстрыми перебежками передвигаюсь и стремаюсь на каждом углу. Ужас какой-то…
— Можешь не продолжать, — постучал я по перилам. — Сам страдаю. Знаешь, могу предложить выход.
— Какой? — неподдельно заинтересовался Крам.
— Пригласи Флер. Стопудовый вариант, сразу все поклонницы отстанут. Супротив вейлы ихние не пляшут. Ты как, шарм терпишь?
— Без проблем, — ухмыльнулся Виктор, — стали бы мы вейл на чемпионат мира тянуть, если бы против шарма устоять не могли? У нас возле Варны несколько вейловских общин, да в Софии. Один минус, дружище, по правилам турнира я не могу приглашать чемпионку из другой школы.
— Фи, Виктор, вы мелко плаваете. Не спорю, законы надо чтить.
— Ну-ка, ну-ка?!
— Всё верно, в правилах чётко указано, что выбранный чемпион не имеет права приглашать чемпионку!
— Ну?
— Не понукай, не запрягал! Но в тех же правилах нет ни слова о запрете чемпионке пригласить чемпиона! Сечёшь? А что не запрещено…
— То разрешено. У-у, голова! У-у, змеища! Не зря ваша Шляпа тебя на Слизерин законопатила. А как…
— Виктор, словами, через рот. Подкати к Флер после ужина и обскажи ситуёвину тет-а-тет. Она девочка умная, к тому же обожает эпатировать публику. Зуб даю, она согласится. Ты как, не против, если пригласят тебя? Всяко ей с тобой будет лучше, чем оттираться от слюней попавшего под шарм ухажёра, а так все условия будут соблюдены: всеобщее внимание, отцепившиеся фанатки. Ведь это моветон отказать прелестной девушке, к тому же Чемпиону! Эпатаж и так далее обеспечены, приличия с твоей стороны соблюдены. Танцевать умеешь?
— Обижаешь!
— Тебя, пожалуй, обидишь. Ну, в чем дело, ты ещё здесь?
— Меня уже нет!
Хлопнув меня по плечу, Виктор испарился. Вот только-только стоял, как лист перед травой, как обзорная площадка опустела. Хорошая штука — «мерцание», в некоторых ситуациях куда лучше шаговой аппарации. Вжик, и умчался электровеником. Триста метров за три секунды. Нормально! Пока я провожал взглядом вчерашний след Крама, рыжие куда-то испарились со двора, следом за ним свалили Шестой и Джейс. Постояв ещё несколько минут, я пошёл вниз, но дойти до змеиных нор в подземелье, зовущихся гостиной Слизерина, без приключений оказалось не суждено.
— …да что ты мнёшся, крошка?! Не хочешь со мной, иди с Роном, — донёсся до меня голос бывшего братца.
— Отпустите меня! — истерический возглас заглушило похабное ржание молодых жеребцов, среди которых угадывались голоса рыжих уродов с номерами четыре, пять и шесть и подвизгивание черномазого прилипалы с дредами. Был ещё кто-то, незнакомый мне. Кинув под ноги заглушающее, я прибавил шагу, боясь не успеть. Опять геройствую. Скажите, оно мне надо? Надо, если подумать.
— Нет, малышка, — прогундосил Шестой, — не выпустим, мы очень настойчивые. Так кого ты выбираешь, а? Ты погляди, парни хоть куда. Все, как на подбор, а ты нос воротишь. Нехорошо! Представь, ты такая маленькая, а уже на бал пригласили. Кто тебя ещё пригласит, как не мы?
— Меня, меня уже пригласили!
— И кто этот труп?
— Я! — окутанный щитами, с волшебной палочкой наперевес, на кончике которой горело синее пламя готового сорваться проклятья, я вышел из-за угла. — Какие-то проблемы? Пошли вон, пока я вас тут не поубивал, уроды!
Пнув по коленной чашечке Поттера и оттолкнув шестого Уизли с дороги двумя руками, ко мне выскочила Габриэль Делакур. Приплыли.
— А-а-а-х, Флёр, это было…, — весело рассмеявшись и разведя в стороны руки, Габриэль плашмя плюхнулась на кровать, — так волшебно и… волнующе!
— О-у! И кто этот мерзавец, посмевший украсть сердце нашей маленькой Болтушки? — оторвавшись от нанесения лёгкого макияжа, вздёрнула бровь старшая сестра девочки, восторженно порхающей по комнате. — А как же, м-м-м, твой сердешный пти-гарсон, м-м, Гарольд Эванс? Или случилось чудо и тебе посчастливилось обрести другого партнёра? — запустила шпильку Флёр, которая каких-то пятнадцать минут назад имела интересный разговор с болгарским коллегой по несчастью стать участником фарса, зовущегося Тремудрым турниром, и сейчас готовилась произвести фурор на ужине.
— Нет-нет! — вскочив на ноги и подхватив полы платья, Габриэль взмахнула ими на манер крыльев бабочки и закружила на месте. — Моё сердце по-прежнему в его руках! Ты не представляешь, что сейчас было!
— Ты встретила рыцаря на белом единороге, он спас тебя от дракона и пригласил на бал? — проведя палочкой над головой, Флёр соорудила замысловатую высокую причёску, открывающую безупречную шею и волнующие линии плеч.
— Ты почти угадала, — крутнувшись на одной ножке, выдала девочка, — только с единорогом не попала, а так почти всё так и было, за исключением дракона, но вместо него на меня напали обезьяны!
— Обезьяны? Как интересно!
— Мерзкие рыжие орангутанги, — состроив брезгливую мордашку, выплюнула девочка. — Они напали на меня у входа на лестницу, которая ведёт на смотровую площадку барбакана.
— И что тебе потребовалось на смотровой площадке? — мигом посуровела Флёр, не почувствовавшая вранья в словах сестрёнки. За младшую егозу, пьющую из неё кровь денно и нощно, она готова была порвать кого угодно. На то они и младшие сёстры, чтобы от них не было жизни старшим, но вейла безумно любила свою, уколотую шилом в попу, сестрицу.
— Ты же мне сама запретила играть в снежной крепости, а так хоть посмотреть одним глазком…
— Ладно, — отмахнулась Флёр, — ты, птичка моя, разговор в сторону не уводи.
— И ничего я не увожу! — притопнула ножкой Габриэль.
— Ты говорила про рыжих обезьян.
— Это он их потом в орангутангов превратил…
— Это становится интересно, — забыв о причёске и мыслях о платье с глубоким декольте, которое планировалось одеть на ужин, чтобы чуть-чуть шокировать публику, старшая из сестёр Делакур повернулась к младшей занозе. — Рассказывай, я тебя очень внимательно слушаю.
— Расскажу, если ты опять не начнёшь лезть с вопросами и поливать каждое слово презрительным сарказмом, — не смотря на едкий комментарий, было видно, что девочку буквально распирает от дикого желания поделиться приключением.
— Поверь, я само внимание!
— Ладно. На чём я остановилось?
— На лестнице.
— Да, я хотела подняться на обзорную площадку, и когда была на переходе, меня окружили рыжие британские тараканы, с ними был ещё негр и местная знаменитость — Поттер.
— А рыжие, если я не ошибаюсь — Уизли и их подпевалы?
— Не ошибаешься, — скривилась от омерзения девочка. — Предатели крови, даже этот ихний герой. От них и так смердит, а вблизи совершенно дышать невозможно. Б-р-р! Младший совсем зубы не чистит, изо рта кошачьим туалетом воняет. Они окружили меня, стали лапать и требовать, чтобы я с кем-нибудь из них пошла на бал! Канальи!
— Следи за языком!
— Если я стану следить за языком они не перестанут быть ублюдками, канальями и мерзавцами. Представляешь, этот неумытый рыжий подонок, не знакомый ни с мылом, ни с манерами, перекрыл дорогу, не выпускал и хватал меня за руки, а остальные ухмылялись, даже этот метёлочный геройчик! Мрази!
— Та-а-ак! — протянула Флёр тоном, который не предвещал ничего хорошего некоторым отдельно взятым гриффиндорцам.
— Я не знала, как отбиться от них, представляешь? — заново переживая прошедшие события, обхватила себя руками Габриэль. — Шармом шарахнуть, как ты, ещё не получается, а с палочкой против шестерых у меня не было ни единого шанса. Обложили словно волки, не убежать. Стало страшно, а они смеются и настаивают, чтобы я скорее определилась с выбором, видно хогвартские красавицы дали им всем от ворот поворот, вот и рыскали они по тёмным уголкам. Когда я совсем отчаялась, крикнув, что меня уже пригласили на бал, с площадки спустился ОН!
— Твой герой, Болтушка?
— Да, представляешь, когда я отпихнула вонючку с нечищеными зубами, остальные выхватили палочки и стали нас окружать, а тут снизу появляется ещё один Александр, с галереи — перехода в школу, ещё один.
— Александр? — удивилась Флёр. — Тебя спас русский чемпион, внук Кощея? Только он умеет наколдовывать тактильные иллюзии.
На лицо Габриэль набежала красная вуаль, щёки и уши девочки зарделись маковым цветом.
— Он… он подтвердил, что я уже приглашена и чтобы рыжие прихвостни Поттера убирались подобру-поздорову.
— Они, как я понимаю, не воспользовались мудрым советом, решив, что их больше…
— Ага, — кивнула девочка, — старшие братья вонючки пальнули цепочками из разоружающих и сильных депульсо, но никто не ожидал, что материальные призраки разом поставят щиты и лучи проклятий отразятся обратно в конопатых уродов. Всю компанию сбило с ног и с десяток метров проволокло по полу галереи. Ха-ха, они всю пыль и грязь на себя собрали, тряпки половые.