Александр Рубцов – Проклятая (страница 11)

Сергею повезло: на вокзале он встретил человека, водителя грузовика, который отправлялся в рейс и проезжал в пяти километрах от деревни. Это был мужчина пятидесяти лет маленького роста полностью поседевший. Сергей сел в прокуренный салон "КамАЗа" и откинулся на спинку сидения. Мужик оказался не очень разговорчивым. Сергея это устраивало. Он мгновенно уснул и проснулся уже по прибытии от толчка в локоть. Он дернулся, поблагодарил водителя и спрыгнул на дорогу.

8

Непривычная тишина в доме странным образом закладывала уши. Сергей, привыкший целыми днями напролет управляться в сарае, кормить мать, мыть ее же, ремонтировать что-либо во дворе, в общем, что-то делать, чувствовал себя абсолютно бесполезным. Он сидел за столом и тупо смотрел в тарелку супа, приготовленного им на скорую руку. В тот момент проблема не казалась ему такой острой, какой она была на самом деле, но мозг все-таки искал разные варианты, как можно выбраться из ямы, в которую его угораздило упасть. Денег вырученных с мяса хватит на какое-то время, если хорошо экономить. А если продать генератор, то можно даже купить корову или, на худой конец свинью.

Которая сдохнет, как и все остальные, с горькой усмешкой подумал Сергей. Сейчас идея доктора о преднамеренном убийстве матери не казалась ему столь уж безумной. Где-то внутри он понимал, что, как ни крути, жить ей осталось совсем немного и, чем раньше она уйдет, тем легче будет выбраться из ситуации ему.

Он отогнал от себя эти мысли и принялся за суп. Кусок в горло не лез. Во дворе послышался скулеж собаки. Сергей сжал ложку, пытаясь сохранить самообладание. Что же это было, в который раз вспомнил он об умерших животных. Капканы, поставленные им, оставались открытыми на своих местах. Черт побери, да ему должен был попасться хотя бы один зверек случайно! Потом еще и мать. Беда не приходит одна. Тогда он и подумать не мог, что болезнь матери и "болезнь" животных как-то связаны между собой.

Помыв посуду, он поднялся к себе и лег в кровать. Дело приближалось к ночи. За окном уже стемнело. Ночь переняла смену у тяжелого дня. С улицы дунуло прохладой. Сергей съежился и закрыл окно: ему вдруг показалось, что кто-то наблюдает за ним снаружи. Ощущение это было настолько "настоящим", что ему стало не по себе. Он выключил свет, подошел к окну и всмотрелся во мрак. Никого не было.

Конечно же, никого! А кого ты ожидал там увидеть?

А может того, кто напугал животных?

Сергей вновь включил свет и взялся за книгу. Текст, как и все последние дни, показался ему чересчур тяжелым. Да и ощущение таинственного присутствия не покидало его. Иногда доходило до того, что Сергею чудилось тяжелое дыхание за окном. Он отложил книгу и выключил свет.

Там никого нет. Собака бы лаяла.

Она и лаяла. Точнее скулила. А теперь она забилась в будку и боится издать звук.

Потому что в лесу появился новый хозяин.

Сергей постепенно выключался. Сквозь дрему он понимал, что его мысли теряют какой-либо смысл. Это нормально. Мозг еще не полностью отключился. Воображение рисует образы в голове, а мозг пытается найти им логическое объяснение. Пытается, но не может. Отсюда этот бред и абстракт.

Снизу раздался удар. Сергей вскочил с кровати. Сон как рукой сняло. Все размытые жуткие предположения вдруг материализовались в одной мысли: внизу кто-то есть. Не в доме, конечно. Удар пришелся по металлу - значит по решетке.

Он открыл дверь и прошел к лестнице. Прислушался. Тишина. Может, почудилось? Он ведь почти уснул. В детстве с ним подобное случалось. Он лежал в кровати и, когда уже засыпал, вдруг слышал отчетливый вздох рядом. Это случалось с ним несколько раз. Тогда он чуть ли с ума не сходил, думая, что в комнате поселился призрак. Но не в этот раз. Что-то подсказывало ему, что звук был настоящим. Не сон.

Он спустился. На первом этаже было прохладно: перед сном Сергей открыл все окна настежь. Тишина сдавливала уши. Сергей открыл чулан и достал из темноты ружье. Прямо в трусах прошел к дверям. Открыл. Доски тяжело заскрипели под его весом. В абсолютной темноте он прошел к наружной двери, снял крючок с ржавой петельки и осторожно выглянул на улицу.

Никого. Да и кто мог там быть, подумал он. Страхи минутной давности показались вдруг ему смешными. Приснится ведь такое! Страх, темнота, одиночество, отчаяние и еще не вполне ясная голова со сна - все это повлияло на рассудок. Никого тут нет и быть не может. Таинственное животное, если таковое, конечно, существовало, также исчезло. Искать тут ему больше нечего. Не собаку ведь пугать. Да и что это за животное, которое питается страхами домашнего скота? Ведь ни у кого из них Сергей не обнаружил ни единого признака насильственной смерти. Если не считать того, что они сами себе сделали, разумеется.

Все же внутри остался неприятный осадок. В голове прозвучала недавняя его мысль: в лесу появился новый хозяин. Только в прошлый раз это были просто слова. Сейчас же воображение нарисовало зловещий силуэт в темноте. Человеческий силуэт.

Сергей прислушался. Кроме жалобного поскуливания доносившегося из будки он ничего не услышал. На всякий случай он все же спустился с крыльца и прошел по периметру переднего двора. Никого.

Уснул он практически сразу. Одеяло еще не успело остыть. Натянув его до подбородка он принял позу эмбриона, как делал это в детстве. Показалось, успокаивал он себя. Показалось...

Ему приснилась мать. Был солнечный хоть и не яркий день. Старушка стояла посреди двора и растеряно смотрела вокруг себя. Сергей наблюдал за ней из окна своей комнаты на втором этаже. Ему почему-то казалось, что нельзя попадаться старухе на глаза. Еще в мозгу засела мысль (или даже уверенность): она ничего не сможет сделать, пока светит солнце.

Старуха пошла к сараю. Сергей отодвинул занавеску. Внезапно она обернулась. И увидела его. Сергей сел, хоть и понимал, что уже поздно: она его видела. Он поднялся и посмотрел в окно. Возле сарая никого не было. Он встал на носочки и, прислонившись лбом к прохладному стеклу, посмотрел прямо под окно. Мать стояла там. Задрав голову кверху, она смотрела Сергею в глаза.

- Впусти нас в дом, Сережа, - сказала она не своим голосом.

- Нет, - ответил Сергей.

- Впусти нас. Мне холодно.

- Нет.

Последнее слово он сказал вслух, лежа в своей кровати в абсолютной темноте. Сон как рукой сняло. Открыл глаза и некоторое время смотрел в потолок. Сам не зная для чего, повторил:

- Нет.

В комнату ворвался пронзительный порыв ветра, мазнув поднятыми занавесками по лицу. Деревья зашумели кронами. Через несколько секунд он услышал лай собаки.

9

Он собирался написать книгу. Почему-то Ане показалось это забавной, но единственно верной мыслью. А как еще объяснить все эти странные книги с закладками на столе, маркер, которым он выделял нужные абзацы и тетрадка со сносками и ссылками на определенную книгу, страницу и порой даже номером строки.

Сергей всегда увлекался литературой в отличие от старшей сестры. Он мог часами сидеть за столом или лежать на кровати, изредка переворачиваясь и меняя и без того нелепые позы. В детстве это были сказки: Народные, европейские, "Алиса в стране чудес", Алиса Селезнева и прочее. Потом он увлекся приключенческой литературой: Жюль Верн, Рафаэль Сабатини, Фенимор Купер и множество других авторов. На обложках их книг обыкновенно изображались корабли, индейцы, пираты и сундуки с сокровищами. Аня никогда не понимала, как человек может предпочесть игре на улице с друзьями изучение вымышленной карты сокровищ. Со временем тома стали серьезнее. Читал запоем тяжелые объемные романы русской классики, между делом разбавляя их энциклопедиями и справочниками. Будучи уже подростком Аня вдруг осознала, что младший брат гораздо умнее ее. Она старалась отогнать странную мысль. Что это еще значит? Он ведь младший брат, он не может быть умнее меня! Тем не менее, Сергей равномерно развивался во многих отраслях. В пятнадцать лет он на девяносто процентов разгадывал любой кроссворд; с закрытыми глазами мог разобрать и собрать любой предмет бытовой техники или же двигатель автомобиля; имел в основном хорошие оценки в школе и (чертов умник, весело подумала Аня) имел ответ почти на любой вопрос, будь то вопрос по истории, религии или же любого другого типа.

Аня села на краешек старого стула и открыла первую попавшуюся книгу. Очередной эпос из серии: "Очевидно-Невероятно" или как-то так, только на этот раз в твердом переплете и видимо за хорошую плату, судя по яркой обложке с изображением домового со злобными глазками и длинными клыками, торчащими над нижней губой. Она прочла аннотацию. Автор, журналист, писатель, а по совместительству якобы еще и священник-экзорцист, рассказывал интересные случаи из своей жизни. Желтым маркером Сергей выделил абзац, в котором говорилось о странном явлении, которому подверглись подозрительно много людей во всем мире. Случается это в основном в то время, когда человек спит. На него словно "кто-то" наваливается и с силой давит на грудь. Человек просыпается, но сделать уже ничего не может - он вынужден лежать под весом невидимого мучителя, пока все не закончится само собою. Было еще несколько статей, выделенных Сергеем, но читать Аня их не стала. Ей вдруг сделалось жутко.